− Лали, ты только посмотри, сколько вокруг милых девушек и привлекательных юношей. Не только наш факультет, а целая Академия, − наклонившись к другу и смешно подвигав бровями, томно прошептал Ренгар.
− Любимое занятие обязательно поднимет тебе настроение, − поддержал его с другой стороны Тенгар. — Ты только присмотрись, сколько вокруг глупцов и пройдох, желающих только славы и силы. Выбирай, не хочу! Пусть клюют на твою внешность, веря в то, что ты наивный эльф, которому можно вешать лапшу на уши о великой и светлой любви. А ты будешь их покорять и… трахать!
− А главное, наш дорогой любвеобильный друг, никакого контроля со стороны старших родичей, − довольным тоном напомнил Ренгар.
− О да, − поддержал его брат.
− Не собранный луг цветочков, − улыбнулся Лали хитро, на самом деле уже прицелившийся на нескольких сокурсников, уже полчаса бросавших на него томные завлекающие взгляды. Конечно, ещё бы им не смотреть! Он ведь самый родовитый эльф среди всех своих сородичей, поступивших в этом году в Академию, да и среди уже учащихся. Желанная цель. Лали помнил рассказы своего старшего кузена о том, как за его вниманием охотились все, кому не лень. Но если Энгарелю не особо нравилось подобное внимание, и он предпочитал держать таких особей на расстоянии, то лично Лали был совершенно не прочь повеселиться. Молодость на то и нужна, чтобы творить безумства. А влюбиться ему не грозит, ибо его сердце… Эх… С его сердцем сплошные проблемы. Дело в том, что вот уже лет двадцать Лали не мог найти способ уравновесить свою любвеобильность и тягу к одному-единственному разумному. Впрочем, объект его симпатии тоже не отказывал себе в удовольствиях, таща в постель всё, что попадало в поле его зрения.
Наконец, по всей Академии прозвучал сигнал к началу занятий, и в аудиторию стремительно вошёл некто, при виде которого у многих загорелись глаза и в мозгу зашевелились определённые желания, совершенно не относящиеся к учёбе. Лали весь встрепенулся, и даже не заметил, как его друзья простонали и едва не уползли под стол. Он сейчас не заметил бы даже падающего на голову потолка, поглощённый рассматриванием новой заинтересовавшей его цели. Белоснежные с серебряным отливом волосы свободной волной спадали на плечи, а из-под небрежной челки сверкали строгие изумрудные глаза, приковывая внимание к изящным, словно выточенным скульптором чертам. Красивое мужественное лицо притягивало к себе восхищённые взоры всех студентов, за исключением парочки юных оборотней, чьи вихрастые макушки едва-едва виднелись по обе стороны от ничего не замечающего вокруг Лали.
Принц просто-таки облизывал взглядом высокую подтянутую фигуру, идеальные линии которой подчеркивал тёмно-зелёный с золотыми нашивками на рукавах мундир. Лали, в первый момент подумавший, что этот молодой человек, выглядящий лет на двадцать пять, не более, один из старшекурсников, даже хмыкнул, заметив знаки различия. Преподаватель тем временем небрежно бросил на стол толстый журнал и, присев на краешек полированной до блеска столешницы, обвёл внимательным взглядом своих будущих подопечных. Заметив оборотней, он хищно улыбнулся и громко произнёс:
− Тенгар и Ренгар Ваэрон! Извольте сесть как положено. Или вы предпочитаете получить взыскание в первый же день? Не думаю, что Владыки Дангара будут этому рады.
− Простите… − попытался было извиниться Тенгар, но захлопнул рот под предупреждающим взглядом необычных, слишком ярких, глаз преподавателя. Лали только удивлённо взмахнул длинными ресницами, наконец, заметив странные манёвры друзей.
− Магистр Дайрен Рей — декан вашего факультета.
− Упс-с, − едва слышно выдал Ренгар, и с недоумением бросил взгляд на брата, который в ответ лишь пожал плечами.
− Что? — поинтересовался кипящий охотничьим азартом Лали.
− А-а… Такой молодой, а уже… декан, − нашёлся с ответом Ренгар.
− Тем лучше, − облизнулся Лали и восторженно прошептал: — Начать свою здешнюю коллекцию с такого экземпляра — это хороший знак. А какие оценки будут у меня, когда я затащу его в постель. Такому красавчику стоит только намекнуть, что он может остаться таким же молодым на очень долгие годы и… он будет весь мой!
− Я бы на это не поставил, − тихо произнёс Тенгар, как более благоразумный из принцев-оборотней.
− Спорим, что через три месяца наш декан будет есть с моих рук? — предложил Лали, насмешливо глядя на друзей, уверенный в собственной победе.
− Согласен, − усмехнулся под стон брата Ренгар. — Что хочешь в качестве приза?
− Будешь третьим? Ты, я и красавчик-декан?
− Легко, − усмехнулся Ренгар, который уже не раз с трудом отмахивался от настойчивых предложений Лали испробовать групповушку. Молодой оборотень предпочитал своих любовников ни с кем не делить, даже с друзьями.
− Неужели мне в этот раз повезло? Так легко согласился, − нахмурился младший принц Империи Эрелон. — Как-то это подозрительно! Ты знаком с этим Дайреном Реем?
− Дайрен Рей нам не знаком, − подтвердил Тенгар, бросив на брата хитрый взгляд. — А что будет, если ты проиграешь?
− Выполню одно ваше желание, − отмахнулся Лали, предвкушая поиметь и красавца-декана, и строптивого Ренгара.
− Э нет, я в вашем споре не участвую, − решительно прошептал Тенгар.
− Значит, веселье пройдёт мимо тебя, друг мой.
− Я бы на твоём месте, Лали, не был таким самоуверенным, − предупредил светловолосый оборотень. — Сдаётся мне, что наш декан — крепкий орешек.
− Обожаю грызть орешки!
− Хорошо, что ты маг Жизни, − хмыкнул Ренгар. — Всегда сможешь вырастить себе новые зубы!
* * *
Дайрен чувствовал бескрайнее море эмоций, наполненных любопытством, желаниями и неудержимой энергией юности. Первогодки. Только вырвавшиеся из родительского гнезда и мечтающие вкусить воздух свободы. Им ещё не известны дисциплина и ответственность, муки сессий и пересдач зачётов, бессонные ночи над учебниками и неуверенность в своих силах. Сейчас они свято верят, что лучше них никого нет и снисходительно смотрят на своих соседей по партам. Дети! Да, всего лишь дети, несмотря даже на то, что некоторым уже исполнилось пятьдесят лет. Совершеннолетие у древних народов наступает позже, чем у людей, но умнее молодая поросль от этого не становится. Они все пока ещё наивные и самоуверенные, верящие, что любые трудности им по плечу. И пройдёт всего лишь полгода, и часть из сидящих в этой аудитории студентов поймут, что тяжёлая дорога мага Жизни не для них.
Да, лёгкость этой профессии обманчива. Студенты, в первые минуты его появления встревоженно замолчавшие, снова устроили галдёж, не хуже птиц на прибрежных скалах. Только теперь они обсуждали не Академию, а его самого, судя по тем приглушённым словам, которые долетали до его ушей. «Н-да. Легко с ними не будет. Придётся сразу проявить строгость, иначе, боюсь, сядут на шею.» − Дайрен мысленно простонал от досады, поминая ласковыми словами хитрого ректора, при этом сохраняя бесстрастное выражение лица. Он хмыкнул и… щелкнул пальцами.
− Вот так будет лучше, − удовлетворённо произнёс молодой мужчина, рассматривая озадаченные мордахи вдруг онемевших студентов. — Когда в аудиторию входит преподаватель — вы молчите! И слушаете! Открываете свой болтливый рот только тогда, когда он вас спрашивает. Вы не на ярмарке, а в Магической Академии. Сюда приходят за знаниями, а не за сплетнями. Это первый мой урок вам.
Дайрен поднялся на ноги и деловито прошёлся вдоль первых рядов студентов, застывших, как суслики, почуявшие приближение хищника. Раздался новый щелчок пальцев, и в аудитории раздался тихий вздох. Кое-кто открыл было рот, чтобы возмутиться, но изумрудный строгий взгляд мигом отбил охоту скандалить. Кажется, внешность их декана ввела студентов в заблуждение. Дайрен удовлетворённо кивнул и остановился перед преподавательским столом, широко расставив ноги и заложив руки за спину.
− В чём состоит долг мага Жизни? — обратился он с вопросом к студентам.
− Лечить страждущих, − раздался певучий нежный голос, и Дайрен столкнулся глазами с ярко-зелёным, словно молодая трава, взглядом юного… эльфа.
