— А вы давно этим занимаетесь?
— Почти двадцать лет. Я начал работать вместе с отцом, будучи еще подростком. Он тоже строитель. Можно сказать, что Дэвисы — династия строителей. Правда, он предпочитает строить торговые центры и супермаркеты, а я — жилые дома.
Джеки сделала глоток кофе, быстренько подсчитывая и уме. Двадцать лет? Она ходила еще в подгузниках, когда он начал работать. Джеки автоматически улыбнулась, хотя уже поняла, что Бена ее улыбки не трогают. Инициатива и интерес снова были односторонними, а она к этому не привыкла. Гость почти не смотрел на нее, задумчиво жуя круассан и запивая его кофе.
— Неужели в округе так много старых домов, требующих реконструкции? — поспешно спросила Джеки, чувствуя, что беседа затухает и ее гость в любую минуту может подняться и уйти.
— Если не в самом Шарлотсвилле, то в Виргинии много старых домов, представляющих историческую ценность. Меня приглашали и в Ричмонд, и в Портсмут. Но я предпочитаю работать ближе к дому, здесь у меня основной бизнес.
Снова повисла тишина. Джеки лихорадочно придумывала, о чем бы еще его спросить. Раньше у нее никогда не возникало подобных проблем — легкая, остроумная болтовня была ее коньком в светском обществе. Но Бен не подает ответных реплик и не задает встречных вопросов. Надо признать, что она его совсем не интересует. Но почему тогда он пришел?
Даже глядя на то, как он ест, Джеки чувствовала возбуждение. Если бы его прекрасной формы руки так же обхватили ее грудь, как они обхватывают кофейную чашку. Если бы он сейчас поцеловал её, она бы почувствовала привкус кофе на его губах...
Бен взглянул ей в лицо и перехватил ее взгляд.
— Зачем ты пригласила меня? — резко спросил он.
— Просто так. — Джеки пожала плечами. — Я здесь почти никого не знаю, кроме членов своей семьи. Я подумала, хорошо бы подружиться с кем-нибудь еще.
— Тебе нужно знакомиться с ровесниками.
— При чем здесь возраст? Увидев, как каждое утро вы пробегаете мимо моего дома, я решила, что было бы по-добрососедски пригласить вас на кофе. Возраст — не преграда между друзьями. — Или любовниками, мысленно добавила она. Джеки не могла не думать о такой перспективе.
— Итак, завтра, когда я буду пробегать мимо, мы будем знать, что знаем друг о друге чуточку больше, — пошутил Бен.
— Я — да, но что вы узнали обо мне? — Джеки не могла сдержать обиды: она практически навязывалась, а он оставался равнодушным и ни капли в ней не заинтересованным.
— Много, милая. Например, то, что ты способна стать большой проблемой для мужчины, если он не поостережется. Флиртовать для тебя так же естественно, как дышать. Если мужчина хочет остаться в здравом рассудке, он должен держаться от тебя подальше. — Бен говорил, растягивая слова и наблюдая за сменой выражений на лице девушки.
Неприкрытая обида сменилась настороженностью, а при последних словах на ее губах заиграла улыбка. Теперь Джеки была уверена, что Бен заинтересовался ею не меньше, чем она им. А уж она в таких делах не ошибается!
— А для вас очень важно сохранять здравый рассудок? — спросила Джеки хрипловатым игривым голосом и слегка подалась вперед.
— Все, Джеки, мне пора. Спасибо за завтрак, но мне нужно на работу. — Бен встал и отнес свою тарелку в мойку.
Джеки вскочила на ноги и поспешила за ним.
— Не уходите так скоро. Выпейте еще чашечку.
— Жаль, но не могу. Кстати, ты варишь превосходный кофе.
— Приходите завтра снова, а? — Джеки была в панике.
Она наслаждалась каждой минутой его присутствия, хотя была скованна и косноязычна, как никогда в жизни. А вдруг он больше не придет?
Бен неожиданно остановился, и Джеки налетела на него всем телом. Он посмотрел на нее сверху вниз, затем приподнял ее подбородок указательным пальцем. Все тело Бена вспыхнуло как факел. Ее кожа была такой мягкой, что он боялся поцарапать ее своим загрубевшим от работы пальцем. Ее широко распахнутые карие глаза смотрели на него обиженно и смущенно.
— У тебя скоро появятся друзья, твои ровесники. Но мне хочется поблагодарить тебя за прекрасный завтрак. Я получил от него даже больше удовольствия, чем ожидал. — Бен говорил очень серьезно, а его взгляд скользил по ее лицу, словно хотел навсегда запечатлеть его в памяти.
Она была очень красива. Вьющиеся волосы имели непередаваемый оттенок — медово-коричневый с золотистым отливом. В бездонных карих глазах можно было утонуть. Полные губы насыщенного розового цвета Бен мог поклясться, что этим утром помада не касалась их, — были созданы для поцелуев. И Бен не удержался. Наклонившись, он легко прикоснулся к ним своими губами. Резко выпрямившись, он без единого слова выскочил за дверь.
Господи, что на него нашло? За пять лет, прошедших со дня смерти Эммы, он лишь несколько раз встречался с женщинами, и то по-дружески. Все они были его давними приятельницами и ровесницами. Что же тогда сейчас происходит с ним?
Он больше не должен видеться с Джеки. Она очень красива и невероятно соблазнительна. Стоило лишь слегка коснуться ее губ, как его тело немедленно возжелало большего. В следующий раз он будет целовать ее долго и страстно, крепко прижав к себе ее стройное, женственное тело. Запустит пальцы в ее волосы, ощутит их мягкость и шелковистость. Бен представил, как порозовеют от возбуждения ее щеки, как затуманятся карие глаза, когда он станет ласкать ее обнаженное тело, целовать дюйм за дюймом все его потаенные уголки, как она будет выкрикивать его имя...
Бен потряс головой. От одних только мыслей он, как юнец, пришел в такое возбуждение, что молния на его джинсах грозилась разойтись сию же секунду. Эта женщина не для него. Во-первых, она слишком молода. У них не может быть ничего общего. Она дочь голливудской звезды Стивена Беннета, привыкшая к красивой жизни. Быстрые спортивные автомобили, загорелые молодые плейбои...
С ее красотой и ослепительной улыбкой у ее ног будет любой мужчина, которого она пожелает. Наверняка с ним, Беном, она просто развлекается, оттачивает свое мастерство.
Впрочем, он никогда не узнает правды. Ему надо держаться подальше от Джеки де Марсель и того соблазна, который она собой являет. Бен забрался в свой пикап и включил двигатель. Направляясь на строительную площадку, он заставлял себя выкинуть из головы молодую женщину, так сильно взволновавшую его этим утром.
Джеки медленно опустилась на стул. Ему в самом деле нужно на работу или он попросту сбежал от нее? И снова воспоминания о ее единственном фиаско на любовном фронте нахлынули на Джеки. Бен Дэвис остался равнодушен к ее чарам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
