— удача немалая. Но Галя про неё и думать забыла, когда пришёл из школы Валерка и заорал на весь коридор:
— Га-аля! Я за диктовку чётверку получил!
— Да что ты! — удивилась Галя. — Вот хорошо-то!
Они схватились за руки и запрыгали от радости.
Ещё хорошее: Софья Павловна сказала, что в воскресенье будет экскурсия по городу. За ребятами на специальном автобусе приедут шефы с завода. Галя уже ездила к Смольному и по другим историческим местам.
В каком прекрасном городе они живут! С каким удовольствием Галя шагает по улице!
День холодный, но ясный. Улица убегает вдаль, и дома на ней разноцветные: серые, жёлтые, красно-кирпичные. Стоят ровным строем, одни с балконами, другие с колоннами, третьи с лепными украшениями. По голубому небу несутся облака, а в речке Карповке расплываются от них, быстро двигаются узоры из фиолетовых, коричневых, сизых пятен.
Галя идёт к Зине в гости. Одна идёт, как совсем самостоятельный человек. Немножко странно идти так одной, чуть-чуть робеешь, — всегда ведь она вместе с ребятами ходит — в школу, из школы, на экскурсию…
Уже давно Зина приглашает Галю к себе, давно обижается:
— Я к вам сколько раз приходила, а ты ко мне ни разу! Вечно тебе некогда, всегда ты занята, просто даже противно!
Но Галя, и правда, постоянно занята: то их группа по детскому дому дежурит, то у них банный день, то встреча с кем-нибудь, то к малышам необходимо сбегать, то в швейной мастерской занятия, то кружок, — Галя в хоровом кружке состоит. Всегда какие-нибудь дела.
А сегодня Галю отпустили сразу после обеда. Все ребята гулять пошли, а она к Зине.
Как идти, где её дом, Зина столько раз объясняла, что Галя нашла его без труда. Во дворе отыскала по табличке, в каком подъезде квартира номер пять, поднялась по лестнице и несмело нажала кнопку звонка.
В гостях
Зина сама открыла дверь и запрыгала от радости:
— Пришла! Пришла! Наконец-то! — Она живо стащила с подруги пальто и потянула её в комнату.
Смущенье и застенчивость овладели Галей. Присев на край дивана, она теребила в руке носовой платок, вынутый из рукава воскресного платья, в которое нарядилась, отправляясь в гости.
Зина засуетилась:
— Знаешь, как я тебя ждала! Просто невозможно! Сейчас я тебе покажу своих кукол. Теперь я уж редко в них играю, только всё их переодеваю, знаешь? Раздену да опять одену в другое платье. Сейчас, сейчас! Мигом всё притащу!
Она куда-то убежала. Галя подняла глаза, осматриваясь. На столе — клеёнка в разводах. Горшок с фикусом. На стене — две картины, какие-то пейзажи…
Вдруг Галя почувствовала на себе чей-то взгляд и обернулась.
Из-за буфета выглядывал мальчик лет шести — семи в матросском шерстяном костюме. Большие светло-карие глаза не мигая рассматривали Галю. Едва она обернулась, мальчик юркнул за своё прикрытие.
— А я знаю! — раздалось за буфетом. — Ты в детдоме живёшь!
— Верно! — улыбнулась Галя. — А почему ты прячешься? Иди-ка сюда!
— Из-за Зинки. Тебя Галя зовут?
— Какой ты догадливый! Вылезай, я отгадаю твоё имя!
Мальчик охотно покинул своё убежище и вытянулся перед Галей, выпятив грудь. Галя притянула его за плечи поближе, деловито нахмурившись, вгляделась в румяное лицо.
— А-а, вижу, тебя Максимка зовут.
— Вот так отгадала! — расхохотался мальчик.
— Ну, значит, Антипка!
— Сама ты Антипка!
В этот момент появилась Зина. Одной рукой она крепко прижимала к себе несколько кукол, другой катила перед собой игрушечную коляску, в которой восседала большая кукла в сборчатом платье.
— А этот уже здесь! — закричала Зина сердито. — Уходи сейчас же!
— Почему ты его гонишь? — с удивлением и упрёком спросила Галя.
Мальчик надулся, обиженно опустил голову. Но тут же заскакал на одной ноге, запел:
— Зи-инка-корзинка,
Спереди резинка,
Сзади барабан,
На боку карман!
— Котька, я папе пожалуюсь! Видишь, Галя, какой он приставучий! Отойди подальше, — слышишь? — Зина стала рассаживать на диване кукол. — В коляске — это Лариса. Погляди, Галя, какая она славненькая! Глаза закрывающиеся. Она считалась первой красавицей, да вот негодяй Котька ей самый-самый кончик носа отбил. Без кончика носа уже и не первая красавица, — правда? А эта маленькая, с матерчатой головой, Соня. Она младшая и приставучая. Вроде Котьки. Я её не люблю. Она на побегушках у других кукол.
— Как это — на побегушках? — спросила Галя.
— Ну, значит, её посылают сбегать туда — сюда, принести что-нибудь.
— Бабушка сейчас побежала в магазин за сметаной, — перебил Котя. — Так она, что ли, на побегушках?
— Кому я говорю — не мешай! Я уверена, что во всём нашем классе, да наверно во всей школе, ни у кого нет такого надоедливого брата! — Зина замахнулась кукольным платьем.
Котя отпрыгнул в сторону.
— Ну, ка-ак ты на него? — протянула Галя, вся порозовев. — Ты бы ему чулок заштопала. А то, гляди, дырка раздерётся во всё колено.
— Бабушка придёт и заштопает. Ну, давай играть. У тебя будут Нонна, Маша и голышок в конвертике, а у меня Лариса и Наденька.
— А Соня у кого? — осведомился Котя.
Зина не удостоила его ответом.
— Галочка, устраивайся в этом углу дивана. А я в этом. Сейчас я к тебе со своими дочками в гости приду.
— А у меня кто будет? — не унимался Котя.
— А ты сам сейчас за дверью будешь! — Зина схватила брата за плечи и потащила его к двери. Мальчик упирался, сжав губы и стиснув кулаки.
— Подожди! Подожди! — воскликнула Галя. — А Котя будет охотником. Да-да! Он, понимаешь, шёл по лесу и вдруг нашёл… знаешь, кого? Твою Соню. Она не на побегушках, а просто заблудилась. И он — охотник, значит — приводит Соню и спрашивает: «Это ваша девочка?»
Галя говорила быстро, весело. Зина отпустила Котю. Оба слушали с любопытством.
— «Это ваша девочка?» — спросит охотник. А Сони уже хватились. Это группа, детдома гуляла в лесу, одна девочка потерялась. Вот они все гуляют… — Галя разместила кукол в разных позах на полу.
— Ягоды и грибы ищут, — подхватила Зина.
— А где же Соня? — тоненьким голосом спросила Галя. Кукла в её руках поворачивалась во все стороны, явно оглядываясь с недоумением и беспокойством.
— Я её недавно видела вон у того куста, — отозвалась Лариса с закрывающимися глазами и даже ухитрилась пожать плечами в Зининых руках. — А теперь её там нет!
И вот Котя приблизился к дивану и, прижимая к себе Соню (почему-то он держал её вверх ногами), произнёс
