— Знаю, что не видела, Эдди, но ты же знаешь, как безумно я была в тебя влюблена. Я считала тебя Божьим даром женщинам. Столько лет меня преследовал кошмар, в котором ты женишься на ком-то еще, не оставив мне шанса подрасти и выйти за тебя замуж.
— Припоминаю, ты говорила мне что-то вроде этого, когда тебе было лет шестнадцать.
Испытывая приступ ностальгии, Конни сделала большой глоток вина.
— Ты уже проучился полкурса, и твои родители сказали мне, что ты обручился. С медсестрой по имени Оливия Колберг, помнишь?
— Еще бы. Мы зашли так далеко, что уже назначили дату свадьбы, но Оливии вдруг пришла в голову разумная мысль, что прежде нужно попробовать, подходим ли мы друг другу в постели. Я всегда буду благодарен ей за такую предусмотрительность.
— Я была в ярости, — вспомнила Конни. Перед ее мысленным взором возникла тощая, неуклюжая девочка с рыжими косичками, развевающимися по ветру, мчащаяся на велике к ручью, где рыбачил Эд. — Я сказала тогда тебе, что ты совершаешь величайшую ошибку.
— И была совершенно права.
Конни криво усмехнулась. Она приобрела с тех дней достаточно мудрости и здравого смысла, но где-то в глубине сердца она испытывала боль, оттого что попутно утратила страсть и влюбленность, которые обуревали ею тогда. Взросление, размышляла она, не обязательно означает изменение к лучшему.
— Ты был очень добр ко мне, — признала она. — Немногие молодые парни способны пощадить самолюбие распаленной девочки.
— Я тебе был нужен как связующее звено с огромным увлекательным миром за пределами Кантри, а не как муж, — сказал Эдвард. — Остальное было нетрудно. Я всего лишь напомнил, что тебя ждут колледж, интересная работа, собственная квартира и машина на выбор. — Он сочувственно улыбнулся. — Вообще-то больно оглядываться назад, вспоминать, как легко я убедил тебя, что карьера принесет гораздо больше удовлетворения, нежели брак со мной.
— Известное дело, сердце шестнадцатилетней непостоянно, — откликнулась Конни. — Тебе не следовало упоминать машину. Сработала мысль о собственном "БМВ".
Появилась пицца, и официантка не преминула предоставить Эдварду еще одну возможность наглядеться на ее прелести. Но оголодавший Нед разочаровал ее. Он поспешил задобрить свой взбунтовавшийся желудок парой изрядных кусков пиццы, потом разлил остаток вина.
— Это было что-то. Еда здесь становится все восхитительней с каждым разом. А ты как думаешь?
— Вкуснее и вкуснее, — согласилась Конни. — Доедай остатки. Иначе мне придется провести весь уик-энд в оздоровительном центре, избавляясь от излишних калорий.
Нед положил себе еще один кусок.
— Я рад, что у тебя сегодня свободный вечер, — прожевав, заговорил он. — Не одну неделю уже я собираюсь поговорить с тобой об очень важном, но никак не выдавался удобный случай.
— Что-нибудь личное?
— Очень личное. — Он долго и самым тщательным образом вытирал руки большой бумажной салфеткой, потом наконец взглянул на нее. — Я решил жениться.
У Конни перехватило дыхание, словно кто-то положил тяжелый груз на ее грудную клетку и велел глубоко вздохнуть. Нед собирается жениться! Почему же она в таком шоке? Не потому ли, что всегда считала само собой разумеющимся, что Эдвард останется холостяком, как и она? Конни проглотила ком в горле и попыталась заставить себя проявить восторг. Нед же ее друг. Если он влюбился, нашел женщину, которую хочет взять в жены, она должна быть рада за него.
— Прими мои поздравления, — добро произнесла она, стараясь подпустить как можно больше радости в свой голос. — Я так рада за тебя, Эдди. А кто… эта счастливица?
Нед смущенно улыбнулся.
— Представления не имею. Пока.
Конни обалдело уставилась на него.
— Черт возьми, что ты говоришь?! Как ты решил жениться, не зная, кого ты хочешь взять в жены?
— Очень просто, — ответил он. — Я рассчитываю на твою помощь. Ты мой лучший друг, знаешь меня долгие годы, плюс у тебя долголетний профессиональный опыт в подборе кадров. Надеюсь, ты подыщешь мне подходящую женщину.
Шокированная донельзя, она лишь пялилась на него в безмолвном изумлении. Вот уже двадцать лет она знает этого мужчину и его семью. В последние годы ей казалось, что она разбиралась в его мыслях и чувствах почти так же хорошо, как в своих собственных. Сейчас же она задавала себе вопрос, понимала ли его хоть когда-нибудь. Эта мысль показалась ей настолько нелепой, что у нее возникло ощущение, будто она стоит на голове и ей срочно надо перевернуться.
— Я не смогу подыскать тебе жену, — наконец заговорила она. — Не было печали! Эдвард, это же абсурд! Бог мой, договорные браки остались в прошлом, как динозавры.
— Может, пора вновь пустить в обиход это понятие? — возразил он и для убедительности поднял бровь. — Помнишь, как все считали пластмассу и полиэтилен чудесными продуктами, за которыми будущее, а потом сообразили, что хлопок и дерево все же гораздо предпочтительнее.
Она схватила бокал и сделала большой глоток кьянти, застучав зубами по стеклу. Почему решение Неда подыскать жену оказало на нее такое странное воздействие? Она вдруг почувствовала необъяснимый гнев, как если бы он предал их дружбу своим желанием жениться.
— Не понимаю, чего это тебе вдруг приспичило жениться. — Она криво улыбнулась. — Я бы тебе посоветовала нанять хорошую экономку. От них гораздо легче отделаться, если они оказываются не по нутру.
Он наклонился к ней, глядя на нее потемневшими глазами, сверкнувшими в мерцающем свете свечей.
— Конни, мне скоро тридцать пять. Я провел пятнадцать лет в беготне, толкотне и карабкании по лестнице карьеры. Я не сожалею об этих годах, даже горжусь ими, горжусь своей работой адвоката. Но я достиг той стадии в своей жизни, когда мне уже необходимо нечто большее, нежели профессиональный успех. Повышение из младшего компаньона в старшие в моей юридической фирме не избавит меня от внутренней боли. От боли, вызванной одиночеством.
— Так ударься в светскую жизнь, — посоветовала она, отказываясь признаться себе, что испытывает похожее ощущение. — Начни встречаться с одной из тех молоденьких юристочек, что жаждут свиданий с тобой.
— Устал я уже от подобных игр, устал от свиданий с приятельницами по работе. Юриспруденция — дело занятное, но жизнь богаче, чем правонарушения и иски о возмещении ущерба.
— Тогда заведи себе хобби, — резко бросила она. — Лыжи, например. Помнится, прошлой зимой мы оба горели желанием научиться кататься на лыжах, но так и не добрались до них. Может, этой зимой…
Эдвард нетерпеливо прервал ее:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
