Читаем без скачивания История для Элизы - Александра Грац

В то время у неё в офисе работало ещё три агента: Федя, Илья и Саша. Одному – Саше – было уже за 30, и он не отличался живостью характера. Другие два – молодые, активные, но всё равно не в Наташином вкусе. Один, кажется, не знает о том, что такое спорт. Заплывшее жиром тело, тем не менее, прекрасно разбиралось в булочках и трамваях. Ну да, трамваях… Кто-то монетки собирает, кто-то интересуется музыкой и кино, а кто-то трамваями. Илья знал все рейсы, все маршруты и все возможные виды этого транспортного средства. И наконец, Федя. Он в общем-то внешне был достаточно привлекательным. И без особо экстравагантных тараканов. Но его чересчур высокий голос Наташа просто не выносила, что неудивительно, если всю жизнь слышишь в голове свой мягкий сахарный голосок. Чтобы лучше представить отношение Наташи к своим сотрудникам, достаточно было услышать, как она их называла, когда что-нибудь рассказывала о них друзьям: Зануда, Пончик и Пискля, соответственно.

В общем, по сравнению с ними у Наташи дела шли намного легче и успешнее. И с такими высокими показателями продаж Наташу быстро заприметило начальство. Так что, как только Наташа освободилась от уз высшего образования, ей предложили должность директора агентства. Достойно звучащая должность, хотя, по сути, разница заключалась лишь в том, что теперь к обязанностям Наташи добавилось наставление остальных менеджеров на путь виртуозов продаж. Ну и, конечно, куча ответственности за бланки страхования, выдаваемые при заключении договора.

Официально вся процедура работы с этими бланками выглядела так: Наташа выдавала бланки и вела отчетность, записывая, кто, когда и какой бланк брал. Когда агент заключал договор страхования, он заполнял бланк и его копию. Один экземпляр оставался у клиента, а второй экземпляр полиса и деньги за него агент сдавал в компанию, и отчитывался директору агентства, который нёс полную ответственность за использование этих бланков. Все, однако, знали, что при грамотном подходе, можно было и не сдавать второй экземпляр, а деньги оставить себе.

К тому времени, как Наташа стала директором агентства, у неё уже было несколько постоянных клиентов, которые регулярно возвращались к Наташе за продлением страховки и с которыми никогда ничего не случалось. Девушка, конечно, быстро сообразила, что теперь в должности директора ей не нужно отчитываться ни перед кем за «случайно испорченный экземпляр бланка». А значит, можно рискнуть и заработать немаленькую «премию» к зарплате. Так как это всё-таки считается по законам Российской Федерации мошенничеством и уголовно наказуемом преступлением, Наташа не часто прибегала к подобным уловкам. Только в тех исключительных случаях, когда она была уверена, что страховой случай точно не наступит. И до тех пор, пока не накопила на машину.

Естественно, ни Зануда, ни Пончик, ни Пискля ничего не знали об её аферах. И даже если они заводили разговор о том, чтобы проделать нечто подобное с их клиентами, она изображала самую честную и преданную сотрудницу компании, не позволяя им ничего противозаконного. О своих обманах она, тем не менее, не могла умолчать. Ведь это надо было уметь всё точно просчитать и так ловко провернуть. Ей хотелось с кем-то поделиться. Поэтому своими достижениями она хвасталась Ане, которая не имела к компании никакого отношения.

С «бланковыми» махинациями пришлось покончить ещё и потому, что коллектив их офиса вскоре пополнился. В новой должности Наташе дали в помощь административного ассистента. Девочка не относилась никак к продажам, а должна была только вести отчетность. Яна.

Наташа ждала выхода новой сотрудницы на работу.

Яной оказалась утонченная брюнетка: модный макияж, деловая одежда сошла со страниц журнала Космополитан, высокие каблуки и полная уверенность в себе. Секретарь показала девушке свободный стол, Яна уверенно заняла своё рабочее место, будто не первый день работает в этом офисе и с вызовом посмотрела на Наташу, когда последняя подошла познакомиться и дать задание.

– Привет, – одно-единственное слово, требующее абсолютно точно отмеренное соотношение надменности и дружелюбности, чтобы расставить все точки над «е» без лишних усилий. – Я Наташа, директор агентства.

Признав в Наташе своего начальника, Яна сразу разумно поубавила уровень самоуверенности, сохраняя субординацию.

– Здравствуйте… – но Яна не успела договорить, Наташа тут же перебила.

– Только давай на «ты», тем более, что мы ровесницы.

Яна улыбнулась. Она признавала в Наташе авторитет, но не боялась её. И судя по внешнему виду и умению держаться, явно принадлежала к тому же социальному классу, что и Наташа.

– Сейчас я тебя представлю остальным в офисе и покажу, что и где у нас, – обычно это делала секретарь, но Наташа хотела сама получше узнать свою личную помощницу и завоевать стопроцентную лояльность.

Завершая обход, она перешла к теме ланчей.

– У нас есть небольшая кухня, где можно пообедать, – Наташа была практически уверена, что Яна не из тех, кто тратит время на готовку и приносит еду с собой. – Через дорогу напротив есть недорогая столовка, – вообще самой Наташе было всегда без разницы, где есть. Она не придавала большого значения процессу поглощения пищи. Однако сейчас она говорила то, что могло произвести желаемое впечатления. – Но там, конечно, ужасно. Никакого обслуживания, выбор очень ограниченный и интерьер безвкусный. Зато вот за углом есть очень уютное кафе, и всегда достойные бизнес-ланчи. Я обычно туда хожу. Если захочешь, можем вместе сегодня пообедать там. Или ты с собой берёшь еду?

Наташа, конечно, знала ответ. Но правила общения с людьми гласят, что нельзя просто так сказать малознакомому человеку: «У нас с тобой одинаковые интересы и взгляды на жизнь. Давай дружить». Нет, такое работает только в детстве. А вот во взрослой жизни все считают себя исключительными и невероятно оригинальными индивидами. Сама мысль о том, что кто-то может думать твои мысли противна людям. «Да что ты можешь знать о моей удивительной неповторимой личности?!». Действительно, мы жили и воспитывались одними и теми же принципами, телепередачами и книгами. У нас единая образовательная и законодательная система. Единая система морали и этики. Одни и те же традиции. Одна и та же мода. С чего бы нам быть столь похожими?!

Поэтому главное уметь ненавязчиво показать свою одинаковость. Тогда, когда не ты навязываешь её человеку, а человек сам неожиданно для себя обнаруживает и, наконец, признает её, он, наоборот, с восторгом принимает эту общность и даже чувствует себя комфортнее среди единомышленников. Такой вот антагонизм человеческого восприятия себя в социуме: хочу мыслить оригинально, не так как другие – хочу, чтобы другие соглашались со мной и думали так же, как я.

– Нет, я с собой еду не беру, – предсказуемо и с воодушевлением ответила Яна. – С удовольствием пообедаю с тобой.

Дело оставалось за малым. Подобрать правильные слова за обедом, чтобы расположить к себе новую знакомую, а это Наташе всегда легко удавалось. Для этого она выбрала тему путешествий. Все, у кого есть на это деньги, любят путешествовать. А у кого нет, те даже больше любят. Каждый отпуск Наташа уезжала куда-нибудь заграницу.

– А ты где-нибудь бывала? – поинтересовалась Наташа у Яны, не сомневаясь в положительном ответе.

– Да! Я обожаю путешествовать, – сразу же воодушевилась девушка. – Последний раз была на Гоа.

– Ни разу не была в Индии. И как там?

– Потрясающе! Ты обязана там побывать. Спокойствие, умиротворение и абсолютно никаких тревог. Пляж, солнце, песочек, пальмы… И всё так дешево! – Яна ярко нарисовала картину прошлой поездки в своём воображении, и её зрачки расширились от переживаемого вновь восторга.

У Наташи зазвонил телефон, требуя от девушки первоочередного внимания. На экране высветилось «Пашка».

– Привет, Солдатик! – радостный крик в трубку заставил Наташу немного отодвинуть телефон от уха.

– Привет! Ты чего орёшь, придурок? – она обзывала его, как хотела, и всячески пренебрегала его вниманием. Кажется, от этого Паша только сильнее хотел заполучить это внимание.

– Извини. Просто очень рад тебя слышать. Пошли вечером в кино, – нетерпеливо спросил парень.

– Ммм… Сегодня? – Наташа пыталась что-нибудь придумать. Ей совсем не хотелось сидеть вдвоём рядом с Пашей в темном зале кинотеатра и весь сеанс уворачиваться от его приставаний. – Я вечером уже договорилась увидеться с подругой.

– И подругу бери, – быстро сообразил Паша.

– Ну, нет… Я хотела с ней вдвоём посидеть, поболтать… Мы давно не виделись… – извиняющимся тоном придумывала она.

Паша тяжело и разочарованно вздохнул на другом конце трубки.

– Понятно. Ну ладно тогда… Хорошо вам погулять с подругой. Пока, Солдатик!

– Спасибо. Пока! – Наташа повесила трубку и облегчённо вздохнула.