готовить и утилизировать.
Грязное бельё вдруг начинает материализовываться тут и там в квартире в невероятных количествах, хотя до замужества оно обитало только в корзине для стирки. Первое время Света даже с трудом верила, что один человек может произвести столько грязной одежды и так хаотично разбросать её ровным слоем по жилплощади.
Пол во время брака вдруг начинает пачкаться не в два, а в шестнадцать раз быстрее. Света иногда пеняла Сашке: «Не тебе убирать, вот ты и забываешь снимать ботинки. Попробуй сам!» Сашка на это ухмылялся, целовал её и говорил: «Светик, мне некогда, ты же знаешь у меня работа».
Это было правдой. Когда они поженились, Свете было двадцать семь, а Сашке — уже тридцать четыре. Недавно его повысили в его компании, и он стал заведовать экспортом какой-то кучи товаров. Пропадал на работе с утра до ночи.
Впрочем, пеняла она ему редко. Она не могла дать мужу детей, поэтому пыталась дать хоть что-то. Как-то незаметно все домашние дела перекочевали на Светины плечи. Она встречала это с радостью, ей казалось, что таким образом она показывает свою любовь к мужу. А Сашка всегда благодарил её, был предупредительным, вежливым, и со временем Света вросла в это. В эту заботу о другом человеке и своей животинке. Cвета бежала домой с работы, зная, что там Руна, что Сашка без нее не сможет даже разогреть себе обед.
А теперь всё это пропало. Ей просто незачем больше было идти домой. Её не ждали ни Сашка, ни Руна. У неё даже бегонии на подоконнике не было. Первое время после расставания Света не знала, куда себя деть. Она приходила с работы домой и просто сидела перед телевизором, абсолютно не зная, чем себя занять.
Смешно сказать: она даже скучала по тому времени, когда была занята бытом. Она ведь даже обижалась на Сашку, выговаривала ему, что со временем он перестал замечать в ней женщину, стал видеть только непостиранные носки, непоглаженную рубашку или несваренный борщ…А теперь безо всех этих рутинных дел она была потеряна. Она совершенно не знала, как структурировать собственное время.
Вот и сегодня Света просто пялилась в стену, пятно солнечного света на полу медленно ползло от одной стены к другой под тиканье настенных часов. На диване за годы использования образовалась продавлина, и Света то и дело в неё скатывалась.
«Нет! Ну это невозможно! Спать на этом диване было ещё горше, чем сидеть! Интересно, а перетянуть диван — это трудно?» А выбросить жалко, диван был ещё очень крепким. С этими мыслями Света посмотрела на свой ноутбук и от нечего делать открыла его и ввела запрос: «Заменить обивку дивана». Видео на эту тему было предостаточно.
Зазвонил её телефон. Света доплелась до консоли и посмотрела на экран. Звонила Алиса Лисицына. Теперь — Алиса Росс. Проверяют, блин! Конспираторы доморощенные! Девчонки в «Гермесе» знали, что Света тяжело отходит от развода после долгого брака. Они, к Светиному смущению, видели её состояние, когда она впервые после расставания появилась в офисе. С тех пор они невзначай звонили ей каждый день или через день.
Замужние коллеги перестали с ней разговаривать об их семейной жизни и детях, если Света не заговаривала об этом сама. Это было так нарочито, что Света едва не смеялась, но всё равно ей была приятна такая поддержка. Подруг у неё не было. Единственными людьми, с которыми она общалась, были Сашка и её коллеги. Так что, такое внимание со стороны девчонок было очень даже приятно и полезно. Света улыбнулась и подняла трубку.
— Привет, Светик! Как твои дела?
— Да неплохо, — вздохнула Света. — Скучно только. Как сын?
— Отлично! Весь в папу. Сегодня расколол дверцу шкафа. Случайно.
— Кошмар! Не поранился? А что, он уже ходит? — встревожилась Света.
— Ходит, ходит, — хихикнула Алиса. — Не поранился. Бронированный с рождения.
Света услышала в трубке ритмичные глухие звуки, похожие на удары.
— Это что у тебя там? — с интересом спросила она.
— А! — протянула Алиса. — Это Хев тут молодит грушу. Ни дня без тренировок. Говорит, надо быть во всеоружии, чтобы от дочки женихов отгонять.
— Это он загодя озаботился, — хохотнула Света.
Алиса сейчас пребывала в той трогательной стадии беременности, когда животик уже округлился, но ещё не превратил миниатюрную Алису в огромный аквариум на ножках. Муж её носил на руках и даже на пролетающих мимо неё голубей смотрел с угрозой. Алиса продолжила:
— Кстати, не думала сама чем-то заняться? Очень много времени отнимает. И попа сразу красивая. Это тебе и Инесска подтвердит, да и я — тоже.
— Чем заняться? — не сразу сообразила Света.
— Да хоть чем. Спортом. Любым. Что ты умеешь делать?
— Да ничего я не умею! — пожала плечами Света. — Так, в универе лёгкой атлетикой немножко занималась.
— Ну вот и вперед! — воскликнула Алиса. — Почему нет? Дуй на улицу, погода хорошая как раз!
— В Лондоне? — засмеялась Света. — Откуда ты знаешь нашу погоду?
— Нюхом чую, Свет!
— У нас льёт, как из ведра!
— Вот и прекрасно! Зато не перегреешься! — на сдавалась Алиса. — Сходи хотя бы погуляй, что ли? Девчонки говорят, ты безвылазно дома сидишь.
— Сижу, — повинилась Света. — Совершенно не знаю, чем заняться. Контрактов как-то нет. Дачи у меня тоже нет…
— Ну вот! Прямо сейчас собираешься, прямо сейчас выходишь на улицу!
Света согласилась, чтобы Алиса от неё отстала. Они продолжили болтать о каких-то мелочах, но Алисины слова засели у Светы в мозгу. А и правда, зачем она закрылась в этой квартире? Как будто похоронила себя!
Света была честной с собою, и призналась, что не страдает по Сашке. Любовь к нему, если она вообще была, угасала медленно. Сначала он был представительным мужчиной, красиво ухаживал за ней, был внимателен и предупредителен. Света купилась на это. Но со временем то ли быт, то ли рутина заставили его поменять отношение к жене.
Света чувствовала, как Сашка отдаляется от неё. Ей казалось, он стал привыкать к тому, что Света всегда есть. Она всегда под боком, всегда ждёт его дома, её не нужно больше добиваться. Да, ему похоже, и не хотелось.
Света не была роковой женщиной. Она не умела создавать вокруг себя этот антураж недоступности, экзальтированность, или чего там ещё мужчинам надо для пробуждения
