Читаем без скачивания Две девочки в голубом - Мэри Кларк

Матери Стива недавно сделали протезирование коленных суставов, и ей нельзя было куда-то ехать, но также нельзя было оставаться дома одной. Постоянно звонили друзья, однако их просили не разговаривать подолгу на тот случай, если похититель позвонит прямо Фроли.

Все еще сомневаясь, стоит ли это делать, Уолтер Карлсон начал разговор с супругами.

— Не хочу вас понапрасну обнадеживать, но генеральный директор вашей компании, Стив, срочно созвал совещание директоров. Насколько я понимаю, есть шанс, что они проголосуют за выплату выкупа.

«Пусть случится именно это», — заклинал он, увидев, как их лица осветились надеждой.

— Не знаю, как вы, — сказал он, — но я голоден. Ваша соседка передала записку нашей сотруднице.

Она приготовила для вас обед и пришлет его, когда вы пожелаете.

— Мы бы что-нибудь съели, — решительно произнес Стив и посмотрел на Карлсона. — Знаю, что это звучит дико, я в «Си-эф-джи-энд-уай» новый человек, но задним умом подумал, что, может быть, они предложат собрать деньги. Для них восемь миллионов — смешная сумма.

«О господи, — подумал Карлсон. — Возможно, единокровный брат — не единственный в их семье непутевый человек. Неужели за всем этим стоит Стив Фроли?»

11

Сидящие на диване Кэти и Келли разом подняли глаза. Они только что смотрели видео с Барни, но Мона переключилась на телевизор и стала слушать новости. Обе девочки боялись Мону.

Чуть раньше, поговорив по телефону, Гарри принялся на нее орать. Он ругал ее за то, что она купила одежду детям.

— По-твоему, они три дня должны были ходить в пижамах? — закричала Мона в ответ. — Разумеется, я купила им одежду, игрушки и фильмы с Барни. И если помнишь, купила в фирме медицинского оборудования эту кроватку. Между прочим, я покупала также хлопья, апельсиновый сок и фрукты. А теперь заткнись и сходи за гамбургерами для всех. Я устала от готовки. Понятно?

Потом, как раз когда Гарри пришел с гамбургерами, они услышали, как телекомментатор говорит:

— Вероятно, сейчас мы примем сообщение от похитителя близнецов Фроли.

— Они говорят про нас, — шепнула Кэти. С экрана прозвучал голос Келли:

— Мы хотим домой.

— Я очень хочу домой, — сказала Кэти, стараясь не расплакаться. — Хочу к мамочке. Мне нездоровится.

— Ни слова не понимаю из того, что говорит девчонка, — посетовал Гарри.

— Иногда, когда они разговаривают друг с другом, я тоже ничего не понимаю, — поддакнула Эн– джи. — Они говорят на языке близнецов. Я об этом читала.

Потом она сменила тему:

— Почему Крысолов не сказал им, где оставить деньги? Чего он ждет? Почему он сказал только: «Я снова с вами свяжусь»?

— Берт говорит, он таким образом их изматывает. Завтра собирается еще раз с ними связаться.

Клинт-Гарри по-прежнему держал в руках пакет из «Макдоналдса».

— Давайте съедим их, пока горячие. Идите за стол, дети.

Келли спрыгнула с дивана, а Кэти легла, свернувшись калачиком.

— Не хочу есть. Мне нездоровится.

Энджи поспешила к дивану и потрогала лоб Кэти.

— У ребенка температура, — сказала она, взглянув на Клинта. — Быстро доедай гамбургер и сходи за детским аспирином. Не хватало только, чтобы кто-нибудь из них заболел пневмонией.

Энджи склонилась над Кэти. — Солнышко, не плачь. Мона будет хорошо за тобой ухаживать. Мона тебя любит.

Она сердито посмотрела в сторону стола, где сидела Келли с гамбургером, потом поцеловала Кэти в щеку.

— Мона любит тебя больше всех, Кэти. Ты лучше своей сестренки. Ты моя маленькая девочка, правда?

12

В зале заседаний совета директоров «Си-эф-джи-энд-уай» на Парк-авеню председатель и генеральный директор Робинсон Алан Гейслер с нетерпением ожидал, пока приехавшие директора подтвердят свое присутствие на совещании. Теперь, когда его работа оказалась под угрозой из-за штрафа, наложенного Комиссией по ценным бумагам, Гейслер понимал, что позиция, которую он собирается занять в сложной ситуации с близнецами Фроли, может оказаться роковой ошибкой. Проработав в компании двадцать лет, но лишь одиннадцать месяцев на руководящей должности, он знал, что его по-прежнему порицали за близкое знакомство с бывшим генеральным директором.

Суть вопроса была простой. Если «Си-эф-джи-энд-уай» предложит заплатить восьмимиллионный выкуп, явится ли это эффектной пиар-акцией или, по мнению некоторых директоров, руководством к действию для других похитителей?

Именно такую позицию занял главный бухгалтер Грег Стэнфорд.

Конечно, это трагедия. Но если мы заплатим деньги, чтобы вернуть близнецов Фроли, то что мы станем делать, когда похитят жену или ребенка другого сотрудника? Мы всемирная компания, и с десяток городов, где у нас есть офисы, станут потенциально горячими точками для такого рода вещей.

Гейслер знал, что по крайней мере треть из пятнадцати директоров разделяют ту же точку зрения. С другой стороны, как будет выглядеть компания, только что выплатившая штраф в пятьсот миллионов долларов, если она откажется выплатить небольшую часть этой суммы для спасения жизней двух маленьких девочек? Именно этот вопрос он собирался задать на совещании.

«Но если я ошибаюсь и мы выплатим деньги, а на следующей неделе похитят ребенка другого служащего, то мне, и никому иному, придется идти на плаху», — мрачно подумал он.

В свои пятьдесят шесть Роб Гейслер получил наконец вожделенную должность. Будучи худощавым мужчиной небольшого роста, он вынужден был преодолеть неизбежную предвзятость, которую мир бизнеса питает к невысоким людям. Он достиг вершин, потому что был признанным финансовым гением, который продемонстрировал, что умеет укреплять и контролировать власть. Однако по пути наверх он приобрел бесчисленных врагов, и сейчас с ним за столом сидели по меньшей мере трое из них.

Наконец отчитался последний прибывший директор, и все взоры устремились на Гейслера.

— Все мы знаем, зачем собрались, — отрывисто произнес он, — и я вполне разделяю чувства, владеющие некоторыми из вас, — будто мы идем на уступки похитителям, предлагая выплатить требуемый выкуп.

— Именно это чувство испытывают многие из нас, Роб, — спокойно произнес ГрегСтэнфорд. — Наша компания и так снискала весьма дурную славу. Не стоит даже и рассматривать такой вариант сотрудничества с преступниками.

Гейслер взглянул на коллегу с пренебрежением, даже не пытаясь скрыть явную неприязнь к нему. Внешне Стэнфорд был телеверсией корпоративного руководителя. Сорока шести лет, ростом шесть футов четыре дюйма, он был необычайно красив со своими выгоревшими на солнце рыжеватыми волосами и безупречными зубами, то и дело сверкавшими в улыбке. Стэнфорд всегда безукоризненно одевался и отличался неизменно обворожительным обхождением, даже когда всаживал другу нож в спину. Своими браками он проложил себе путь в мир корпораций. Его теперешняя, третья по счету, жена была наследницей, семья которой владела десятью процентами акций компании.

Гейслер знал, что Стэнфорд домогается его должности и, если ему удастся сегодня отстоять свою позицию против выкупа, именно на него, Гейслера, обратят внимание средства массовой информации, когда компания публично отклонит предложение о выплате выкупа.

Он кивнул секретарше, ведущей протокол совещания, и она включила телевизор.

— Хочу, чтобы вы все это посмотрели, — сказал Гейслер. — И поставьте себя на место четы Фроли.

По его распоряжению заранее были подобраны видеоматериалы, иллюстрирующие эпизоды похищения детей: внешний вид дома Фроли, отчаянные призывы родителей с экрана телевизора, звонок во время передачи Кэти Каури и последний звонок на Си-би-эс. Видеопленка заканчивалась тоненьким голоском, говорившим: «Мы хотим домой». Затем послышался испуганный плач близняшек и угрожающие требования похитителей.

— Большинство из сидящих за этим столом — родители, — сказал Гейслер. — Мы могли бы, по крайней мере, попытаться спасти этих детей. Может быть, у нас не получится. Расходы могут быть возмещены, а может, и нет. Но я не понимаю, как можно, сидя здесь, проголосовать против выплаты этого выкупа.

Он смотрел, как люди поворачивают головы, чтобы увидеть реакцию Грега Стэнфорда.

— С кем поведешься, от того и наберешься. Я хочу сказать, что ни в коем случае не следует сотрудничать с преступниками, — сказал Стэнфорд, глядя сверху вниз на стол заседаний и поигрывая ручкой.

Следующим свое мнение высказал директор Норман Бонд.

— Я отвечал за прием на работу Стива Фроли, и выбор был сделан удачно. Хотя это и не имеет отношения к данной дискуссии, но думаю, Стив добьется успеха в нашей фирме. Предлагаю собрать деньги для выкупа и настаиваю, чтобы решение совета было единогласным. Хотелось бы напомнить Грегу, что несколько лет назад Дж. Пол Гетти отказался платить выкуп за одного из своих внуков, но передумал, когда ему по почте прислали ухо ребенка. Эти дети в опасности, и чем скорее мы примем меры к их спасению, тем больше шансов, что похитители не станут паниковать и не навредят детям.