— Я все, — голос вышел глухим и сиплым.
Филя не повернулся. Вместо этого вылетел из комнаты, оставляя меня не только в одиночестве, но и в недоумении. Однако быстро вернулся, держа клювом краешек рубахи.
— На вот, — буркнул, отпустив тетину вещь прямо мне на голову. — Оденься, раз уж человек теперь.
И сел на спинку стула. Не осмеливался посмотреть, пока послушно не натянула на себя белоснежную чистую ткань, и только после глянул на меня своими огненными глазищами — открыто, даже и не пытаясь скрыть жгучий интерес.
— Ну, как оно?..
Он склонил голову набок, а я затаила дыхание, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Вернула взгляд к ногам, пошевелила пальцами…
— Прекрасно! — Жарко-то как стало внутри! — Чувствую себя так, будто… будто… готова взлететь!
— Ну конечно! — Филя, словно издеваясь, захлопал крыльями. — Ходить сначала научись.
В животе затрепетало при мысли, что я наконец-то смогу ходить по земле. Что закружусь в танце, взберусь на самое высокое дерево… Еще и в столице побываю! В наикрасивейшем городе королевства, если уж верить рассказам тетушки и Фили.
Да я же теперь везде могу побывать! Океан велик, но так скучен. А здесь — на суше — столько нового, удивительного и прекрасного, пусть и порой злого…
Радость неожиданно была придавлена громким хлопком двери. Тетя влетела в комнату с горящими безумием глазами, тяжело дыша и оттягивая чуть подрагивающими пальцами ворот платья.
— Такое узнала… А я-то думала, где раньше видела… Мчала на всех парах…
— Ну, тише, Вулья, тише, — ласково пробасил филин. — Попей воды.
— Да-да...
Тетя нахмурилась, закивала, словно слова Фили были самыми мудрыми в ее жизни. Зачерпнула кружкой теплой воды из котелка и залпом выпила.
— О, хвоста нет, — улыбнулась она, лишь мельком глянув на торчащие из-под покрывала стопы. — Превращение прошло успешно? Как себя чувствуешь?
Казалось, что подобными вопросами и проявлением внимания тетя пыталась скрыть, как взволнована. Взгляд ее по-прежнему горел и особо ни на чем не задерживался. Пальцы были напряжены, крепко сомкнувшись вокруг кружки.
— Даже не заметила, — ответила честно. — Мне снилось, как я бегу по зеленому полю, но Филя решил ворваться в мой сон.
Глянула на него недовольно, а он вздернул клюв, сощурился. Вот же гордый, пернатый!
— Да я чуть не ослеп, когда твой хвост засиял! Свет озарил всю комнату… Едва не заплакал.
— Болтаешь больше, чем попугай, — дерзко выпалила тетя, наконец возвращаясь в свое прежнее состояние: ворчливую и грубую ведьму. Поставила кружку на стол, пододвинула к койке стул и опустилась на него. — А теперь серьезно, Мира. У тебя ничего не болит?
— Да говорю же — нет. Я отлично себя чувствую, и мне очень хочется встать…
— Нет-нет. — Тетушка пресекла мою попытку подняться, мягко надавив на плечо. — Наберись сил. Может, и не чувствуешь, но ноги еще слабы. Отдохни, а я пока расскажу, что удалось узнать.
— Так не томи же, — проворчал Филя. — Извела уже ожиданием.
Они перебросились недовольными взглядами. Выглядело так, будто они молча угрожали друг другу.
В самом-то деле! Будь Филя человеком, они бы смотрелись ужасно гармонично. Оба ворчуны и грубияны, сильные и гордые и в то же время ласковые и добрые, когда это требуется.
— Я все думала… — начала тетя, обратив ко мне взор, — … где уже видела этого мужчину из видения. Моя самая ненавистная способность: я запоминаю глаза любого, кем бы ни было это создание.
— Почему ненавистная? — не уняла любопытства.
— Ну, порой она очень полезна… Так я понимаю, видела ли раньше определенного человека или нет. Но находясь в толпе и ловя на себе многие взгляды, я неосознанно начинаю вспоминать, и это… довольно мучает. Так и с твоим истинным. Я пыталась вспомнить… И вспомнила, представляешь?
В золотистых глазах Вульи вспыхнул совсем нежданный огонек радости.
— Вначале я сходила в порт, к морякам. Узнала у них, заходят ли в какие-нибудь порты пираты… Но это не столь важно. Потом я сходила в лавку Миранды. Помнишь, я рассказывала тебе о ней?..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кивнула, прекрасно помня все рассказы о чудесной целительнице королевства Аркус, которая возвысилась в глазах королевы благодаря своим способностям, за что та подарила ей собственный магазинчик. По словам тети, Миранда держала в лавке самые редкие травы и целебные снадобья, за которыми приходили многие короли. Ну, вернее, их слуги…
— Так вот… Мы с ней разговорились, как это обычно бывает. Время пролетело так незаметно... И тут в лавку заходит женщина — я ее сразу узнала! И не только по глазам. Уж больно у нее незаурядная внешность. Все случилось пару лет назад: ее направила ко мне сама Миранда, посчитав, что с ее заказом я справлюсь лучше… И справилась, хочу сказать, — тут тетя не сдержалась: выпрямилась, вздернула подбородок, несомненно гордясь собой. — Это был один из самых сложных заказов. Она заказала партию из ста оборотных зелий, действие которых ограничено по времени. Я тогда и не догадывалась, зачем и кого она собирается превращать в животных… Но суть в том, что забрать заказ она пришла не одна. Это был он. Теперь я уверена, что это был твой истинный.
Вулья поджала губы, сдерживая улыбку, но я отчего-то ее радости не разделяла. Нехорошо было на душе, тяжко. Казалось, конец рассказа мне совсем не понравится.
— Он представился как управленец академии, — продолжила тетя, — и сказал, что зелья нужны для практических занятий с адептами. Его глаза… Ну невозможно забыть эти глаза! — мечтательно протянула она, чем вынудила меня скривиться.
— Тебе он вроде не нравился. Ты назвала его плохим человеком…
— За красотой прячется уродство, — хмыкнул Филя. — За уродством — прекрасное...
— Это не меняет того факта, что он красив. — Похоже, не обратив внимания на слова филина или сделав вид, что не услышала, тетя искусно напустила на себя холодность и показушную строгость. — В общем… та женщина, которую, как оказалось, зовут Сильвия, тоже узнала меня. Сказала, что текущий заказ так же сделал он. А я и не знала этого — письмо с заказом пришло от анонима. И тут я подумала, что этот шанс просто нельзя упустить… Мы с ней приятно поговорили. Я разузнала об этой академии и невзначай упомянула, что моя дражайшая племянница с детских лет мечтает поступить в нее.
Она вдруг замолчала, будто специально выдерживая паузу перед смертельным ударом. Забухало сердечко, ладошки вспотели.
Нет… Ну почему я теперь сомневаюсь? Филя же предупреждал! Глупо сомневаться, когда решение принято!..
— Поздравляю, Мира, — не сдержала насмешливой улыбки тетушка. — Теперь ты на испытательном сроке как адепт академии боевых искусств Аркуса.
***
Адепт академии боевых искусств… Ну что за вздор? Я с трудом продержалась в школе, изо дня в день выслушивая от грымз-русалок, что я самая плохая ученица и хуже всех обращаюсь с дарованной стихией. А потом еще приходилось терпеть бесконечные нотации от отца и проводить вечера за учебой, усиливая магические способности.
Но вот не мое это было! Хоть и водная стихия родная для русалок, я в этой магии была слаба. И как же обрадовалась, закончив обучение, пусть и с трудом и не как лучшая (что не скажешь о моих сестрах), но все же…
А теперь я должна идти за своим истинным в боевую академию и начинать с нуля в том, в чем никогда не смыслила? Боевые искусства… Ну уж нет!
Такой настрой у меня был вчера весь вечер после внезапной новости от тетушки, да еще и ночь провела без сна. Чуть успокоилась, только когда тетя заварила мне чай, а после помогла сделать первые шаги. Но вся радость от замены хвоста на ноги уже улетучилась!
Тетя, конечно, объяснила, что я ничего не теряю и всегда могу вернуться, а попробовать-то стоит… Эта мысль крутилась в голове всю ночь, и к утру я окончательно охладела к возникшей передо мной проблеме.
Да, я решила не упускать шанса приблизиться к истинному. Пусть на суше мне и нужно стать студенткой боевой академии, ректором которой является мой пират…
