Индивидуализация имеет решающее значение не только для выбора лечебного препарата, но также для выбора потенции. Например, у гиперчувствительных пациентов, которые чрезмерно реагируют на легкие температурные колебания, на фазы луны, на ежедневные жизненные проблемы, мы должны избегать применение очень высоких потенций.
Индивидуальная консультация в течение лечения вообще, и в течение гомеопатического ухудшения в особенности, играет важную роль. Когда пациент сам начинает меняться, партнеру может быть невыносимо принимать эту новую фазу. Необходимы тщательное лечение и индивидуальная семейная консультация. Просто назначить препарат — это лишь половина взятой на себя ответственности. Например, людей, которые чувствуют себя хуже от утешения, нужно очень осторожно опрашивать и давать советы. Им нельзя прямо противоречить или часто их критиковать. С каждым пациентом должны обходиться соответствующим способом, сообразно тому чувству, с каким он отвечает на наши вопросы.
Индивидуально должны прописываться также диета и дополнительное лечение. Мы не можем каждому пациенту рекомендовать одинаковую диету, должны принимать во внимание индивидуальную переносимость. Например, некоторые пациенты, страдающие гиперкислотностью, лучше чувствуют себя, когда едят цитрусовые; или от пациента с ишиасом, если он чувствует себя лучше при движении и физических упражнениях, нельзя требовать, чтобы он лежал и находился в совершенном покое,
Чем странен симптом пациента, тем более необычен и индивидуален он. Возьмем, например, пациента с гастритом (при котором обычно еда ухудшает состояние), который после еды чувствует себя лучше. Эта модальность имеет особое значение. Другой пример — модальность Arsenicum album-a, где жгучие боли или жгучий жар улучшаются от теплых напитков, теплой пищи и теплых прикладываний.
Общие симптомы болезни для гомеопатов при индивидуализации собственно не имеют ценности. Очень важно выявить особенные реакции пациентов, чтобы выяснить что же различно и что особенно у пациентов А и Б, хотя оба страдают одинаковой инфекцией, например, инфекцией мочевого пузыря с E. Coli. Оба имеют учащенное мочеиспускание, жгучие боли в области мочевого пузыря и невысокую температуру. Эти симптомы являются обычными при цистите, для выбора гомеопатического препарата они играют второстепенную роль. Нас интересует: бывает ли жжение до, в течение или после мочеиспускания? Какими являются боли: колющими, пульсирующими, судорожными и т. д.? Каков запах мочи: как лошадиная моча, как аммиак, как спаржа и т. д.? При любом заболевании модальности являются важными факторами, прежде всего в острых случаях. Они характеризуют индивидуума в его страданиях.
Гомеопаты должны упорно работать, прежде чем будут в состоянии выбрать препарат. На этом пути нет укорочений или облегчений. Это требует постоянного изучения различных человеческих типов и интенсивного изучения Материи Медики.
Болен я или мое тело? «Я» или «Мое»
Часто трудности возникают при определении истинной причины болезни. Современные больницы, безупречно оборудованные лаборатории, высокообразованные врачи, отдают все свое лучшее. Идентифицируется каждый вирус и каждая бактерия, и им четко присваивается название. Каждое заболевание диагносцируют, не понимая вообще, что означает болезнь или кто действительно болен.
Тело изучается, определяется заболевание и прописывается препарат, который достаточно силен, чтобы уничтожить «причину». Сравниваются рентгеновские снимки и другие диагностические тесты до и после лечения, окончательное решение базируется исключительно на так называемых «научных данных».
У пациента с саркомой большеберцовой кости ампутируется эта кость и после дальнейшего лечения и исследований он объявляется выздоровевшим. Пациент, страдающий запором, 20 лет постоянно посещает своего домашнего врача и жалуется: «Господин Доктор, у меня запор». Однако все, что он получает — это слабительное. Этот симптом является ни чем иным, как языком природы, который выражает динамическую сущность его болезни. Пациент не говорит: «мой кишечник имеет запор», а: «у Меня запор».
Когда пациент посещает своего врача и говорит: «Господин Доктор, я болен, я себя чувствую плохо», он направляется к разным специалистам и проводятся все физические исследования. Естественно, они ссылаются на его тело. Если ничего не находят, то болезнь причисляют к психосоматическим и пациент направляется к психологам или даже к психиатру.
Когда что-то находят на физическом уровне, тотчас это провозглашается болезнью. Внезапно наш физический уровень получает собственное тождество, как будто он в состоянии себя сохранить здоровым или сделать больным.
Уже скоро тело становится подобным сломанной машине в мастерской, которую можно починить; и если будет необходимо, то будут стучать молотком или заменят части. Если бы это было так. Это было бы чудесно, это было бы так просто!
Невозможно предлагать лечение до тех пор, пока опираются только на органическую патологию. Рак не излечивается удалением заболевшей части. Рак является лишь проявлением болезни в определенном месте. Болезнь — это сначала внутреннее динамическое нарушение, которому нужно определенное время, прежде чем проявиться на поверхности. Мертвое тело не имеет аллергии и инфекций. Чего не хватает в мертвом теле, так это то, что мыслит, желает, чувствует и реагирует. Душа является прямым потомком природы. Через нее мы воспринимаем, анализируем, мыслим и радуемся свободному и неограниченному ландшафту жизни.
Когда инфицирована воля и разум больше не в состоянии различать ложь и истину, хорошее и плохое, тогда кристально чистая призма жизни начинает затуманиваться. Люди начинают пренебрегать собой, они прячутся, лгут и обманывают. В старании утаить истину и представить себя более сильным и прямым человеком, они теряют самих себя. Все чрезмерно утомляет, все ранит их и когда что-то течет против их планов, весь мир начинает трещать и разбиваться на осколки.
Чтобы выдержать этот безумный марафон в профессиональной и семейной жизни, мы сами вводим себя в это состояние. Мы живем в двух крайностях: с одной стороны полное пренебрежение своей душой и вечным миром, с другой стороны слишком много любви и заботы о нашем физическом.
Духу, заключенному в этой долгой и странной роли, которую он должен сыграть, не остается времени на размышление о том: «Кто ты? В чем твоя реальность? В чем твоя задача? В чем твоя обязанность в отношении к Себе самому и своему телу?»
Природа подарила нам эту чудесную жизнь. Все уже завершено, душа живет в дивном доме, чтобы сохранить это благословение.
Человек, как и другие живые существа, является единством души и тела. В повседневной жизни мы постоянно ссылаемся на эту идентичность. Даже когда мы больны, нашу болезнь мы описываем таким способом. Пациент говорит: «у меня болит голова и мои ноги тяжелые, однако я чувствую себя спокойно и мирно». «Я люблю сладкое, однако мой желудок не переносит этого», «у Меня запор». «Моя шея напряжена, у Меня головокружение».
Неоднократно мы употребляем: «Я» и «Мое». Все, к чему мы прикасаемся и ощупываем, есть тело, однако ясно ли нам, что к «Я» мы никогда не сможем прикоснуться? К нему можно прикоснуться только приветливым, ласковым словом или знаком добрых намерений и нашей любовью.
Это указывает на наличие динамического бытия, которое не опознаваемо прикосновением, рентгеном или современными аппаратами. Душу можно воспринимать и прикасаться к ней только душой.
Один пример: неизлечимый больной лежит в больнице с ужасными болями и очень сильные болеутоляющие средства уже не помогают ему. Родственники пациента молятся и желают ему избавления, смерти. Однако это длится день за днем. Пока его не навещает кто-то, кто является кем-то необыкновенным для него. Тем, кто много значит для него, кто его понимает. После этой короткой встречи больной успокаивается и вскоре после этого безболезненно и свободно отправляется в последнее путешествие.
Это не вопрос веры или неверия, речь идет о реальности. Если бы это было не так, то не применяли бы два различных слова для своей идентификации. И если верно то, что «Я» моего тела несет только отождествление «Моего», тогда почему мы должны причину болезни искать на физическом уровне?
Жизненная сила
Ганеманн в 10 параграфе своего «Органона врачебного искусства» пишет: «Материальный организм, лишенный жизненной силы, не способен ни к ощущениям, ни к деятельности, ни к самосохранению; он вызывает ощущения и совершает жизненные отправления исключительно благодаря нематериальной сущности (жизненному принципу), которая оживляет материальный организм в состоянии здоровья и болезни.»
