уверенной и красивой. Возможно, мой внешний вид изменился не слишком существенно, но мое настроение и вдохновение придавали мне уверенности.
До конца рабочего дня оставалось пару часов. Все это время я провела в ожидании, все время поглядывая на часы. Успокоиться просто не было возможности.
Я закончила работать, не дожидаясь пяти минут. Не могла больше ждать. Убрав все со стола, я сменила рабочую одежду на повседневную. Проходя мимо лаборантской, я заглянула, чтобы попрощаться.
— Всем до свидания, — проговорила я.
— Хорошего вечера, Валерия Владимировна, — хором ответили коллеги.
Я направилась к выходу.
Глава 7
Не помню, как вышла с работы, села в машину и как очутилась возле «Апельсина». Это наш торговый центр, собственно, у которого мы с Олегом должны были встретиться. Я как будто находилась в какой-то абстракции. От волнения ни за одну мысль не могла зацепиться. Голова шла кругом. — Лера, соберись, тряпка, — сама себе сделала замечание. Именно в такой форме: отрезвляющей. — И правда, нашла из-за чего переживать. Подумаешь, встреча. Как будто судьба решается. Не меньше, — продолжила монолог.
Подъехав, я нашла свободное место на парковке и встала туда. За окном в свои права все сильнее и сильнее вступала весна. Приоткрыв немного окно, я наслаждалась первыми ее признаками. Воздух пронизывала свежесть. Солнышко, лучи которого приятно ласкали мое лицо, стало светить ярче. И вся эта красота была «приправлена» громким щебетанием перелетных птиц, которых с каждым днем становилось все больше и больше.
Вокруг царила жизнь. Люди шли мимо, улыбаясь весеннему солнцу. Они словно мельтешили перед глазами. Каждый из них бежал кто куда: на работу, домой, в гости. Я с интересом следила за ними и по походке, по внешнему виду определяла, какое у них настроение. Очень увлекательно.
Снег начал оседать. С крыш конусами свисали сосульки. Они медленно таяли на мягком весеннем солнышке. Они были такими красивыми, переливались на свету. Их кристально-чистая форма и игра цветов вызывали восторг и удивление. Висящие в воздухе, эти хрупкие создания казались настоящими произведениями искусства.
Однако, несмотря на свою чудесность, сосульки могли представлять угрозу. Я оглянулась вокруг и заметила, как ветерок брал верх над ними, заставляя эти хрупкие сооружения колебаться. Я подумала о том, что в любой момент они могут оборваться и упасть вниз, представляя риск для окружающих. Могли упасть кому-то на голову или повредить что-то.
Передо мной раскрылась целая операция. Группа решительных мужчин, видимо рабочих, осознавая влажность обеспечения безопасности и порядка, приняли на себя ответственность, оградить красной лентой здание с целью ограничения доступа для прохожих.
Сосульки, которые вызвали тревогу и опасение, теперь не так опасны. Да и к тому же, они практически растаяли под весенним солнцем. Но будут новые, так что повесили ленту.
* * *
Я засмотрелась на рабочих и не услышала, как мне кто-то постучал в окошко. Я повернула голову и сначала увидела часть мужской куртки. Она была черного цвета, с кожаными вставками на плечах, искусно декорированная металлическими заклепками. Она подчеркивала силуэт и в голове сразу замелькали картинки, рисуя этот силуэт.
Я медленно провела глазами по торсу, параллельно открывая окошко до конца. Тем самым впустив в салон автомобиля воздух, которого мне, как оказалось, очень не хватало. От волнения по телу прошла волна жара и ладошки стали влажные. Сделав жадный глоток воздуха, я будто подготовилась к следующему моменту, к следующему всплеску кортизола. Когда обладатель этой куртки наклонился, мои глаза сразу же встретились с парой обворожительных небесно-голубых глаз. Они были настолько большие и прекрасные, что я просто не могла отвести от них свой взгляд.
— Лера? Здравствуй, — проговорил он хрипловатым голосом. — Что, так не похож на того, кто на фотографии? — улыбнулся он. Наверное на такой вопрос его сподвигло мое выражение лица. Потому что я смотрела на него молча и улыбаясь.
— Да нет, похож. Просто ты появился неожиданно, — ответила я. — Здравствуй!
На какое-то время возникла небольшая пауза. Мы рассматривали друг друга.
— Давно стоишь здесь? — Олег решил разбавить наше молчание.
— Минут пятнадцать.
— Какие планы? Выходи, пообщаемся, — предложил он.
— Конечно, я и собиралась, — подхватила я, засуетившись.
Собралась уж выходить из машины, как вдруг дверь открылась, и Олег подал мне руку, чтобы помочь мне выбраться. — Надо же. Какой обходительный, — подумала я.
Сколько же эмоций в этом простом жесте. Моя ладонь утонула в его, ведь та была большой и теплой. Уютной. Стало так хорошо и спокойно. Это прикосновение было не только физическим, но и душевным. Безмятежный момент был дополнен легким шершавым ощущением на ладони, словно косметическая скрабирующая кожу щетка, пробуждающая все клетки и активизирующая скрытые резервы.
Я вышла на улицу под пристальным взглядом Олега. Медленно подняв глаза и запрокинув голову, вновь встретилась с его глазами. С этого ракурса они выглядели еще более впечатляюще, чем когда он заглянул ко мне.
В их глубинах я увидела отражение неба и чистоту, которая заставила меня забыть о всем остальном. Мне показалось, что время остановилось, и в течение нескольких мгновений я была пленена их исключительной красотой. Заставив себя вернуться в реальность, я поняла, что мои щеки начали покрываться легким румянцем от замешательства.
— Ну привет, еще раз, — он мягко улыбнулся.
— Привет.
Между нами возникла небольшая неловкость. Мы не знали, что сказать друг другу. Мы больше общались глазами. Мы знакомились. Знакомились внешне. Да и волнение дало о себе знать.
— Какие планы? Может, пойдем по кофейку выпьем? — спросил у меня он.
— Ты знаешь, у меня времени немного. Запись на массаж, — ответила я, стараясь не выглядеть невоспитанной.
— Ооо, хорошее дело. Что массажируешь? — как-то игриво он это спросил. Может, мне и показалось. Я сейчас не совсем адекватна. Боже. Как же я люблю самокритику.
— Отдельные части тела, — улыбнулась я, поддержав его настрой.
Нам стало весело. Мы смотрели друг другу пристально в глаза и широко улыбались.
— Ну тогда давай пройдемся немного, подышим и пообщаемся? Держись, — предложил он взять его под руку. И правда, к вечеру температура упала, и все
