– Тихо. Не ори. Во всех ящиках?
– Во всех, кэп. Во всех…
С этими словами Робби забрался на ящики и полностью скинул укрывавшую их ткань. Рик упер руки в бока.
– Мда…
Ящики, новенькие, еще не успевшие потемнеть, высились в три ряда и занимали почти весь объемный трюм флейта. Рик подошел и скинул крышку одного, другого, третьего…
– Я же говорю, кэп, во всех!
Улыбка на лице Робби лишь подчеркивала его легкое умопомрачение.
– Серебро!
«Мда, – ухмыльнулся про себя Рик, – тут есть от чего потерять голову…»
В ящиках лежали новехонькие серебряные слитки, аккуратно уложенные вплотную друг у другу.
– Сколько же тут, кэп? – все больше дурея от блеска счастливого будущего, спросил Робби.
– Много, Робби, много… боюсь всего это нам на «Фортуне» не разместить.
– Возьмем вместе с флейтом! – пират едва не прыгал на ящиках от радости.
– Ты сдурел, Робби! Тащить это корыто, через испанские воды! Возьмем сколько сможем. Остальное – к Посейдону!
– Куда?
– В воду! Вижу по твоим глазам, что жалко. Но выбора нет, Робби. Нам этот флейт тащит куда бы то ни было опасно. Вред ли этот испанец был один. Скорее всего, отбился от каравана. Флейт могут искать! А ты знаешь, как испанцы охраняют свои караваны? – в любом другом случае Рик не стал бы объяснять, но сейчас, когда дело касалось большого куша… Он знал Робби как облупленного, тот обязательно донесет все до команды, а Рику было проще, когда парни не драли глотку, ища правды, а знали все наперед.
– И не будем спорить! – капитан чуть повысил голос. – Нельзя рисковать. Берем, что можем, и уходим.
Глава 3
Порт-Рояль процветал и пах, по-разному… Запахов было так много, что они все, слившись воедино, столь перемешались, что уже трудно было отличить какой и где. Вонь от требухи морепродуктов впивалась в ароматы каштанов, запахи смолы и потных тел накладывались на духи парфюмерных лавок, а гниение старых рыбацких лодок впитывалось в дурман рома. А на эту ароматную карусель море накладывало собственное благоухание, и еще где-то чуть в стороне сладковато потягивало коноплей…
«Фортуна», осевшая чуть не по самые орудийные порты, неуклюже вошла в гавань и встала на якорь. По прибытию в Порт-Рояль у капитана Джеймса Рика не было четкого плана, как пристроить свалившееся счастье в виде нескольких тонн первоклассного мексиканского серебра. И главное куда? То есть кому? Он перебрал в памяти всех представителей торговых компаний, который знал и которые держали свои конторы на Ямайке. Но кто обменяет такую кучу серебра на золото. Про золото Рик подумывал вяло. Хотя его по обмену окажется меньше, его легче поделить и спрятать. Но…
Если Рик все правильно себе представлял, то при курсе один килограмм золота за десять серебра, все равно получалось неприлично много.
– Кто обменяет все это серебро? – бормотал себе под нос капитан, пока спускали шлюпку.
И тут его взгляд упал на «Марианну». Судно-спаситель, что два года назад подобрало его из воды.
– Адам Бикфорд, – вспомнил Рик хозяина торговой компании имени себя. – Компания «Бикфорд»… так-так-так…
Мысли сконцентрировались на «Марианне» и ее хозяине. Туда же прицелилась и шлюпка.
– Вахтенный! – громко позвал Рик.
– Чего? – с борта «Марианны» свесилась кислая рожа.
– Мистер Бикфорд на судне?
– Нет.
– А где?
– На берегу, где же еще…
– Точнее можешь?
– Тебе-то, господин, что за дело?
Рука метнулась к кошельку, и серебряный шиллинг полетел вверх. Вахтенный тут же заглотил наживку.
– Мистер Адам с сыновьями будет обедать дома.
– Где его дом?
– Ну, господин… Кто же не знает дом уважаемого мистера Бикфорда…
В руке Рика появился еще один шиллинг.
– Где его дом? – повторил он свой вопрос, маня вахтенного серебром.
Матрос неприятно улыбнулся:
– Если господин сойдет вон там, – вахтенный протянул руку, – на южном пирсе, то от него пойдет улица Де Вальядо, вам туда. Потом сверните налево к собору Святого Себастьяна, затем через площадь, налево на улицу Алаведо и увидите большой двухэтажный дом с тремя колонными при входе – это и будет дом нашего хозяина.
– Молодец, – поблагодарил Рик и отвернулся.
– Эй, господин, а шиллинг?
Рик, не оборачиваясь, замахнулся и через плечо бросил монету. Она не долетела до вахтенного всего чуть-чуть и булькнула в воду.
– В расчете!
* * *
Капитану «Фортуны» за эти годы приходилось неоднократно бывать в этом самом грешном городе во всём христианском мире. Именно так его прозвали многие, а особенно испанцы, которые потеряли его в середине семнадцатого века. Теперь бывшие хозяева молили Бога, чтоб сей развратный Вавилон утонул в собственном грехе и чтоб пучина морская поглотила его. Испанцам было отчего ненавидеть обитателей Порт-Рояля, ибо добрую треть всего населения составляли отважные храбрецы, джентльмены удачи. Или выражаясь языком испанской инквизиции – висельники, еретики и пираты.
Но несмотря на все многотысячные молитвы поданных испанского короля, город рос и процветал, хотя немного и попахивал…
У ограды дома мистера Адама Бикфорда Рик был уже через час. Он оставил своих провожатых чуть в стороне, а сам решительно дернул за звонок.
К металлической решетке-калитке подбежал шустрый юнец.
– Что угодно господину?
– Господину будет угодно видеть твоего господина.
– А кто его спрашивает.
– Капитан Джеймс Рик.
– О, – парень чуть отпрянул от калитки, – капитан Рик, одну минуту.
Юнец пулей умчался по короткой аллейке к дому. Минута, и он уже несся обратно.
– Прошу вас, господин капитан. Мистер Адам ждет вас, сэр.
Рик важно вышагивал по аллее, а мозг уже напрягал память. А память, всколыхнувшаяся от мощного импульса, выдала хозяину нужную информацию. Мгновенно созревший план обрел нужные формулировки. Оставалось убедить Бикфорда во взаимовыгодном контракте.
– Джеймс! – обрадованно изрек Адам Бикфорд, когда капитан вошел в кабинет. – Ваша слава, молодой человек, опережает вас.
– И я искренне рад видеть вас, мистер Адам, – последовал обмен рукопожатиями. – Вы однажды спасли мне жизнь, и я чертовски вам признателен.
– Не стоит, мой друг, – Бикфорд отмахнулся. – Прошу садиться.
– Благодарю, – Рик сел в широкое кресло, обтянутое тончайшей кожей.
– Как ваши успехи, Джеймс? Я слышал, вы теперь капитан.
– Да. У вас верные слухи, – Рик открыто улыбнулся. – У меня четырнадцатипушечный бриг и восемь… – он осекся, – пятьдесят отменных головорезов.
Бикфорд уловил осечку в голосе и спросил напрямую:
– Было дело?
– Небольшое, но весьма выгодное. Нам удалось уладить кое-какие разногласия с испанским флейтом.
– О, Джеймс, вы здорово рискуете, – мистер Адам погрозил пальцем. – Между Англией и Испанией вот уже несколько лет как мир.
– Никак не могу простить себе, что не успел к той войне, – Рик вновь растянулся в улыбке.
– Так, значит, вас можно поздравить с победой?
– С полной!
– Тогда виски? У меня настоящий шотландский виски, а не те выжимки, что подают за пенни в здешних кабаках.
– С превеликим удовольствием, мистер Адам.
Хозяин дома извлек из буфета двухпинтовую бутыль и разлил по бокалам.
– За вашу «Фортуну» Джеймс, ибо ваш бриг оправдывает свое название!
– За «Фортуну»!
– И за ее капитана.
– Вы льстите мне…
Бокалы легонько соприкоснулись, издав тонкую мелодию.
– Виски чудесен, – причмокнув, заметил Рик, и его взгляд на секунду остановился на бокале с голубоватым отливом.
– Венецианское стекло, – не без гордости заметил Бикфорд. – Я вожу понемногу эту прелесть.
– Мда… – Рик отставил бокал и, закинув ногу на ногу, продолжил: – Я, собственно, мистер Адам к вам по насущному вопросу…
– Понимаю-понимаю, – поспешил заверить его коммерсант, – какова добыча?
– Серебро.
– О! В слитках?
– Вы проницательны…
– О какой сумме идет речь?
– Видите ли, скорее меня интересует не прямая продажа, а обмен… скажем некий товар в обмен на серебро.
– Ну что же… Моя компания возит в Новый Свет много разных товаров, – глаза Бикфорда улыбнулись, – впрочем, как и обратно. Вы желали бы часть серебра обменять на товары, а часть продать? Я правильно понял?
– Почти… Все будет зависеть от стоимости товара.
– Тогда я хотел бы услышать перечень интересующих вас товаров.
– У вас найдется перо и бумага?
– Обижаете… – хозяин торговой компании, поднялся и быстро приготовил на письменном столе все необходимое. – Прошу.
– Буквально две минуты, мистер Адам.
– Не спешите, я подожду, – заверил Бикфорд и, отойдя от стола к буфету, принялся не спеша колдовать над виски и бокалами.
Джеймс Рик писал, тщательно выводя крупные буквы английского алфавита. Он трудился недолго.
– Прошу вас, – Рик протянул список.
