Лия придает новое значение слову «сногсшибательная». Она всегда была милашкой. Я готов признаться, что уже несколько лет скрывал несколько грязных мыслей. Но я никогда не позволял себе идти по этому пути, даже мысленно. Не больше, чем кратковременное нарушение приличия. Она была несовершеннолетней — девочка-подросток, которая носила самые маленькие бикини, загорая на моем заднем дворе, как будто специально дразня меня. А ведь я был счастлив в браке. По крайней мере, я думал, что мы с Кэрри были счастливы вместе. Теперь Лия превратилась в соблазнительную молодую женщину, настолько простую, что это почти разрушило всю мою решимость, когда я поймал ее взгляд на себе. Ее мать была потрясающей женщиной до того, как рак превратил ее в истощенную и слабую. Лие генетика благоволила.
Затаив дыхание, я наблюдал за ее работой. За тем, как ее язык выглядывает между губ, когда она погрузилась в свое искусство. Сильные руки и ноги от многих лет подъема тяжелых деталей и работы с электроинструментами, держали в тонусе ее мышцы и силу духа, которого так не хватает многим ее сверстникам. За те годы, что Лия жила в другом городе, по ее разговорам с Ташей я знал, что внутри она была так же красива, как и снаружи. В ней жила доброта, благодаря которой Лия часами безвозмездно раскрашивала лица больным детям в местных больницах, а еще дарила рисунки на их стены, чтобы дети смотрели на что-то приятное, когда выздоравливают.
Находиться рядом с Лией было поразительно. Жар и желание обрушивались на меня каждый раз, когда она двигалась. Даже сейчас мое тело реагирует на воспоминания о ней в моих руках. Я не знаю, как реагировать на нее. Мой мозг не соображает из-за ее улыбки.
На прошлой неделе за ужином Таша сказала мне, что Лия возвращается, поэтому ее появление в моем гараже не было неожиданностью. Со своей стороны, мне было легко дать ей разрешение работать в моей гаражной мастерской. У меня не было времени, чтобы возиться там. Места хватало для пяти машин, но мы использовали его только для двух.
Я подготовил себя к красивой, живой, язвительной и часто задумчивой девочке, которая росла на моих глазах с детского возраста до подростковых лет. Она была далека от познающего мир неуклюжего подростка с длинными ногами. До сих пор помню, как поймал ее с мальчиком на диване, когда Таша была со своим парнем в своей комнате. Лия была отвлекающим маневром, чтобы не поймали Ташу за то, что она делает больше, чем я хотел видеть в своем доме. За это им на несколько недель запрещалось видеть друг друга.
Но Лия в двадцать два года, на несколько месяцев старше моей собственной дочери, все сильно усложняет. Я рад, что она дома, независимо от причины. Но сопротивление ей и тому, что между нами происходит, проверит мою решимость.
У меня был опыт с желающими меня женщинами. Но кроме одноразовой интерлюдии, когда я пытался начать встречаться и утолить свою жажду человеческого общения, я никого не приглашал в свою постель. Трудно понять, кто из них охотится на меня из-за денег и связей, а кто искренне заинтересован во мне. Черт, я бы, наверно, даже был бы рад кому-то, кто заинтересуется только моим телом, если бы знал, что это не потому, что они видели меня в разных журналах и знали, кто я.
Я занимаюсь собой, несмотря на то, что мне достаточно лет, чтобы иметь взрослую дочь и седеющие волосы, появившиеся благодаря ее беззаботности. Я занимаюсь с тренером в тренажерном зале компании, по крайней мере, три дня в неделю. И дома у меня тоже есть оборудование. Чтобы сохранить свое тело таким, каким оно было в двадцать с небольшим лет, требуется решимость. Но благодаря этим усилиям я чувствую, что управляю своей жизнью. Большую часть времени я правильно питаюсь, хотя и обожаю латте и другие сладкие молочные кофейные напитки, которые потом с лихвой восполняю на беговой дорожке или качая железо.
Сняв рубашку и пиджак, чтобы помочь Лие, я не надеялся показать свое телосложение. Ее поддразнивание было бонусом. Я действовал на автопилоте, когда увидел в какую секс-бомбу она превратилась. Все, о чем я думал — не испортить смазкой ткань примерно за тысячу долларов. Химчистка содрала бы с меня три шкуры, если бы домработница принесла туда нашу еженедельную корзину с одеждой.
В итоге после того, как Лия ушла, я кончил на рубашку. Что оказалось ненамного лучше, чем испортить ее в гараже. Мой член отказался опадать. Даже разговор с Ташей не смог успокоить мои желания. Спрятав свое состояние сложенным пиджаком, я вошел в кабинет, запер дверь и начал быстро дрочить, думая о том, как Лия чувствовалась в моих руках. О ее полной, высокой груди… Как я хотел слизать капельки пота между ней, когда Лия наклонилась. Как мне хотелось всосать ртом ее соски.
Когда Лия прижалась ко мне своими бедрами, я знал, что она застукала меня за разглядыванием. Мой член стал жестким от трения об нее. Стоило лишь подумать о том, как она дрожащая стоит на коленях на моей кровати, перед тем как ее трахнуть, и я нашел освобождение, в котором нуждался.
Лия целовалась, не как только что окончившая колледж молодая девушка с желанием подразнить. Она целовала меня словно хотела этого. Как будто чувствовала все, что и я. Химия, ощущение вкуса сладкой ваты ее языка на моем, гудели в моей крови еще долго после того, как она оттолкнула меня от себя и убежала, не поговорив о том, что произошло.
Я знаю, что должен извиниться перед ней за то, что позволил этому случиться. Но не думаю, что смогу. Она нужна мне.
Неправильно желать лучшую подругу своей дочери; девушку, за которой я наблюдал, выросшую в удивительную красотку. В Лии есть что-то чарующее. Что-то, что заставляет все мое тело пульсировать от необходимости быть ближе. Она может легко вызвать привыкание. Я знал, что не должен поддаваться соблазну, который так сильно на меня влияет. Но потом мне пришлось нанять ее.
О чем я только думал? Я точно сойду с ума. Но, по крайней мере, я пообещал самому себе никогда не спать с сотрудницами. Может быть, поэтому следующее, что я сделал после ухода Лии — позвонил Джине прошлым вечером. Если Лия — моя сотрудница, я смогу сделать все возможное, чтобы соблюдать свое правило. Это даст мне защиту от чувств, которые уже выходят за рамки похоти и от одной лишь встречи попадают на опасную территорию.
Лия сводит меня с ума. Это больше, чем похоть; это не отцовская жажда заботиться о ней, а стремление к тому, чтобы все ее мечты стали реальностью. Я знаю, что Джина не очень дружелюбна с ней и никогда не была. Если бы это не усложнило все еще больше, я бы, как босс Джины, исправил это. Джина является отличным членом исследовательской команды, но не настолько, чтобы ради счастья Лии расстаться с ней было грустно. Сейчас на рынке труда больше претендентов, чем рабочих мест. Ее легко будет заменить.
Я знаю, что это опасный шаг — взять Лию в качестве своего секретаря. Мне он не нужен. В случае необходимости я предпочитал обращаться к офисному помощнику своего финансового директора. Но для меня было бы меньше работы и осталось бы время подумать о будущих идеях не только в ходе запланированных совещаний или когда я в самолете на пути к объекту. В бюджете заложены деньги на помощника. Я бы сэкономил время, если бы у меня был кто-то, организовывающий мои дела.
Когда Лия только вернулась в город, Джина попросила меня принять ее падчерицу в штат. Я отказался, не желая, чтобы Джина думала, что я делаю это ради нее. Я не хотел делать ей одолжений, чтобы она не попыталась предложить мне что-нибудь взамен. Она слишком много флиртует, вместо того, чтобы поддерживать отношения на профессиональном уровне. И она замужем. Спать с замужней женщиной противоречит моему этическому кодексу; даже если бы я нашел Джину привлекательной, чего я не нахожу, я никогда не рассматривал ее в качестве партнера. Одна коллега Таши, старше по возрасту, однажды пригласила меня на свидание. Я из любопытства согласился, пока не узнал, что она замужем. При желании социальные сети облегчают проверку подобных вопросов.
