Читаем без скачивания Pacпятый купидон - Рэт Джеймс Уайт

в карман куртки и размотал длинный черный хлыст с одним хвостом. Он был длиной четыре фута[4], 16 жгутов, с большим треугольным куском кожи на том месте, где обычно должны были находиться фалл и хлопушка, похожий на некий гибрид сигнального хлыста и "драконьего хвоста"[5].

- Какие стоп-слова? - автоматически спросила она.

- Kонечно "желтый" и "красный". Ты хочешь?

- Пожалуйста, мой Господин.

Он хлестнул им один раз. Кончик едва задел ее сосок, но хлыст издал громкое - Хрусь! - и Лорд увидел, как все ее тело задрожало. Он снова хлестнул им, еще раз, просто задев другой ее сосок. Затем он шагнул ближе. Полшага. На этот раз, когда он хлестнул им, он рассек ее сосок пополам и потекла кровь. Он ждал, чтобы услышать, воспользуется ли она своим стоп-словом. Она застонала и закрыла глаза, ее тело все еще сотрясала дрожь. Ее лоно блестело от возбуждения.

- Повернись, - скомандовал он.

Она сделала, как он приказал, и он шагнул ближе и легонько шлепнул ее по роскошной заднице. Он попеременно потирал ее и шлепал, каждый раз шлепая сильнее, чем в прошлый, он проделал то же самое с верхней частью ее спины. Когда она стала упругой и румяной, а ее плоть теплой на ощупь, он отступил назад и еще раз пустил в ход хлыст. Он просвистел в воздухе и хлестнул по ее коже, оставив длинный рубец на левой ягодице, но не вызвав кровотечения.

Гленда зашипела сквозь стиснутые зубы, крепко зажмурив глаза. Ее тело дрожало. Следующий щелчок был в миллиметрах от ее кожи. Это было громко, как выстрел, и Гленда вздрогнула. Лорд улыбнулся, затем снова щелкнул хлыстом, полоснув ее по другой ягодице.

Он полосовал ее по спине и ягодицам до крови, доводя Гленду до слез, но она так и не использовала свое стоп-слово. Она рухнула на землю, тяжело дыша и дрожа.

Лорд подошел к ней и встал над ней. Он вынул свой член и начал мочиться на нее.

- Кто твой Господин? - спросил он, мочась ей в волосы.

- Bы - мой Господин.

- Посмотри на меня! - рявкнул oн.

Она сделала, как он приказал, поймав струю его мочи прямо в лицо, пока он продолжал мочиться на нее.

- Кто. Tвой. Господин?

- Bы - мой Господин. Лорд - мой Господин. Bы - мой единственный Хозяин. Я поклоняюсь вам!

Она склонилась перед ним, целуя кончики его ботинок.

Лорд вытряхнул несколько последних капель мочи ей на затылок, пока она продолжала целовать его ботинки. Затем он засунул свой член обратно в штаны, потянулся к двери и отпер ее.

- Я позвоню тебе, - cказал он, а затем выскользнул за дверь, захлопнув ее за собой, оставив ее стоять на коленях на полу, обнаженную, возбужденную, окровавленную и покрытую мочой, одну в подвале церкви под безумные завывания хора над ее головой.

* * *

Что-то в этой музыке было не совсем правильным, не совсем святым, - подумала она. Но она не могла понять, в чем дело. Когда она услышала, как его шаги удаляются вверх по лестнице и выходят из церкви, хор начал затихать. Когда они начали свою новую песню "Bброд по воде", это было так, как будто пел совершенно другой хор. Не осталось ничего от фанатичного восторга, который был там раньше. По сравнению с этим они звучали бесстрастно и уныло.

Гленду трясло от сексуального напряжения, когда она быстро оделась и вышла из комнаты. Она сделала глубокий вдох, вдыхая свежий ночной воздух и успокаивая себя, усмиряя буйство ощущений, исходящих от ее чресел, когда она поднималась по ступеням церкви и выходила из парадных дверей. Сильный аммиачный запах мочи Лорда витал вокруг нее. Она не потрудилась смыть его перед тем, как выйти в ночь. Ей понравилось это напоминание о ее опыте. Все это было так странно. Никаких переговоров не было. Никакого обсуждения ее пределов, ее желаний или ее фетишей. Он просто делал с ней то, что хотел, и она позволила ему. Увидев его с этим хлыстом, она лишилась всех слов. В тот момент она хотела принадлежать ему, быть покоренной им. С Хозяином Крейгом она была немного нахальной, нарочно поджаривала яйца, варила ему кофе слишком сладким, его брюки были слишком мятыми, слишком долго чистила его ботинки, скулила, когда он шлепал ее, и пыталась убежать. Не в этот раз. Не с Лордом. Его царственное присутствие повелевало ей повиноваться. Независимо от того, насколько больно было от хлыста, стоп-слова были самой далекой вещью, которая приходила ей в голову. Она попала в подпространство быстрее, чем когда-либо могла вспомнить, и была так накачана эндорфинами, что думала, что вот-вот испытает оргазм просто от того, что хлыст врезался в ее кожу. Она была так близка, когда ее выносливость, наконец, иссякла, и она упала на пол, больше не в силах выносить боль. Затем, когда она почувствовала теплую, унизительную струю его мочи, брызнувшую на нее, подняла глаза и увидела его огромный, великолепный член, болтающийся над ее головой, истекающий мочой, когда он приказал ей объявить его своим Господином, повернуться, чтобы он мог помочиться прямо ей в лицо - она никогда не чувствовала себя более покорной, никогда не чувствовала себя настолько полностью принадлежащей. Ее единственными мыслями были: К черту Хозяинa Крейга. Лорд - настоящий Хозяин!

Она понятия не имела, как долго они играли, но когда они вошли в церковь, было светло, а сейчас солнце садилось. Служба закончилась, и прихожане потекли к выходу вместе с ней. Она чувствовала на себе их горячие обвиняющие взгляды, пока пробиралась сквозь толпу. Некоторые из них морщили нос и махали руками перед лицом, когда она проходила мимо. Ей было наплевать на каждого из них. Она не могла поверить, что когда-то хотела быть одной из них. Они понятия не имели, что такое настоящее поклонение.

Той ночью она лежала в постели, мечтая о своем новом Господине, вспоминая его запах, ощущения, вкус, это невероятное тело, твердое, как эбеновая статуя, его кожа - безупречный занавес ночи.

Он не звонил ей два дня. Каждый день был для нее агонией.

На третий день он позвонил ей из церкви.

- Алло?

- Привет, Гленда.

- Лорд?

- У тебя есть одна из тех маленьких клетчатых юбочек, какие носят девочки из католической школы?

- Да... эм... да, Господин, я... я так думаю. Зачем?

Лорд мог