Смысла сопротивляться больше не было, и я послушно позволила увести себя на кухню и усадить в любимое кресло.
Галка бросила на стол газету, которой размахивала передо мной на балконе, и метнулась заваривать чай, громыхая дверцами шкафчиков.
Я скосила глаза и прочитала: «Недвижимость». Понятно теперь, чего она так разошлась…
Галка с Сашкой — мои самые близкие друзья и к тому же соседи. Их квартира находится в аккурат над моей, и близость эта до недавнего времени меня безмерно радовала. Чудесно, когда в любое время можно заскочить к людям, которые всегда рады тебя видеть. Более того, мы с Сашкой давным-давно обменялись ключами, а это по нынешним временам, согласитесь, акт полнейшего доверия. В общем, мы — без малого родня.
Но так случилось, что жить в квартире мне стало неудобно.
Раньше из домашних любимцев у меня был один только Маг — чёрный обожаемый кот-говорун. Но с некоторых пор появилась ещё куча питомцев: немецкий овчар-переросток Федя и теперь уже без малого двадцать в прошлом беспризорных котов. К тому же что-то подсказывало мне, что это не предел, и звери-сироты будут продолжать у меня селиться. Как-то, знаете ли, вышел процесс из-под контроля.
А впрочем, он там никогда и не находился. Собака, можно сказать, досталась мне по наследству, а стаскивать в дом бездомных собратьев замыслил Магистр. Я же — поначалу просто не возражала, а потом настолько втянулась, что второй десяток мы с ним насобирали уже вместе.
Вскоре выяснилось, что квартира моя для такой оравы не слишком пригодна. Ну, не то чтобы совсем уж не подходит, но есть ряд причин, создающих определённые трудности.
Так и этак прикинув свои возможности, я решила, что если её продать, на вырученные деньги можно прикупить очень даже неплохой домишко с участком. Не в лучшем, конечно, месте, а где-нибудь в чигирях, ближе к окраине. Ну и что? Подумаешь. Привыкла жить в центре — привыкну и на выселках. Человек же — он, если верить классику, ко всему привыкает.
Короче, предполагаемая отдалённость будущего жилья меня не пугала. Имея машину, можно даже из любого близлежащего села в два счёта до города добраться.
Торопясь до свадьбы покончить с этим вопросом, я быстро дала объявление о продаже квартиры, и вот на него-то Галка, очевидно, и наткнулась.
Ну да… Наверное, с моей стороны было свинством не сообщить подруге о своих намерениях. Но если на то пошло, она была в отъезде и вернулась только сегодня. А обсуждать такие серьёзные вещи по телефону — не самый лучший вариант.
Это я сейчас, конечно, пыталась найти себе оправдание… На самом же деле, я умышленно скрыла от друзей свои планы. Знала, что они начнут меня отговаривать, и я могу дрогнуть. В итоге Галке с Сашкой будет хорошо — любимые мы останемся под боком, а вот нам со зверьём — не очень.
Взять, к примеру, моего пса. Добрейший и нежнейший к своим Федька, трепетно выхаживающий котят, на прогулке превращается в настоящего монстра, которого фиг удержишь, если рядом нарисуется какой-нибудь шальной объект. В особенности мужского пола. А если ещё и пьяный! То вообще караул. Покусать он, конечно, никого не покусает, потому как без намордника из дома не выходит, но вот изувечить кого-нибудь своей «железной маской» может запросто.
Однажды, в попытке наброситься на мирного бегуна, он чуть было и меня не покалечил. С такой силой к нему рванулся, что я со всего маху рухнула на землю, пересчитав камнями позвонки.
Бороться с его невообразимым охранным инстинктом смешными командами «фу» и «нельзя» не получается от слова совсем. Он сам знает, как правильно охранять, и считает моё вмешательство просто нелепым.
«Я не понял, кто тут из нас служебный?!» — бросает он мне возмущённый взгляд и кидается задерживать очередного «нарушителя».
Но дело даже не в Федьке. В конце концов, с этой проблемой мы худо-бедно справляемся. Главное — коты. Когда они уходят гулять, у меня начинается настоящая паника.
Дело в том, что сразу за нашим парком проходит оживлённая трасса, и недавно один из моих котов, выскочив за ворота, довольно сильно пострадал, получив удар машиной. К счастью, не смертельный, но ведь мог и погибнуть! Не могу же я жить в постоянном страхе, представляя всякие ужасы? Однако и взаперти такую компанию держать — не лучшая идея.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В общем, вижу только один выход — переселиться куда-нибудь на задворки, подальше от оживлённых трасс.
Теперь эти доводы предстояло донести до сознания друзей.
Нет, животных они тоже любят и с аргументами моими, скорее всего, согласятся. Вот только Галка всё равно страшно расстроится. Приехала она к нам недавно, перед самой свадьбой с Сашкой, и друзей у неё здесь практически нет.
Мысли, перескочив на привычно-злободневную тему, наполовину увели меня в сторону от видения, но только я их додумала, и сразу вернулся страх. В голове снова закрутился эпизод, в котором Создатель обыденно, как о деле, практически решённом, рассуждал о нашей незавидной участи. Вот так вот! Хватит, насмотрелись, на доработку всех!
Галка уже не возмущалась, а с тревогой наблюдала, как я судорожно сглатываю чай, клацая зубами по фарфору. Меня колотило, не знаю, от чего больше — от холода или от осознания неотвратимости грядущего.
Сашка немного подумал, достал из шкафа бутылку и налил нам всем троим коньяка.
— Что, с утра? — выдавила я.
— Пей! — приказал он и замахнул первым.
Мы с Галкой покосились на бокалы, и, не сговариваясь, синхронно выпили. Огненная жидкость на секунду обожгла горло, кипящей волной пронеслась по пищеводу и целебным горчичником прилепилась на дно желудка.
Отстукивание челюстью морзянки через минуту прекратилось, а мысленная круговерть потихоньку начала снижать обороты.
«Хорошо. Допустим, всё — правда», — попыталась я рассуждать здраво. Что мне теперь с ней делать? Пойти по городам и весям, вещая «люди, одумайтесь»? Да-да, самое оно… С тем же успехом можно сразу рулить к психиатру. Даже близкие друзья, и те, вон, смотрят с подозрением, думая, наверное, что у меня с головой проблема.
А если всё же галлюцинации?.. Нет, не может быть. Со мной никогда такого не случалось, и никто в нашей семье ничем подобным не страдал. С другой стороны, я где-то читала, что шизофрения может настигнуть каждого и буквально в любую минуту. Просто-таки за углом стережёт!
Да, но вроде душевнобольные не осознают своего недуга, а я-то осоз… Так… И я не осознаю. Перспективно как! Просто краше не придумаешь! Позвонить, что ли, жениха порадовать?
— Рит, ну что, лучше тебе? — напряжённо спросил Сашка. Я промолчала. — Что ты там такое странное на балконе говорила?..
Всё, думать буду после. Сейчас надо срочно успокоить друзей. При Сашке вообще нельзя было ни о чём подобном заикаться! Он у нас товарищ не то чтобы слишком мнительный, но всякие пророчества на этот счёт исправно отслеживает, и потом, накануне «судного дня», почти всерьёз ожидает нового Апокалипсиса. Нет, не пойдёт. Незачем его в очередные сомнения ввергать.
Взяв себя в руки и призвав на помощь актёрское мастерство, я удивлённо подняла брови:
— Ты это о чём?
— Ну как… — растерялся он. — Там, на балконе…
— А что там, на балконе? — я намеренно гротескно распахнув глаза, и тут же, пожав плечами, обычным тоном добавила: — Всё там нормально. Я убирала, замёрзла очень, потом вы пришли.
— Да ну нафиг… Ты с таким лицом стояла, будто в самом деле конец света увидела!
— Рит, правда, глаза у тебя были — жуть, — поддержала Галка, всё ещё глядя на меня с опаской.
— Вот такие? — я посмотрела на подругу остановившимся взглядом оракула, а потом рассмеялась. — Народ, да вы чего, серьёзно поверили? Я ж вас разыграла!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
О смерти сотрудницы я решила тоже пока не упоминать, опасаясь, что тогда друзья точно сочтут, что у меня сдвиг по фазе на фоне стресса.
Наступила минута молчания, во время которой Галкин взор из испуганного превратился в гневный. Подруга в ярости обозрела стол, задержала взгляд на заварочном чайнике, но с желанием метнуть его в меня всё же совладала.
