– Чей приказ? Имя…
– Да пошел ты!
– Я уйду… таща за собой твою кишку… а ты будешь приколочен к стене и, неспешно жуя собственные яйца, станешь смотреть, как я удаляюсь, разматывая твою уже горящую кишечную систему производства дерьма… – я не особо задумывался над своими мерными словами, просто говоря, как есть, но этого хватило.
– Мэкв! Мэкв Скермис! Левая рука Мракоса! Он связался со мной! Пойми – я солдат!
– Понимаю – ответил я и поднялся на ноги – Понимаю… как он выглядит?
– Здоровенный черный детина! Да я видел его лишь раз в жизни! Мы маленький филиал! Делаем бухло, торгуем бухлом, покупаем торпеды – толкаем торпеды подороже! Это бизнес!
Поднявшись по чавкающим ступеням, я дал отмашку Каппе и пошел к светлому пятну выхода, что до сих пор был затянут серой пеленой пыли.
– Лид! – донесшийся от светлого пятна голос Ссаки не был особенно встревоженным – Тут движуха. Три бронемашины входят во двор. За ними толпа вооруженных гоблинов… Мои действия?
– Жди – отозвался я, шагая по коридору – Жди…
Хорошая обученность. Четкость и быстрота исполнения. Бывалость, что отчетливо прослеживалось почти у каждого из тех пяти десятков гоблинов, что окружили дымящуюся постройку в центре внутреннего двора. Три легкие шестиколесные бронемашины, каждая из которых несет на корпусе следы боестолкновений, последующего хорошего ремонта и бережного отношения к каждому узлу. При этом на снаряжении и техники два разных типа эмблем, в которых с некоторым трудом угадывались стилизованный черный шипастый пончик и шипящая невзрачная змея с пылающими глазами.
Надо же… на шум пожаловали сразу две здешние самые сильные группировки.
Ночные Гадюки и Черные Пончики.
А ведь эта окраинная территория не их. На окружившем нас бетонными объятии доме совсем иные эмблемы и знамена, не говоря уже о небольшой крепости Лезвий. Однако ребятки прилетели очень быстро. Даже слишком шустро они здесь оказались – похоже, пригнали сюда городские отряды быстрого реагирования, что должны иметься в находящемся под вечной угрозой мутантского штурма города.
И что это мне дает? Да нихрена мне это не дает…
Убедившись, что я стою в полном одиночестве, а руки мои пусты – хотя с меня свисает пяток различных стволов – из-за третьей по удаленности машины показался высокий гоблин в черном шлеме с тонированным забралом. Сняв головной убор и показав отличную прическу, блондин едва заметно улыбнулся:
– Без обид, но такие дела вот так просто не делаются. Захотели – и залили улицу кровью? Серьезно? Ладно там отпор давали, как нам доложили. А здесь? Обиду вымещали? Шмякос орал что вы в своем праве за убитого соратника… но так дела в нашем городе не делаются. Каждый вправе отомстить, но надо все предварительно обсудить… вокруг нас – жилое здание группировки Чистильщиков. А вы из гранатометов садите… хорошо хоть закончилось все… и сейчас… – он осекся, когда из двери за мной неспешно вышли остатки отряда и вдоль стены двинулись к дальним клумбам, снабженным двумя бетонными скамьями.
Гоблины вокруг присели, попрятались, вскинули стволы, но стрелять не стали, увидев пустые руки и головы без шлемов. Заодно не меньше половины потенциальных стрелков глянули наверх, на стену, что украшена уродливой красной бдящей нашлепкой, наблюдающей за происходящим во дворе. Ну да… не будь здесь системного ока… нас бы возможно уже крошили бы в фарш пулями. А теперь приходится мило общаться… хотя блондин все время поглядывает на вытащенный из бедренного кармана небольшой планшет в противоударном толстенном чехле.
– У нас тут не хаос с взрывами и кровью, а спокойный граничный город с его порядками и традициями – продолжил блондин – Я сержант Хикс и повидал уже немало таких как вы…
Вздрогнувшая под ногами земля и раздавшийся спустя долю секунды взрыв заставил меня сделать пару шагов вперед, но я не обернулся даже когда меня обдало облаком пыли. Задержав дыхание, я дождался, когда пыль унесет поднявшимся вихрем и только затем оглянулся, что увидеть заваливающуюся внутрь себя крепости Лезвий. Последний кусок стены качнулся и все же устоял, сохранив на себе эмблему с бритвой, став надгробием над братской могилой упырков. Я задумчиво взглянул на Каппу. Подскочив, вытянувшись, он доложил:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– А хер его знает… но не мы…
– Не мы – кивнул я, соглашаясь, что несколько гранат никак не могли сотворить такое.
– Хотя мы там нашли странные серые бруски – задумчиво добавил Хорхе – И сержант Рэк решил их…
– Захлопнись – лениво прорычал Рэк, заматывая себе горло бинтом.
– Вы… – покрутив головой с несколько подпорченной прической, сержант Хикс наконец разродился – Да вы сука охерели вкрай… нельзя здания взрывать! Это боевой оборонный сука ресурс! Если бы не око Владыки… Есть что сказать, чужак?
– Ага – кивнул я – Где живет сучий Мэкв Скермис, левая ягодица сучьего Мракоса? Адрес мне назови и можете дружно валить нахер.
Качнувшись на пятках, сержант переглянулся с заулыбавшимися своими, опять покачал головой и демонстративно постучал пальцем по экрану планшета:
– Владыке послан запрос на разрешение вашего задержания, разоружения и препровождения в одну из трех тюрем Дублина-5 для последующего суда. Не поймите неправильно, бойцы – ваш подвиг с Риториками нам известен и сегодня вечером выпьем за вас дружно. Но закон есть закон. В Дублине-5 так нельзя никому – даже вдруг явившимся из контейнеров замороженным хренососам и их главному отмороженному упырку Оди. Так что не дергайтесь, продолжайте отдыхать и ждите бесплатного тюремного обеда. Суда бояться нечего – расстрела не будет, гарантирую. Есть данные с видео. Как Кабхар толкует с толпой Рыжего Палтуса, как выдает им экипировку и оружие. Есть видео боя… есть свидетельские показания… в общем вы по нашим понятиям в своем праве были. Посидите пару суток, барахло ваше никуда не денется, а затем суд назначит часов по двести общественных работ на стройке обороны… и считай дело закрыто. Потом может еще и посидим вместе за кружкой пива в одном из баров.
Я продолжал задумчиво молчать, а подошедший Хорхе что-то нашептывал мне про ближайшую бронемашину. Молчали и остающиеся на периферии представители Черных Пончиков. Хорошая сдержанность… или им просто лень самим заниматься такой херней.
– Сержант… этот бубнило – один из стоящих перед блондином бойцов указал на Хорхе – Бормочет про то что надо у нас отжать броневик… они же в край трахнутые… отмороженные нахер…
– Надо брать, сеньор – повторил Хорхе и отошел.
– Трагикомедия правит балом – сержант тоскливо возвел очи к затянутому пылью фальшивому небу – Все сцена вокруг…
Высунувшиеся из окон вокруг любопытные жители едва не прослезились – от едкого дыма – и аплодировать не стали, хотя явно пытались расслышать каждое слово, а один тощий даже крикнул «Громче! Громче!».
Пауза затянулась и писк ожившего планшета пришелся как нельзя кстати.
– Голосовой ответ Владыки! – торжественно и облегченно провозгласил сержант Хикс, поднимая планшет над головой как святыню – Слушайте! Ответ на запрос!
Женский ровный и какой-то неживой, я бы даже сказал дешевый механический голос мерно зазвучал из динамика планшета:
– Отправленный вами запрос на пресечение беспорядка получен, сержант Хикс.
Блондин широко улыбнулся.
– Уточнение – продолжил голос из планшета, и улыбка сержанта чуть угасла – Правильно ли указаны данные командира группы, устроившей беспорядки и ведущие опасные для мирных жителей боевые действия в черте города?
– Да! – напрягшееся было лицо сержант расслабилось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Имя Оди… Его досье извлечено из архива, проводится интеграция старой информации с новыми данными.
– Хм… хер его… Оди! Чужак Оди! Да! Все верно! Он самый.
– Принято. Имя Оди. Кодовое имя-позывной – Гадос. Командир и основатель группировки Ночные Гадюки для проведения штурмовой спасательной операции «Ангел».
– Э… – сказал сержант Хикс, медленно опуская планшет – Повторите, пожалуйста…
