Читаем без скачивания Яд из бездны - Павел Грегор

в кабинет. Там Некрасова ждал человек в штатском - задумчивый, равнодушный ко всему тип. Он выпроводил полковника и, оставшись с Некрасовым наедине, произнёс всего одну фразу: «Обо всём, что случилось на острове, вам придётся молчать до конца своих дней».

На глазах рушились прежние представления о мире, цивилизация летела в пропасть дикости и мракобесия. А этот несчастный человек доживал свои последние дни в наивном неведении.

«Наша человеческая вера в стабильность тогда ударила больнее всего, - подумал Некрасов. - Даже самые подготовленные оказались слабаками».

Через месяц очаги заражения появились на другом конце света. Там за дело взялись рьяно и, чтобы выжечь скверну, применили тактическое оружие. Это привело к массовой гибели людей и к анархии на улицах. Жёсткие меры не остановили заразу, а только оттянули неизбежный конец.

Пандемия распространялась там, где было больше всего людей, и борьба за выживание превратилась в борьбу за «чистые земли». Когда стало понятно, что военных столкновений не избежать, вооружённые силы привели в боевую готовность, расконсервировали военные базы, в авральном порядке начали возводить оборонительные сооружения.

«Треугольник» стал единственной крепостью, которую успели завершить к началу конфликта. И когда на горизонте показалась армада «Объединённых сил», командование отдало приказ ответить общим залпом.

Некрасов зябко поёжился, вспомнил, как у него тряслись колени, когда к берегу подошли десять десантных кораблей и с крейсеров, стоявших за горизонтом, в их сторону полетели «Томагавки».

Береговая артиллерия потопила два крейсера, затем подтянулись флотские. Он наблюдал морской бой в амбразуру бетонного ДОТа. Оглушительная канонада, вой корабельных ревунов и скрежет железа, потрясли тогда воображение. Он видел, как переворачивались эсминцы, как крейсер с развороченной рубкой выбросило на камни, как совершая немыслимые циркуляции, пошёл ко дну вражеский десантный корабль.

Высадка врага напоминала дикое нашествие. Сотни БМП, тысячи солдат выплеснулись на берег ревущим потоком. Голландцы, шведы, немцы, британцы, словно варвары, бросались на колючку, чтобы завоевать для своих народов спасительную землю. Они гибли на минах. Умирали под шквальным огнём пулемётов.

Но все жертвы оказались напрасны. «Чистых земель» больше не было. Зараза расползлась по всему миру и всеобщее инфицирование территорий стало вопросом времени.

Глава 3

1

- Ещё не задубел?

Некрасов обернулся и заметил Юрку Носова, который пытался протиснуться в заваленный ящиками проём.

- Потише там! - бросил Некрасов. - Я полдня потратил, чтобы навести порядок.

- У меня в ящиках тайник, - Юрка подошел ближе и показал бутылку. - Не хочу делиться с кем попало.

Юрка в армии никогда не служил, но Адмиралу требовались бойцы, даже такие как этот недотёпа.

Некрасов облизал обветренные губы и улыбнулся.

- У тебя два часа личного времени. Спал бы в кубрике до ужина.

- Мне снятся плохие сны, - пожаловался Юрка. - Печень ноет, в голове трещит. Думаю, от гороховой каши.

Носов отвинтил крышку и сделал пару глотков.

- Крепкая гадина, - прошептал он. - Выворачивает наизнанку.

Некрасов забрал бутылку и жадно глотнул.

- Из опилок что ли? - спросил он. - Откуда только такую дрянь берёшь?

- Тебе какое дело?

Юрка забрал бутылку и спрятал в безразмерном кармане. Подойдя к парапету, уселся в кресло дозорного.

На станине старенькая СВДэшка. У кресла ящик с промокшей беллетристикой. Для дозорного не было хуже места, чем открытая всем ветрам башня.

- Лужа на сиденье, - ухмыльнулся Некрасов. - Теперь весь зад будет мокрый.

- Ерунда, - отмахнулся Юрка. - Вот если б мороз! Вот тогда, да!

Некрасов пожал плечами. Опершись на железные перила, он посмотрел на развёрнутый боком десантный корабль. Он стоял к форту ближе всех. Пять лет назад его капитан неверно рассчитал последствия манёвра, и судно ещё глубже увязло в песке. На почерневшей от огня палубе до сих пор лежали останки морпехов.

- Помнишь, «Норвежца»? Вчера несколько часов пытался отогнать от него ворон. Эти пернатые черти повадились ковыряться у него в башке.

«Норвежец» лежал на краю палубы, под фальшбортом. Одна рука болталась на ветру, на черепе остатки рыжей шевелюры.

Прошло пять лет, а Некрасов до сих пор не мог забыть день «Великого нашествия». Первая попытка высадить десант захлебнулась, - второй не последовало. Пару дней на рейде болтались десять натовских кораблей. Они сделали несколько залпов, попытались приблизиться к берегу, но к полудню всё прекратилось. Корабли ушли в открытое море и маячили там ещё сутки. На следующий день остался только авианосец. Экипаж сделал несколько попыток завести двигатели, но к вечеру судно отнесло к прибрежным скалам. Он застрял на камнях и висел на этих скалах до сих пор.

- Мы так и не узнали, что стало с матросами, - заметил Некрасов. - Хотели проверить, но передумали.

- Правильно сделали! - отозвался Юрка. - От микробов не убежать.

Некрасов покачал головой и посмотрел вниз. По дюнам брела одинокая серая фигура. Порванный гражданский костюм, всклокоченные волосы, безумные мутные глаза.

- Опять этот жмур! - оживился Юрка. - Этот гад шастает сюда как на работу.

Зомби медленно обошёл бетонный блок и поплёлся к подбитой БМП. Некрасов наблюдал за ним неделю. Жмур появлялся в одно и то же время, проходил под стенами форта и тащился к бронетранспортеру. С большим трудом, он забирался внутрь, проводил там какое-то время, и выбираясь через люк, уходил той же дорогой.

- Тебе тут делать нечего! - рявкнул Носов. - Вонючка!

Юрка схватил СВД, прильнул к окуляру и тут же выстрелил. Жмур упал на песок и забился в конвульсиях. Пуля скользнула по черепу, и теперь тварь беспомощно барахталась на земле.

- Зачем!? - злобно выкрикнул Некрасов. - А ну пошёл отсюда!

Он отогнал Юрку от винтовки и передёрнул затвор.

- Никому неизвестно, что чувствуют эти твари, - заметил он. - Решил прикончить упыря, бей наверняка.

Он плавно нажал на спусковой крючок.