class="p1">Олег первый раз в жизни почувствовал, как сердце сжимает тугая безжалостная стальная пружина, но взял себя в руки и стал утешать рыдающую Ксюшу. – Ей и так досталось. Видеть всё это! Дик. Дикуш, как же так! Бедный мой Дик!!!
Он ушел в гостиничный бар, выпил, но это как-то не очень помогло, перед глазами как живой стоял его Дик! Смеющиеся карие глаза, пушистый хвост, от которого, кажется, ветер шел, так Дик им вилял, огромные широкие лапы, которые так аккуратно прикасались к его рукам, когда он уставал, или был чем-то расстроен! Мокрый нос, смешно сопящий ему в ухо по утрам, что означала, что пора на прогулку! Дик…
– Не, ты прикинь! Он ревел! Он реально рыдал в конце! – Ксюша любовалась собой в зеркале. – Не мужик, а тряпка натуральная! – она слушала щебет подружки, и соображала, что надо бы повыкидывать всё барахло, которое Олег покупал для своего ненаглядного пёсика! – А может, продать… Чё, тоже деньги! На ноготки как раз хватит… – Да, прикинь, он столько бабок тратил на этого придурошного пса! Лучше бы мне спа оплатил лишний раз!
Ксюша не могла видеть сквозь стену, и очень хорошо, что не могла! Потому что на шкафу за этой самой стеной сидел совершенно разъяренный Мяун, который разом простил Дика за все его проступки настоящие, воображаемые, и даже парочку будущих!
– Ну, погоди у меня, будет спа и баня с вениками! – шипел Мяун. – Я тебе устрою!
Он грациозно выскользнул из приоткрытой форточки на толстую ветку дерева, очень удобно расположенного прямо перед окном кухни и спустился к подвалу. Через некоторое время поднялся оттуда, и прыгнув на дерево, забрался чуть выше собственной квартиры. Там проживал Гаврик. Гаврюша – это кличка чёрно-белого весьма смышленого кота, который, хоть и не умел говорить, зато отлично выдрессировал своих хозяев и те прекрасно его понимали.
– Гаврюша! Дело есть! – Мяун коротко объяснил ситуацию, и Гаврюша, которого в мягком котячестве Олег снимал с дерева, охотно согласился помочь!
Теперь дело оставалось за малым.
– Радость моя, Анечка! – Мяун обнаружился у Аниной подушки в несусветную рань. – А как ты думаешь поступить с нашим гостем?
– Ммммяуш… А сколько времени? Сколько? – Аня скосила глаза на будильник и со стоном уронила голову обратно на подушку. – Изверг меховой! Так рано будить нельзя!
– Можно, если для пользы дела! Так что? – Мяун был упорен, и все попытки хозяйки закутаться в одеяло и гусеничкой уползти в сонное тепло, пресёк сразу и на корню. Ане пришлось со вздохом сесть на кровати:
– Мяун, ну что я могу с ним делать? Как только приедет Олег, я отдам ему его пса, скажу где и как нашла.
– Какого пса? Погибшего под колёсами грузовика? И уже похороненного в парке?
– Чтоооо? – Аня даже забыла на то, что кот разбудил её в пять утра. – Ты о чём?
Когда Мяун рассказал ей о том, что он подслушал, Аня была в ужасе. Она и так понять не могла, что должно быть в голове у девушки, которая бросает привязанную к дереву собаку, и всё надеялась, что это недоразумение. Ну, мало ли, убежал Дик, и кто-то его поймал, и привязал, незнакомый, нехороший. А Ксюша сейчас побежит его искать! Но, никто из соседнего подъезда не выходил и не метался по дорожкам парка! И Дика никто не звал. И Ксюша эта самая совершенно безмятежно выглядела, отправляясь на следующий день на работу.
– Так бы и кинула бы в неё что-нибудь потяжелее! – думала Аня, глядя сверху на развевающиеся шикарные светлые волосы. – Гадость какая!
Ксюша с работы возвращалась в прекрасном настроении. Просто безоблачном! Пришла, переоделась, и тут же устроилась у телека! А что? Самое то! Никто ничего не требует. На прогулку не тянет, лапы вонючие на коленки не укладывает, омерзительным носом не тычется! И вдруг ей померещился шорох у кухне. Отчётливый такой.
– Чего это ещё? – она отправилась в кухню, покрутилась там, всё вроде в порядке, досадливо пнула Дикову миску, стоящую посреди кухни под стол и вернулась к телевизору. Только началось ток-шоу, которое она хотела посмотреть, как шорох на кухне повторился.
– Да что это ещё такое? – она торопливо зашла, опять пнула миску, и шагнула было к выходу из кухни, а потом медленно повернулась. – Не поняла… Я ж её уже убирала. Странно.
В третий раз зашуршало через полчаса, когда все участники ток-шоу уже активно ругались, а кое-кто уже даже в волосы оппонентам пытался вцепиться. Ксюша кинулась на кухню в ярости от того, что по какой-то ерунде приходится отрываться.
– Блин! Я точно убирала эту гадскую миску! – Ксюша схватила её и запихала в мусорный пакет, стоящий под мойкой. – Фигня какая-то…
Шум, раздавшийся из кухни через десять минут заставил Ксюшу вздрогнуть. На экране страсти бушевали уже девятибалльным штормом, ведущий то ли успокаивал, то ли распалял участников, Ксюша была вся в событиях там, в студии, и тут… Бах! Ксюша перепугалась, выключила звук у телека, и осторожно начала красться к кухне, вдруг сообразив, что миска-то тоже сама по себе из-под стола вылезти не может!
Кухня выглядела совершенно нормально. Ничего нигде не упало. Только посреди на полу сиротливо стояла миска Дика.
Глава 4. Стратегия говорящего кота
Ксюша выкинула миску в окно. Дрожащими руками закрыла открытую настежь форточку и плотно закрыла дверь в кухню. Шоу закончилась, сериалы, сменяя друг друга, мелькали на экране, а она лихорадочно прислушивалась к звукам в пустой квартире, пока не решила, что это просто… Ну, просто ей так померещилось!
– Докладывай! – Мяун кивал головой, выслушивая крупного серого мыша, который опасливо переминаясь на лапках, рассказывал, что удалось сделать. – Неплохо. Миску нашли?
– Дддда. Крысаки нашли и к себе уволокли.
– Непорядок! Миску вернуть и на середину кухни поставить! Ибо нефиг! Телевизор ломать умеешь?
– Ннннет… – замотал головой мышь. – Только провод перегрызть.
– Только провод перегрызть… – передразнил его Баюн. – Тоже мне! Всему их учить надо! Ладно, завтра, когда эта гидра свалит, сбор всех частей там! – Мяун мотнул головой на соседнюю стену. – Понятно?
Мышь не осмелился уточнить какие части им надо собрать кроме миски, но решил, что они на всякий случай обыщут все под домом!
Никогда ещё Ксюша так охотно не убегала на работу. Гораздо, гораздо раньше чем обычно. Вышла из подъезда и увидела Дика! Огромный чёрный пёс промчался в парке! – Нет! Этого не может быть! Если бы… Если он остался жив, то вернулся бы сюда, придурок! Он же за хозяина своего жизни не пожалеет.
