Читаем без скачивания Цветы к сентябрю - Николай Станишевский

— Я не смогла вчера прийти, Ник, — прошептала она. — Ты уж извини.

Я ничего не ответил, даже не заметил, что она перешла на «ты» и только кивнул головой, не отрывая губ от её руки.

— Можно я не буду объяснять, почему так произошло? — её голос почти пропал и стал похож на шелест листьев, которых уже давно лишились деревья.

И она ещё спрашивает! Да какая разница, почему так случилось вчера? Главное, что сегодня она снова со мной!

— Пойдём ко мне в гости Джина, — предложил я. — Я вчера испёк для тебя пирог. Кстати, по старинному национальному рецепту!

— Пойдём, — легко согласилась она. — Признаюсь, Ник, мне очень нравится домашняя стряпня.

18 августа. Вечер

В начале ужина мы, в основном, молчали, но я украдкой за ней наблюдал. Все приготовленное ей, несомненно, понравилось, это чувствовалось и по настроению, и по огонькам восторга, постоянно вспыхивающим в её глазах. Когда с оценкой моих кулинарных способностей было покончено, я закурил, а она, откинувшись на спинку кресла, довольно зажмурилась и ослепительно улыбнулась.

— Ты прекрасно готовишь, Ник. Спасибо тебе за всё!

— Впереди ещё десерт, — улыбнулся я. — И фрукты. Какие ты предпочитаешь?

— Ну-у… — она провела пальчиком по краю стола. — Если честно, то мне очень нравятся персики и яблоки, только зелёных сортов.

— Очень хорошо, — через силу улыбнулся я и почувствовал, что мне опять становится дурно.

Дежавю.

— Ник, — Джина слегка наклонилась ко мне. — Я хочу тебя кое о чём попросить. Только не сочти это за прихоть, просто очень хочется и, к тому же, я так привыкла. Можно после десерта сделать небольшой перерыв? Как это ни странно звучит, я бы… я бы… съела чего-нибудь солёненького, почему-то всегда после сладкого хочется… У тебя случайно не найдётся маринованного огурчика?

В этот момент меня поразила молния, и я ослеп. Теперь ничего не окружало меня, кроме темноты. На иссиня-чёрном фоне появились Дженни и Джина, и чья-то невидимая рука нарисовала между ними знак равенства.

Когда я вновь прозрел, Джина по-прежнему сидела передо мной и невинно улыбалась. Очевидно, она заметила перемену в моем лице, поэтому осторожно спросила:

— Я что-то не то сказала?

— Нет, нет, — я поспешил успокоить её, и попытался улыбнуться. — Всё в порядке. Безусловно, маринованные огурцы у меня есть.

— Спасибо, — вежливо кивнула она.

«Этого не может быть, — думал я. — Не может быть такого, чтобы у двух абсолютно разных людей всё совпадало до мелочей!».

Но такое было. И, вновь взглянув на Джину, я в очередной раз удивился, насколько она похожа на мою жену. Всё, чего быть не могло, на самом деле имело место. Эти два совершенно одинаковых человека реально существовали, только их разделяла тысяча лет.

«Так не бывает, — упрямо подумал я. — Последняя проверка. Если окажется, что кольцо её размера, я окончательно сойду с ума».

— Джина, — я придал своему лицу беспечный вид и хитро подмигнул. — Десерт подавать сейчас?

— Ой, Ник, — она опять откинулась на спинку кресла и шутливо похлопала себя по животу. — Я так объелась! Если возможно, давай немного передохнем!

— Ну, тогда по рюмочке коньячка и по кусочку шоколада! — я быстрым движением разлил напиток по рюмкам.

— Ты меня совсем закормишь, — смущённо улыбнулась она.

— Не думаю, — я достал коробку женских сигарет, которую купил просто так, наугад, и протянул ей. — Ты куришь?

Интересно, будет ли человечество курить через тысячу лет?

— Нет, — Джина покачала головой. — Но ради такого ужина я, пожалуй, попробую.

— Пожалуйста, подожди меня, — я дал ей прикурить, — я хочу тебе кое-что показать.

Быстро сбегав в спальню, я взял коробочку с кольцом, а когда вернулся, то увидел, что Джина сидит, о чём-то задумавшись, и сигарета просто тлеет в её руке. Лицо девушки было обращено ко мне в профиль, и я ещё раз удивился, до чего же она напоминает мне Дженни.

— Закрой глаза, — негромко сказал я. — И вытяни руки вперёд. И, что бы ни произошло, не открывай, пока я тебя об этом не попрошу.

Джина послушно кивнула, закрыла глаза, на её лице застыла улыбка. Дрожащими пальцами я достал подарок, шумно выдохнул воздух, стараясь успокоиться и одним взмахом надел кольцо на безымянный палец девушки.

Улыбка исчезла с её лица. Веки тихонечко задрожали.

— Открой глаза, — прошептал я.

Длинные, пушистые ресницы взметнулись вверх.

— Это мне? — удивлённо спросила она.

— Тебе, — я с улыбкой кивнул. — Нравится?

— Какая прелесть! — Джина поднесла руку к глазам и принялась внимательно рассматривать кольцо. — Спасибо!

И вдруг, резко вскочив на ноги, бросилась ко мне и нежно поцеловала в щёку.

Я стоял и не шевелился, словно поражённый громом. Нет, не оттого, что она меня поцеловала. Кольцо пришлось ей в самый раз. Последнее звено проверки замкнуло цепь — у этой девушки безымянные пальцы были такого же размера, что и у моей жены!

Она всё ещё стояла рядом и смущённо вертела подарок.

— Зачем ты так тратишься, Ник? — укоризненно спросила она. — Оно, наверное, жутко дорогое?

Если бы она только знала, сколько раз подобные фразы произносила моя жена!

Дежавю.

— Пустяки, — я кивнул головой и рассеянно улыбнулся. — Не желаешь ещё коньяка?

— Желаю! — уголки её губ хитро поползли вверх. — Гулять, так гулять! За такое чудо грех не выпить!

— Тогда прошу! — я галантно указал на кресло.

Выпив, мы некоторое время сидели молча. Похоже, что Джина все ещё не могла налюбоваться подарком и постоянно вертела под столом рукой, разглядывая его со всех сторон. На её лице отражалась целая гамма положительных эмоций — и радость, и восхищение, и неописуемый восторг.

«Она радуется, словно ребёнок, — подумал я. — СОВСЕМ, как моя Дженни».

Вспомнив о своей жене, я вновь ощутил себя подлецом. Может быть, Ей плохо, страшно и неуютно, в нашем пустом, огромном городском доме? Может быть, Она всё время сидит у окна, поджидая, когда подъедет моя машина? А я вместо того, чтобы находиться рядом, делаю подарки совершенно посторонней и к тому же, незнакомой женщине…

Которую теперь я буду ждать у окна…

— Ник, — голос Джины вернул меня к реальности, заставив оторваться от грустных мыслей.

— Да! — встрепенулся я.

— Ник, а можно один… не совсем корректный вопрос…, — и, увидев, как я кивнул, она продолжила. — Скажи, ты женат?

Врать или скрывать правду не имело смысла.

— Да, — бесцветно ответил я.

— Она, наверное, счастливая женщина. — Джина мечтательно улыбнулась и посмотрела вверх, на потолок столовой. — С ней рядом такой мужчина…

— Какой? — выпалил я.

— Положительный, — девушка вздохнула и поправила волосы. — Добрый, отзывчивый, неравнодушный к чужой проблеме… Одним словом, хороший…

— Мне кажется, ты меня перехваливаешь, — я застенчиво опустил глаза.

— Ты же меня совсем не знаешь…

— Нет, — Джина откинулась на спинку кресла, положила руки на подлокотники и пристально посмотрела на меня. — Знаю, поверь. Просто о многих твоих качествах я не могу пока что, как следует, выразиться. Слишком я молода. Но, в принципе, это не так и важно. Главное, что я сделала свои выводы. Вот здесь…

Она дотронулась пальцем до виска.

— И здесь.

Она положила руку на левую грудь.

Мы снова немного помолчали.

— А как её зовут? — неожиданно спросила Джина.

— Дженни.

— Какое замечательное имя! — девушка весело засмеялась и захлопала в ладоши. — И главное, оно мне нравится! Ты знаешь? — она округлила глаза. — Я очень хотела, чтобы так назвали меня. И постоянно донимала этим папу. Но он не захотел ничего менять. Сказал, что раз дал такое имя, то больше ничего переделывать не будет. А жаль… Это имя, оно такое нежное…

Она немного помолчала, опуская и поднимая ресницы так часто, что мне показалось, будто она вот-вот расплачется.

— Скажи, Ник, — наконец тихо произнесла она. — А тебе самому это имя нравится?

— Очень, — признался я.

— Хорошо! — она кивнула головой. — Ты не представляешь, как это хорошо, когда два человека находятся рядом и одному нравится имя другого. Очень хорошо, просто замечательно!

Действительно, замечательно, особенно то, что сейчас происходит…

На последнем слове её голос прозвучал твёрдо и решительно.

Потом мы постепенно отошли от темы моей семейной жизни и долго разговаривали, пили коньяк и просто веселились.

А когда она засобиралась домой, на прощание, я поцеловал её в первый раз.

Дежавю.

19 августа

Самой противной мыслью, которая пришла мне в голову, когда я проснулся, была та, что я забыл спросить, когда она появится снова. Уходя, она тоже ничего не сказала, просто ответила на мой поцелуй и исчезла в темноте.