Он закашлялся. Перевёл дух и продолжил.
— А вот идея с инопланетянином мне понравилась. Проведите обследование. Пусть школьный врач выявит, э-э-э, шумы сердца, там… Допустим… И направит его в больницу ДВО РАН. Там наши специалисты посмотрят. Чем чёрт не шутит. А вдруг?
— Вы всерьёз верите в пришельцев? — удивился майор.
Полковник вздохнул.
— Ты молод ещё. Я в них не только верю, я их видел.
Полковник вдруг развеселился.
— Знаешь, есть одна притча. Поп рассказывал… Люди поймали чёрта и спрашивают, ты в Бога веришь? Тот — верю, а в Христа? — Верю. О! обрадовались попы, так ты значит христианин⁈ Чёрт покрутил головой. Но ведь ты в Христа веришь! А чёрт возьми и скажи: Я не верю, а сам лично его видел. Как и Бога. Сказал и исчез. Ха-ха-ха… Здорово, да?
Майор задумчиво покрутил головой.
— В каком смысле, вы их видели?
— В прямом. Это очень давно было. Ну, и сам понимаешь, подробности я рассказать не могу.
— И каком виде? — недоверчивым тоном спросил майор.
Тот пристально, слегка сдвинув брови, посмотрел на подчинённого
— Да, в таком же, в каком и ты сидишь передо мной. Тут в Приморье после войны столько их было. Летали, как у себя дома. Мы думали, что это американцы такие шустрые. Всё сбить их не могли. А сбили — они уничтожили наш аэродром под Славянкой.
— Какой аэродром? Там нет аэродрома.
— Вот с тех пор и нет, — вздохнул полковник. — Оплавленная территория осталась. Тогда и поняли, что это ни хрена не американцы. Не было у них тогда такого оружия, чтобы оплавить тысячу гектар одним залпом. Да и ни у кого не было. Потом и закрутилось… Гонялись за этими «тарелками» на мигах, пытались сбить, не получалось,но и они не отвечали. Ну, а потом нашим надоело тратить горючку и боезапас. Гонки запретили. Запретили даже упоминать про НЛО в журналах дежурств и рапортах пилотов.
— А ПВО? — с недоумением спросил майор.
— Наши перестали пытаться сбить объекты после того, как две установки взорвались при пуске.
— Но так можно было и американцев пропустить! — возмутился майор.
— А вот тут самое интересное, — хохотнул полковник. — Объекты стали излучать очень характерный радиосигнал-маску. А когда американцы попытались его сымитировать, их самолёты стали взрываться прямо после пересечения нашей воздушной границы. В них стреляли откуда-то с земли. Представь себе! С территории Северной Кореи, представляешь! Американцы пытались туда проникнуть по земле, мы не пустили, но и сами туда не лезли. Это началось летом сорок девятого.
— Разрешите спросить?
— Спрашивай.
— Война в Корее в пятидесятом…
— Да-да. Американцы бросили все силы, чтобы проникнуть на ту территорию. Они думали, что это мы наше новейшее оружие испытываем. Причём двойного действия: земля-воздух и воздух-земля. Мы ввели свои войска в сорок седьмом, вслед за американцами. Ким потребовал и у нас и США войска вывести. Мы вывели, США наоборот приблизились к границе. Ну, тогда и началось.
— А «эти»? — майор показал глазами в «небо». — Помогали?
Полковник отрицательно покрутил головой.
— Продолжали летать, но не вмешивались, если американцы не пересекали определённую линию. Причём нас не сбивали, даже если мы летали прямо над «точкой». Тогда и американцы поняли, что это не наше ПВО.
— А куда они летали? И зачем?
— А хрен их знает! Определили три «базы» инопланетян: В Корее, на востоке Приморья и в Хабаровском крае. Куда они девались, подлетая, так никто и не понял. Нырял объект в горы или сопки, и всё… Никаких следов, или аномалий. Много экспедиций ходило, на вертолётах высаживались… Ничего не нашли. Спутники специально «повесили» в космосе. Ничего по сей день.
Оба помолчали. Полковник задумчиво, майор недоверчиво.
— Разрешите ещё вопрос, товарищ полковник?
— Спрашивай.
— Вы это, действительно, серьёзно, или, всё-таки, шутите.
Полковник нахмурился.
— Я, по твоему, на Тарапуньку со Штепсюлем похож? Или на Аркадия Райкина?
— Никак нет, товарищ полковник! Но…
— Чего но? Совсем уже… Что?
— Вы сказали, что подробности не расскажете, так как…
— Конечно, не расскажу. Это всё сказки и байки, которые лётчики и ПВОшники рассказывают новобранцам, а продолжение истории под жёстким контролем.
— Это всё так неожиданно, — с трудом выдавил из себя майор. — Но причём тут Дряхлов старший?
Полковник поморщился и достал из сейфа небольшой журнал, что-то написал на чистой странице и передвинул к майору.
— Подписывай.
Майор прочитал, хмыкнул и, написав фамилию, расписался.
— Дряхлов Виталий Романович был одним из контактёров. Техническим экспертом. А я был приставлен к их группе. Ты думаешь, почему я тут сижу столько лет? Да-а-а…
Они помолчали.
— Так вот. Теперь тебе понятен наш интерес к Дряхлову младшему и следующий вопрос: — Александра нашли?
— Дряхлова Александра не нашли. После посёлка Тындинский следы его теряются. То ли он уехал обратно на «большую землю», то ли сгинул. Там имел место бунт заключённых БАМлага.
— Ну, зачем вы так, майор? Нет уже БАМлага. Не поминай, как говорится, в суе! Думаете мог сгинуть?
— Мог. Без вести пропавших гражданских поначалу было двенадцать человек. Хотя… Некоторые потом нашлись. Прятались в тайге… Дряхлова и ещё пятерых не нашли.
— Во-о-от! — полковник поднял вверх указательный палец. — Возможно, мы имеем звенья одной цепи. Слишком много совпадений. Уезжает старший сын, младший начинает демарш. Иначе я его поступки назвать не могу. Дескать, вы все даже моего мизинца не стоите, не то, что моего отца.
— Но вы сами сказали, что он ничего сверх естественного не сделал.
— Не сделал, да. А представляешь, что было бы, если бы сделал? Мы и так засуетились, как наскипидаренные. А если бы вдруг что-то из разработок своего отца он влепил в свои схемы, вот тогда бы мы забегали.
— Так может не знает он ни про какие разработки? И возможно ли в домашних условиях собрать что-то инопланетное? Я же правильно понял вашу мысль про разработки?
— Правильно-правильно, — буркнул полковник. — Только у «НИХ» ни хрена не техногенные «разработки». И Дряхлов старший не просто так контактёром стал. Отбирали «ОНИ» из многих. Как? Мы так и не поняли. Они не гуманоиды. Их наши учёные назвали энергетами. Почему я и за то, чтобы провести медицинское обследование пацана. В его теле, если имел место контакт, должны произойти изменения. И мы знаем, где искать и какие. Семья ежегодно в течении пяти лет после контакта отца с НИМИ тоже проходила диспансеризацию: и мать, и сыновья. Потом, как старшего закрыли… Почему закрыли, лучше не спрашивай. И вообще… Информации для вашей работы более, чем достаточно. Работайте майор! Мы должны чётко понимать, с чем столкнулись. Отчёт ежедневно.
* * *
— Да что ж такое с этими «Акаями»? — костерил я их, едва сдерживая высокие чувства.
Причина поломок усилителей, чаще всего, была, действительно, «обычная» японская безалаберность. Вплоть до не правильно нанесённой на плату маркировки, например, полярности электролитических емкостей. Естественно, при первом же включении происходит «бах» со вскрытием крышки конденсатора и, возможно, выход из строя еще нескольких деталей на плате. Так получается, что они не только лепят, что попало, но и не проверяют каждый аппарат на простую исправность. Что это? Я знал японцев, как «самураев», готовых совершить сепуку, если пострадает честь, а тут… Или они так выказывают к нам своё неуважение? Но я не особо рефлексировал. Хорошо, когда узнаёшь слабые стороны противника.
Я и раньше знал нюансы ремонта японской техники, но то были, чаще всего ломаные-переломанные агрегаты. А это, прямо из японских белых ручек, мать их так. Но, как говорится, не бились бы стёкла, не было бы работы у стекольщика.
— Странно, что магазинный «сервис-менеджер» не справлялся с такой работой. А может и справлялся? Тогда почему мне отдали его работу? — думал я, едучи на автобусе домой. — И вовремя с деталями «подвернулся» Андрей. Так бывает? Слишком легко у меня всё получается. И музыканты «ведутся» на мой диктат. Только клавишник Александр отчего-то возмутился. И резко так возмутился! Вроде я и не давил на него, а он вспылил. Что я не так сделал? Но эти слушаются меня, как куклы. Даже страшно. Что во мне не так? Напор взрослого? Безапелляционность? Уверенность в результате? А вот Александру «не вкатило». Сам лидер? Они все сами себе лидеры, Александры. Хе-хе…
