– Как же мы обратно попадем?
– В чем дело? – Макс на шаг приблизился к ней и тронул за плечо. – Ты что, боишься легкого ветерка?
«Да! – хотелось завизжать Ари. – Боюсь – волн, шторма на море, кораблей!» Но она, разумеется, сдержалась, пытаясь казаться спокойной. – От штормов я не в восторге.
– Тогда пойдем, – он прикоснулся к ее локтю, – вернемся в машину. Я расскажу тебе все о Графском маяке позже, за обедом. – Он улыбнулся, но в глазах стояла тревога. – Мне почему-то кажется, что сейчас ты не в настроении выслушивать морские истории о кораблекрушениях.
– За обедом?
– Я же должен тебе обед? – Он посмотрел на часы. – Сейчас полпятого. Еще часок можем покататься.
Ари послушно забралась в машину. Укрывшись от ветра, она почувствовала себя в большей безопасности.
– Ладно, Макс, командуй.
Водитель завел мотор и повез их вдоль линии побережья, потом внутрь острова, в ту его часть, где окрестности были усеяны фермами колониальных времен и крошечными озерцами. Показал Большое Соленое озеро, популярное место парусных гонок, спасательную станцию, отделанную белой дранкой, и, повернув назад, к Старой Гавани, предупредил:
– Туман сгущается. Хотите проехать к Песчаному мысу?
– В другой раз, спасибо, – ответил Макс.
Ари помнила, как отец на чем свет стоит клял непредсказуемые июньские туманы: метался по дому, бушевал и наконец, смирившись с неизбежным, вел всю семью, если были деньги, в кино. Пока Макс расплачивался с таксистом, а Ари стояла рядом, приключенческий ее настрой померк; она предложила неуверенно:
– А не отправиться ли нам на следующем пароме обратно?
Макс сунул портмоне в задний карман и взял Ари за руку.
– Еще не время, – настойчиво возразил он. – Ты же хотела пробежаться по магазинам. – И решительно повлек ее по улице.
– Обойдусь. Если честно, с удовольствием подождала бы прямо здесь, на пристани, и в первых рядах на паром.
– Это ни к чему. – Он повел ее к сверкающему белоснежному зданию. – Кроме того, опасность еще не миновала.
– А тебе ни разу не пришло в голову, – выдохнула Ари, стараясь не отставать от него, – что если ты насчет меня ошибся, то та, другая, в самом деле, опасная женщина расстроит свадебный прием твоего друга?
– Нет. – Остановившись перед самым входом в отель «Вид на гавань», он опустил взгляд на ее взлохмаченную голову. – Мне неприятно об этом думать, но все же я считаю, что ты именно та женщина, с которой мне следует не спускать глаз.
Ей ужасно хотелось тут же доказать ему обратное, но она лишь молча последовала за ним в уютный холл ресторана, где он подозван официантку.
– Не очень-то мы, видно, похожи на туристов… – пробормотала Ари, заметив, как их провожали взглядами, пока они следовали за официанткой через весь зал, к столику на двоих с видом на гавань.
Макс лишь пожал плечами и непринужденным жестом отодвинул для нее кресло.
– Мне так не кажется.
– Но люди же глазеют.
– Ты красивая женщина. Почему бы на тебя и не взглянуть?
Ари через стол впилась глазами в Макса: неужели он не понимает, что смотрят на него? В своем белом смокинге он выглядит кинозвездой.
– Только не говори, что…
– Не хотите ли для начала коктейль? – Официантка положила перед каждым меню.
– Ариана, что будешь пить? – подался вперед Макс. – Белое вино?
Она отрицательно покачала головой.
– Ром с ананасовым соком. Двойной.
– Ого! – Он удивленно приподнял брови и обернулся к официантке: – А мне скотч. Чистый.
– Сию минуту. Потом я приму ваш заказ.
– Благодарю. – Он снова обратил свое внимание на Ариану. Ветер, дувший со скал, окончательно расстроил ее прическу, и теперь волосы волнами обрамляли лицо, почти скрывая очаровавшие его жемчужные серьги, В глазах у нее тревога – почему? – Ты переживаешь из-за тумана?
– Я очутилась на острове с посторонним мужчиной, у меня всего три доллара, и туман сгущается. Ну совершенно не из-за чего переживать! – Она опустила подбородок на сцепленные ладони. – У меня даже расчески нет.
– И шляпу потеряла, – добавил он, едва удерживаясь от улыбки: несмотря на все сказанное, она казалась абсолютно безмятежной – с расческой или без нее.
– Будь добр, дай мне сумочку. Пойду в дамскую комнату. – Пока он выуживал из кармана сумочку, она отодвинула кресло и встала. – Разумеется, если ты не против, ведь я на несколько минут исчезну из твоего поля зрения.
– Я уверен, что ты не оставишь выпивку, – улыбнулся Макс и протянул ей сумочку.
– Вот тут ты прав, – буркнула она.
Он смотрел ей вслед, пока она шла через зал: держится очень прямо, изящная сумочка в руке, светлые колготки, спокойные каблучки – этакая скромная, сдержанная… леди с головы до ног. Может, и впрямь Джерри ошибся? Впрочем, ему-то, Максу, все равно: уже много месяцев он не получал от жизни такого удовольствия. К тому же он всегда обожал сюрпризы и вообще всяческие неожиданности. Официантка поставила на стол бокалы; Макс откинулся на спинку кресла и с наслаждением сделал первый глоток скотча.
– Заказ сейчас сделаете, сэр? До следующего парома сорок пять минут. Ни у кого нет уверенности, что восьмичасовой сегодня будет.
Вот и отлично, решил Макс; все это слишком хорошо, чтобы вот сейчас закончиться. Вытянув из кармана портмоне, он вручил девушке свою «америкэн экспресс».[2]
– Будьте так добры, сделайте мне одолжение – закажите два номера на сегодня.
– А вы не сверитесь с береговой службой, прежде чем оставаться?
– Нет-нет, я уже принял решение. – Сделал еще глоток и перевел взгляд на окно, на пустой причал для паромов. Для Джерри, возможно, Ариана и была головной болью, но сейчас она встретила достойного противника.
Ари уставилась в зеркало, провела пальцами по спутанным на ветру волосам. Колготки она пока снимать не будет, а то еще, пожалуй, ноги натрет. Все равно уж день почти на исходе, а после обеда они отправятся в обратный путь.
Она даже фамилии его не знает. Красивее мужчины в жизни не встречала, и он так искренне расстроился из-за ее шляпы, пусть даже сам и затащил ее на этот чертов паром. А потом, даже не сомневаясь в ее дурных намерениях, возил ее по острову, рассказывал всякие истории, пригласил в ресторан и ведет себя с ней так, будто у них свидание. Уже четыре месяца ее жизни прошли без свиданий. Выпить ей просто необходимо.
Макс галантно поднялся из-за стола, когда она вернулась. Интересно, он джентльмен во всем и всегда? Игра подходит к концу, самое время прояснить все недоразумения. Выражение лица у него блаженное – это не к добру. Усевшись, она взялась за свой бокал – чудесно: льдинки тают на языке, ром прокладывает в горле обжигающую дорожку…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
