офицеры, участники Северного похода, знали: правая рука, которую Барклай-де-Толли едва не потерял в сражении под Прейсиш-Эйлау, всё ещё до конца не зажила. Ярцев почувствовал себя виноватым – военный министр из-за него сделал болезненное движение рукой – и больше задавать вопросы не решился.
Проводив Воейкова и Ярцева до дверей кабинета, Барклай-де-Толли, перед тем как проститься, серьёзным тоном произнёс:
– Господа, война с Францией не за горами. Результат войны будет зависеть и от вашей службы.
Он, Павел Ярцев, мечтал пойти дальше отца, отставного майора, и стать если не генералом от артиллерии, то уж точно – полковником. Он изучал, когда позволяло время и обстановка, научные труды по истории артиллерии, интересовался инженерным делом. По части артиллерии его особенно интересовала полевая артиллерия, к которой относилась его бригада. Когда офицеры убивали время за карточной игрой, он размышлял о реорганизации полевой артиллерии русской армии и даже был близок к тому, чтобы послать в артиллерийское управление министерства свои предложения. Но случай с итальянскими инженерами всё круто изменил. В Министерстве военно-сухопутных сил ему довелось быть, но… совсем по другой причине.
…В начале осени 1810 года по городам Европы отправился в вояж капитан русской армии Павел Петрович Ярцев, он же экспедитор (агент) Секретной экспедиции при военном министре, а для европейцев – итальянец, собиратель и коллекционер старины.
Историческая справка
Военная разведка существовала с древнейших времён, ибо каждый крупный военачальник стремился добыть максимум сведений о противнике. Но если в годы Цезаря и Чингисхана она сводилась к проникновению в тыл врага и выведыванию сведений, характерных для данной конкретной ситуации, то чем взрослее становилось общество, тем в большей степени разведка военная превращалась в разведку военно-политическую. Теперь уже становилось необходимым знать не только количество сабель, штыков или пушек у противника, не только места и характер расположения главных сил, но и знать будущие цели и намерения королей, герцогов, султанов, их послов и доверенных лиц. Особенно наглядно это проявилось в начале XIX века во время наполеоновских войн. И война Франции с Россией не станет исключением.
Наполеоновская разведка обладала немалым опытом добывания военно-политической информации. На её счету были успешные операции в Италии, Пруссии, Австрии. Но деятельность разведки оставалась в тени, ибо её затмевали военные победы французов. Все дела разведки находились под личным контролем Бонапарта, к нему стекалась вся информация.
Ближайшими помощниками императора в делах российских были министр иностранных дел Марэ и командующий войсками в Северной Германии маршал Даву. В штаб-квартиру маршала в Гамбурге поступала информация о русской армии, полученная из войск, а в Париж к министру – сведения от французских дипломатов и секретных агентов. Агентура проникала в Россию под видом путешественников, торговцев, артистов, отставных офицеров. Активно использовались жившие в России французы: гувернёры, врачи, преподаватели, прислуга местной знати.
Под руководством Парижа действовали и разведки других государств, входившие в орбиту французского влияния: Пруссии, Австрии. Но наибольшую активность проявляла разведка герцогства Варшавского. Особенно это касалось западных областей. Поляков интересовали военные укрепления, переправы, расположения войск.
Центром, руководившим шпионской деятельностью в России, являлось французское посольство в Петербурге. Через дипломатов переправлялись во Францию сведения, добытые агентурой. На эти нужды, включая подкуп должностных лиц, выделялось из казны до 5 миллионов франков – огромная сумма по тем временам.
Разведывательная деятельность французов и их союзников не могла остаться безнаказанной. Отечественными спецслужбами на территории Российской империи были арестованы несколько десятков иностранных шпионов. Однако Министерству полиции становилось всё труднее в борьбе с вражескими лазутчиками. Поэтому в 1810 году было решено создать в России специализированный орган военной разведки и контрразведки. Он был основан Барклаем-де-Толли и получил название «Секретная экспедиция», который через два года переименовали в «Особенную канцелярию» при военном министре. По его указанию за границу, в том числе непосредственно в российские посольства, были направлены несколько военных агентов для ведения разведывательно-агентурной работы.
Информация агентов русской военной разведки легла в основу стратегии и тактики ведения войны, которых придерживался сначала Барклай-де-Толли, а затем Кутузов.
* * *
Военный министр Российской империи Михаил Богданович Барклай-де-Толли не сомневался в том, что война с наполеоновской Францией будет совсем скоро. Потерпев поражение в кампании 1805–1807 гг., Россия была вынуждена принять условия Наполеона и заключить с ним Тильзитский мир, по которому присоединялась к континентальной блокаде Англии. Англия была главным конкурентом и врагом развивающейся буржуазной Франции. Британцы захватили ряд французских колоний и препятствовали французам свободно торговать. После победного для британцев морского сражения при Трафальгаре Англия по-прежнему оставалась владычицей морей. Поэтому Бонапарт решил победить Англию экономически – подорвать её торговлю посредством закрытия для неё всех европейских портов.
Россия оказалась меж двух огней. С одной стороны, Тильзитский мир вынуждал её присоединяться к континентальной блокаде Англии. А с другой – блокада была чрезвычайно невыгодна России, поскольку она активно торговала с Британской империей.
Оставалось одно – тайно нарушать условия Тильзитского мира. В 1810 году русское правительство ввело свободную торговлю с нейтральными странами, что позволило России торговать с Англией без посредников и приняло заградительный тариф, который повышал таможенные ставки, главным образом на ввозившиеся французские товары. Это вызвало негодование в Париже. Наполеон настойчиво требовал от Александра I соблюдать континентальную блокаду, но наталкивался на нежелание России разрывать отношения со своим главным торговым партнёром.
Камнем преткновения была ещё и Польша. В раздробленной Польше Наполеон видел потенциального союзника и намеревался воссоздать независимую Польшу до границ Речи Посполитой, что было возможно только после отторжения от России части её территории. Поэтому когда в начале 1811 года Россия, опасаясь восстановления Польши, стянула несколько дивизий к границам Варшавского герцогства, это было воспринято Наполеоном как угроза своему союзнику.
Вывод прост: Россия существенным образом мешала планам Бонапарта. Поэтому война между Россией и Францией представлялась неизбежной.
И война грянула!
* * *
С утра накрапывал мелкий дождь, сменивший стоявшую несколько дней нудную жару. Где-то вдали громыхнуло, потом ещё. Два генерала прохаживались по дорожке, которая терялась между прибрежными кустами и больше походила на лесную тропу. Невдалеке журчала река Дрисса, изрядно обмелевшая к июлю.
– Похоже, будет гроза, – сказал Ермолов, обратив взгляд на вершины деревьев; сквозь их густую листву просматривалось иссиня-чёрное небо.
– Настоящая гроза будет завтра, – тихо отозвался Барклай-де-Толли, имея в
