спят. Хозяйка, пожилая Олимпиада Григорьевна, позвала на кухню и налила густой суп. Когда я поел, хозяйка протянула запечатанный конверт:
— Андрей Иванович, утром доставили.
Она поставила еще одну лампу на стол и деликатно вышла.
Я разорвал конверт и прижал к щеке тонкий листок с женским почерком, пытаясь уловить запах. Развернул листок и прочитал: «Здравствуй, Андрюшенька! Вот уже три месяца, как ты снова уехал в Севастополь. Мишанька за это время еще больше подрос. Он уже быстро ползает, а вчера даже попытался встать, схватившись за краешек стула. Мне кажется, Миша сильно скучает по тебе, даже иногда произносит короткое: „па“. Герасим и Тихон постоянно мастерят Мишаньке деревянные игрушки, особенно ему понравилась маленькая лодочка. Может тоже вырастит и начнет строить большие корабли. Неделю назад дядюшка принес плохие известия. Турки все же вступили в войну с Россией. Надеюсь, это ненадолго. Победа наверняка скоро будет за нами. Андрюша, миленький мой, пусть тебя хранят небесные ангелы. Возвращайся поскорее, любимый. Навеки твоя Аглая»
Я вздохнул, свернул письмо, положил обратно в конверт и спрятал в нагрудном кармане, рядом с сердцем.
В кухню вошел пожилой мичман Воронцов. Он слегка прихрамывал, вытягивая ногу:
— Андрей Иванович, когда вернулись?
— Только что.
— Я слышал про недавний бой. У меня пол штофика осталось. Не желаете?
— Только рюмочку и спать. Вымотались сегодня…
Когда мы выпили и закусили мелко нарезанным салом, мичман спросил:
— Сильно помяло ваш «Варяг»?
— Фок-мачту повредили, паруса, обшивку сильно посекло. Главное, все уцелели.
— Я одного в толк не возьму. Как вы умудряетесь до 22 узлов разгоняться?
— Это с попутным ветром. Без ветра только до 17 узлов. Фрегат строили по моему личному проекту. На фрегате всего восемнадцать четырех дюймовых пушек. Броней обшит только батарейный отсек, заостренная форма носа фрегата уменьшает сопротивление воде и встречному ветру, к тому же установлен мощный паровой двигатель на 2300 лошадок. Я полностью исключил излишнюю массу корабля для улучшения скоростных качеств. Но есть и недостатки — грузовой трюм небольшой. Запасов угля хватает максимум на неделю…
— Башковитый вы, Андрей Иванович… Как думаете, скоро разобьем турка?
— Разобьем, будьте уверены…
Я посмотрел на часы. Уже половина первого ночи.
— Может еще по рюмочке?– вздохнул мичман.
— Нет. Я спать…
Я вошел в спальню, разделся и прилег на кровать. Голова только коснулась подушки и я мгновенно вырубился. Проспал бы наверняка часов до десяти. Но под утро в окно настойчиво постучали. Еще стояли предрассветные сумерки.
Я привстал и увидел за окном полковника Казанцева.
— Андрей Иванович, быстрее собирайтесь.
По военной привычке я собрался за пару минут и вышел во двор.
— Что случилось?
— Эскадра адмирала Нахимова отходит через час. Мы пойдем на фрегате «Святослав».
— Куда отходит? — не понял я спросонья.
— К берегам Турции. Возможно атаковать Османский флот. Поехали немедленно, об остальном расскажу позже…
Глава 3
«Святослав» шел в самом конце эскадры. Капитан Лоренц, худощавый и вытянутый как струна, посматривал на нас хмуро. Почти каждый капитан не любит чужаков на борту. Но он уже получил приказ из штаба, что мы далеко не обычные праздные пассажиры. Матросы вели себя весело и непринужденно, сыпали шутками, хотя наверняка догадывались, что скоро предстоит крупное сражение.
— Ночью было срочное совещание в штабе,– известил полковник Казанцев.– Поступило сообщение, что в районе Синопа сосредоточена половина османского флота. Готовят большой десант на Кавказ. Скорее всего Нахимов будет атаковать врага прямо в Синопской гавани. Корнилов с эскадрой направился к Босфору, чтобы при случае — задержать подкрепление и помощь туркам. Моя задача покинуть судно во время боя и сдаться, прикинувшись англичанином Джеймсом Мельбурном. По легенде — я сбежал из русского плена, после поражения «Исмаила». Вы меня прикрываете.
— Значит все же решили внедряться?
— Андрей Иванович, у нас нет иного выхода. Нам нужен агент в Британии, как раз в Портсмуте, где расположен военный порт. А Джеймс Мельбурн как раз из Портсмута, откуда уехал в десятилетнем возрасте.
— В документы наследника я вложил листок с именами. Это английские лорды, которые могут быть полезны.
— Хорошо. Во всем разберусь уже на месте. Главное, чтобы турки поверили.
— Будьте осторожны, в Британской контрразведке работают настоящие звери…
— Знаю,– усмехнулся Казанцев.
— Господин полковник, почему Нахимов направился в Синоп на старых парусниках? Почему не взял в эскадру ни одного броненосца или парофрегата?
— Броненосцы решили оставить для защиты Севастополя. Четыре парофрегата выдвинулись с эскадрой Корнилова. Похоже, скоро будет серьезное дело…
— Такое ощущение, что вы не до конца мне доверяете. Почему ночью отправили домой, ведь знали, что будет срочное совещание!
— Андрей Иванович, мы вам полностью доверяем. Специально дали несколько часов на отдых. Кстати, об операции «Наследник из Бомбея» знают только пять человек. Вы, я, министр Меншиков и начальник Департамента Генерального штаба, конечно же доложат и императору.
— А капитан Лоренц?
— Ему приказали просто высадить меня недалеко от берега. Всех деталей операции Лоренц не знает.
«Святослав» шел довольно быстро, узлов тринадцать, развернув все паруса. Дул сильный попутный ветер. Канониры тщательно проверяли пушки. Три матроса перебирали канаты на палубе. Вахтенный что-то крикнул капитану.
Лоренц кивнул и быстро приблизился к нам:
— Господа, рекомендую спуститься вниз. Ветер усиливается, скоро будет шторм.
— Когда прибудем в Синоп? — поинтересовался полковник.
— Не раньше завтрашнего утра…
Мы не стали спорить и спустились в тесную каюту.
Профессия военного моряка требует от человека невероятно большого мужества. Если в открытом сухопутном бою военный может укрыться в блиндаже, за деревьями или домами, то морской бой всегда происходит на открытой местности, на водной глади. Летят ядра, которые пробивают борта кораблей, свистят бомбы со шрапнелью, на куски разлетаются элементы палубы, рвутся паруса, рангоуты, даже ломаются мачты. Иногда взрываются боеприпасы и пороховые склады. Самое страшное — это заостренные мелкие осколки, которые на большой скорости снимают с человека скальп или отсекают руку. Нередки пожары, особенно на старых деревянных фрегатах… старые моряки рассказывали, что иногда во время боя их товарищи обгорали так, что их было просто невозможно узнать.
Британцы за пятьдесят лет одержали немало побед на морях. Но мало кто знает, что побежать они начали, как только изменили тактику боя. Если раньше Королевский Британский Флот шел кильватерным строем и атаковал вражеские корабли, то сейчас они просто врезались в строй противника, разделяли и
