- Нет, наверное, я неправильно бросал его через забор садика. Где-то ударился.
Лада озадаченно захлопала ресницами, повернувшись к Елисею.
- Да папа, шути, давай, все мы знаем, у кого в семье самый мерзкий характер. Хоть сюрпризом для Лады не будет, - фыркнул Лиса и посмотрел на мать в поиске поддержки, иначе этот балаган грозил затянуться. С Кенара сталось бы язвить, пока не надоест. А как показывала практика, оно ему никогда не надоедало.
Кира вручила мужу маленькую сумочку, шлепнула по груди и шагнула вперед, навстречу Хроменко, притворно-радостно выдавив:
- Очень рады познакомиться с тобой, Лада.
Она даже позволила себя обнять, когда в ответ услышала, едва девчонка выпуталась из объятий.
- Ой, я так рада с вами познакомиться! Знаете, мамуля, могу я звать вас мама? Так вот, в жизни вы не такая старая, как на фотографиях. Я-то думала приеду, увижу старую морщинистую ведьму, а вы еще ничего… Хороший у вас хирург. Ничего удивительного, женщина после сорока уже не торт, надо же как-то поддерживать у мужа страсть. Тем более вы ж старше. Это круто.
Ярослав закашлялся, Раиса испуганно охнула. Настя с Антоном в ужасе вздохнули, Елисей икнул, Паша втянул носом воздух, а Марк присвистнул. Оба семейства разом повернулись и уставились на сияющую Ладу, озадаченно наклонившую голову на бок, смотря прямо на замершую Киру. Она медленно повернулась к мужу, пройдясь таким взглядом по Елисею, что тому быстро захотелось сигать обратно в самолет. Можно прямо на лету.
- Пашенька. – процедила Канарейкина, посмотрев мужу в глаза. – Где ты говорил у нас дома ружье?
- Мам, да она, - начал было Елисей, но заткнулся, стоило Кире повернуться к нему.
- Лишишь нас такой гостьи? – насмешливо хохотнул Кенар, явно забавляясь всей этой ситуацией.
- Что ты, думаю, пора нам подумать о сокращении количества детей в нашей семье!
Елисей почувствовал сочувствующее похлопывание по спине и повернулся к Марку.
- Дружище, это неправильная девушка и она делает неправильное счастье, - проговорил, стоило Лисе вздохнуть.
- Какое счастье, меня сейчас на ближайшей клумбе закопают собственные родители, - пробурчал, прижав ладонь к лицу.
- Ничего, друг, я буду носить тебе на могилку васильки и колбасу.
- И коньяк с сигаретами?
- Курение и алкоголь вредят здоровью. Обойдешься минералкой.
- У-у-у, даже на том свете никакой личной жизни!
Глава 3 - Куда податься бедной родственнице
Алиса опасливо опустила банановый панкейк на тарелку под пристальным взглядом Марка Тасманова. Тот факт, что муж подруги ее сильно недолюбливал, страшно усложнял пребывание в квартире молодых супругов. Это Настя могла сколько угодно отмахиваться и фыркать на предложения подруги съехать, а вот Алиса уже всерьез подумывала о том, что жить на вокзале не так уж плохо. Или под мостом в коробке из-под домашнего андроида-няню, которые только-только входили в моду у богатых людей. Поэтому она старалась быть максимально полезной – готовила, на данный момент, завтрак. Весь такой питательный и правильный, как раз для любителей заниматься спортом вроде Марка.
Всего несколько бананов, яиц, умная сковорода с настройкой для готовки с маслом или без, а также фрукты с ягодами да немного взбитых свежих сливок.
Аккуратно сняв очередной панкейк тонкой лопаткой, Ежова ловко его перевернула и вздрогнула, услышав вкрадчивый голос:
- И что ты собираешься делать теперь?
Намек прозвучал вполне ясный, как и подтекст: когда ты отсюда свалишь. Нервно вытерев пальцы о красный фартук, сглотнула, взглянув на панель на плите, стараясь не вглядываться в холод синих глаз. И почему он ее недолюбливал? Ну, да. Она вмешалась в идеальный порядок его жизни. Все знали, что Тасманов-младший патологически не любил любого несанкционированного нарушения своей территории. Даже Настя порой шутила о том, какой ее муж, закрытый от мира при его-то популярности.
А тут она. С блинами.
За себя стало обидно, за завтрак тоже. Но еще больше за собственную жизнью, с которой Алиса не знала, что делать.
- Не знаю, - честно ответила. Пожав плечами, вновь поворачиваясь к плите. – Поищу работу, да постараюсь поскорее съехать, дабы не стеснять вас.
- И куда? – в голосе Тасманова прозвучала легкая издевательская усмешка, а сама Ежова резко обернулась, уставившись на светловолосого красавца в синей толстовке для бега.
- Какая разница? Куда-нибудь, - буркнула, желая быстрее закончить неприятный разговор, принявшись собирать панкейки, раскладывая по тарелкам и украшая ягодами со сливками. – Я бы и сюда не поехала. Если бы знала, что вы вернетесь так рано.
На самом деле Алиса была благодарна Насте за эти несколько дней. Она успела прийти в себя после расставания, да и подруга не дала дать слабину, когда Игорь несколько раз звонил, пытаясь уговорить ее вернуться. В начале плакался, затем угрожал, после обвинял и заявлял, что она никому не нужна.
«Ты же дура полная, кто еще с тобой будет? Думаешь, станешь крутым шефом? Не смеши! Кому ты нужна со своими кондитерскими курсами, всю жизнь так и будешь в столовке борщи варить, пока на дроида не заменят»
От этих слов становилось больно и обидно. Игорь всегда обесценивал ее кулинарные эксперименты. Как бы она не старалась, все равно выходило «не как у мамы». Умом понимала, что не стоило тратить на такого человека жизнь, но душа жаждала, чтобы ее любили. Хоть как-нибудь, хотя бы немного похоже на то, что было у Насти. Потому что сама Алиса свою настоящую любовь успела познать, однако закончилась та весьма печально.
Не нужна она ни Елисею Канарейкину, не кому-либо еще.
Глаза обожгли слезы – пришлось сдержаться, сделав вид, что разглядывает просторную кухню. Стены украшали причудливые пейзажи, неровный потолок, специально задуманный таким. Будто космическое пространство - там наверху сияли по ночам маленькие звезды-софиты, создавая эффект млечного пути. Красиво, стильно и очень по-тасмановски. И все с минимальным количеством мебели, не считая светлого большого стола, барной стойки, за которой сейчас и сидел Марк, да пары тройки встроенных автоматических шкафов с кухонной техникой.
- Ладно, Золушка, - зевнул Тасманов, вырывая из потока мыслей, заставляя перевести на себя взгляд. – Так и быть, если будешь причесывать наших собак, готовить и убираться, можешь оставаться сколько влезет.
- Ну, спасибо. Щедрость какая, бегу – шнурки на ходу глажу, - язвительные слова сорвались с языка раньше, чем успела себя остановить. Закрыла ладонями рот в ужасе, а затем поймала насмешливый взор, икнув от удивления.
- Давай-давай, ежиха, еще месяц, научишься прилично огрызаться, - хохотнул Марк, подхватывая вилкой клубнику с тарелки, с довольным видом сунув ее в рот.
- За месяц с тобой по соседству я повешусь, - буркнула Алиса, отворачиваясь и подставляя кружку под кофеварку, ощущая бодрящий аромат напитка. – Как тебя вообще Настя терпит?
- Так я ж золотко, как можно меня не любить? Идеальный муж – свет очей ее. Пусть радуется, такое сокровище досталось, - выпятил губу Тасманов, заставляя Ежову подавиться кофе, резко поворачиваясь к нему.
- Ваши тараканы в борьбе за право первенства не воюют?
- Так зачем думаешь нам такая большая кровать? – вскинул брови Марк, хитро улыбнувшись. – Специально для мирных переговоров!
Алиса почувствовала смущение и громко фыркнула в ответ. Пока бессовестный представитель гиеньей семьи доедал приготовленный завтрак, на кухню вплыла, благоухая ароматом полевых цветов, Анастасия Тасманова. Глядя на длину ее юбки, Ангелине Валентиновне Меньшиковой, обязательно бы сделалось дурно. Сама же Настя, нисколько не смущаясь, потянулась через барную стойку к своей кружке, будто специально прогнувшись в спине и бросив хитрый взгляд на супруга.
Естественно тот заметил, но выдержав взгляд, чуть-чуть прищурил глаза.
- Белоснежка.
