2.2
Оглядываться и повторно прощаться с папенькой я не стала и прямиком направилась к экипажу. Шаг, другой, сердце в груди отбивало бешеный ритм. В голове опять возникла идея побега. Я покосилась на стражу и покачала головой, понимая, что сбежать всё-таки не получится.
Когда лакей, открыв для меня дверь кареты, отошёл в сторону, я решительно подобрала подол своего неприметного платья и поставила ступню на подножку.
– Эмили! – раздался до боли знакомый голос.
– Оливер? – я обернулась.
Возлюбленный шёл быстрой походкой, а завидев приближающуюся стражу, перешёл на бег. Я ухватилась за подол крепче и отступила от кареты. Следовавшая за мной Лукреция Гийер расправила плечи, готовясь перехватить меня, если решусь бежать. Но неужели она думала, что сможет меня остановить? Я бросилась вбок, минуя ненавистную надзирательницу, и услышала разъярённый крик в спину:
– Вернись сейчас же, негодная девчонка! – вопила госпожа Гийер, но я не слушала.
– Оливер, любимый, – кричала ему и бежала что было сил.
Позади раздался звук спешных шагов – кто-то торопился за мной следом. Видимо, госпожа Гийер не желала смириться с непослушанием. Но что она могла сделать? Как помешать?
Едва эта мысль мелькнула у меня в голове, как что-то тяжёлое до боли ударило в спину, и за ударом последовала волна жара. Мучительного, будто кожи коснулось живое пламя. Я закричала, падая на ослабевшие колени. Боль стала сильнее. Что это? Потянулась рукой к спине, пытаясь затушить пламя, но одежда не горела.
– Ах ты аргова змеюка! – закричала, понимая, что произошло.
Моя любимая надзирательница не гнушалась никакими методами. Где и как она нашла жгучий камень, того я не знала, но подготовила она его заранее. Наверняка, день и ночь мечтала, что подвернётся подходящий случай его использовать.
Пока я сидела на земле не в силах пошевелиться, Оливера успела схватить стража.
– Отпустите его! – попыталась закричать, но мой охрипший голос был едва слышен.
– Я буду ждать тебя, любимая, – крикнул Оливер. – Мы обязательно будем вместе.
Отец, наблюдавший за происходящим молча, метнул гневный взгляд в сторону Лукреции. Что, папенька, узрели истинное лицо моей сопровождающей? В душе невольно поселилась надежда, что теперь-то он поймёт, на какую пытку меня обрёк, и скажет Лукреции не ехать. Но отец, недовольный и хмурый, вздохнул и повернулся в сторону Оливера.
Быстрыми шагами нагоняя стражу, он крикнул:
– Ты должен был покинуть замок! Я дал тебе денег.
– Эми, не слушай его! – кричал Оливер, вырываясь из рук стражи. – Я не брал никаких денег. Это всё ложь!
– Закройте ему рот, – приказал отец.
По моим щекам покатились слёзы, а в груди разлилась такая боль, какую даже жгучий камень не смог бы причинить.
Значит, отец соврал? Что подкупил Оливера и что тот уехал? Соврал мне…
– Поднимайся, что расселась? – сказала госпожа Гийер раздражённо. – Чуть обожгло, и ты уже умирающую из себя строишь.
Я обернулась на неё и встретилась с её жестоким взглядом. Если я дам ей ещё один повод, то она с радостью поиздевается надо мной снова. Доставлять ей такое удовольствие я не собиралась, потому, опершись руками о гравий, вновь попыталась подняться. Но ноги так и не слушались.
О, как же мне было ненавистно лицо этой змеюки и так же ненавистно было говорить ей, что я правда не могла встать. Почти заставила себя произнести это вслух, но замолчала, увидев, как на плечо госпожи Гийер легла рука лорда Грэмта. Он появился беззвучно, словно тень, и, казалось, был не рад, что ему пришлось сделать своё присутствие явным.
– Какое-то время она не сможет ходить, – сказал он госпоже Гийер. – Наверно, продавец забыл объяснить вам, как используют этот камень.
– И что вы предлагаете? – возмутилась надзирательница. – Отложить поездку?
Лорд Грэмт ничего не ответил, молча обошёл её и, остановившись у меня за спиной, нагнулся. Спустя мгновение он протянул надзирательнице завёрнутый в платок жгучий камень. Потревоженный ударом о мою спину, тот продолжал пульсировать красным светом, видимым даже сквозь материю.
Прежде чем госпожа Гийер успела забрать свой пыточный инструмент, лорд Грэмт отодвинул в сторону ладонь с камнем и предупредил:
– Прошу вас не применять его без надобности.
– Конечно, – пообещала Лукреция, заставляя меня горько усмехнуться.
Вернув камень, лорд Грэмт присел на корточки рядом со мной.
– Ещё жжёт? – спросил он без тени сочувствия, будто справлялся о погоде. Таким же тоном он мог бы поинтересоваться, закончился ли затяжной ливень.
– Немного, – ответила, снова упираясь руками в гравий. Меньше всего я сейчас хотела, чтобы лорд Грэмт бросался мне на помощь.
Но мои желания его волновали мало. Подхватив меня одной рукой под спину, а другой – под ноги, он поднял меня с земли и понёс к карете. Лукреция, довольная произошедшим, семенила позади. Бедняжка, наверно, испереживалась, что лорд Грэмт решит отсрочить отъезд и у моего батюшки появится время пересмотреть кандидатуру сопровождающей.
