там чудесные ребята! И такие дружные! Анна Ивановна, отдайте мне свой класс!
АННА ИВАНОВНА. Берите!
СВЕТЛАНА СЕМЁНОВНА. Ой! Правда можно? Можно, Сергей Михайлович?
СЕРГЕЙ МИХАЙЛОВИЧ. Анна Ивановна шутит.
СВЕТЛАНА СЕМЁНОВНА. Вы ведь не шутите, Анна Ивановна? Ну, скажите, что не шутите.
АННА ИВАНОВНА (со вздохом). Шучу. Сегодня у нас день такой — шутливый.
Эпизод четвёртый
Несколько коротких бесед, при которых мы сейчас будем присутствовать, происходят в разное время. Между беседами — маленькие паузы, в течение которых сменяются действующие лица.
Беседа первая
Анна Ивановна и Олег Кузнецов сидят рядом за партой в пустом классе.
АННА ИВАНОВНА. Значит, мы договорились: разговор будет честный.
ОЛЕГ. А я всегда говорю честно. У нас все говорят честно. У нас класс самый честный. И самый умный…
АННА ИВАНОВНА. Постой, Кузя! Всё это я знаю. И самый весёлый… Вот это меня больше всего и беспокоит, что вы такие весёлые.
ОЛЕГ. Ну и что особенного, Анна Ивановна? Просто мы очень жизнерадостные.
АННА ИВАНОВНА. Не крутись, не крутись. Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю.
ОЛЕГ. Ну, а чего особенного… Ничего такого и нет. Правда, Анна Ивановна! Вот если бы надо мной смеялись… Пускай. Чихал я на это дело. А они обижаются. Если бы они не обижались, то никто бы и не смеялся. А так — конечно будут смеяться. Тут нужно хладнокровие. Железную выдержку нужно иметь. Вот и всё.
АННА ИВАНОВНА. А у тебя есть железная выдержка?
ОЛЕГ. Конечно, есть.
АННА ИВАНОВНА. А у них нет. Тем более что это не просто смех, а самое настоящее издевательство.
ОЛЕГ. У ребят не бывает издевательства. Это у взрослых бывает, А ребята просто смеются — и всё.
АННА ИВАНОВНА. А вот я бы на их месте тоже обиделась. Наверное, и у меня нет железной выдержки.
ОЛЕГ. Анна Ивановна, над ними не издеваемся! Мы просто шутим. Ну и я шучу. Как все…
АННА ИВАНОВНА. И даже немного больше всех. Верно?
ОЛЕГ. Почему — больше?
АННА ИВАНОВНА. Потому, что в вашем весёлом классе ты — самый весёлый. Ведь это же ты придумал, чему равняется «а» плюс «б».
ОЛЕГ. Оно само придумалось. А я просто удержаться не мог.
АННА ИВАНОВНА. Рисунок на доске тоже сам появился? Я до сих пор жду автора. А он всё ещё не пришёл. Или, может быть, пришёл?
ОЛЕГ. А это и не я нарисовал. Я даже и не знаю — кто. А вы знаете?
АННА ИВАНОВНА (с сомнением). Да, выходит, что мы с тобой оба не знаем.
ОЛЕГ. Вы думаете — я? Почему это все учителя, как что случится, так сразу — Кузнецов? Как будто один я виноват!
АННА ИВАНОВНА. А действительно, почему все учителя думают, что без Кузнецова ни одна история не обходится? Если бы хоть один или два. А то — все.
ОЛЕГ. Не знаю, Анна Ивановна.
АННА ИВАНОВНА. Даже не догадываешься?
ОЛЕГ. Вообще-то догадываюсь.
АННА ИВАНОВНА. Почему?
ОЛЕГ. Потому что привыкли про меня говорить. А я, может быть, сто раз сделаю что-нибудь, а один раз не сделаю. И тогда всё равно про меня говорят. Вы тоже про меня думаете, что я рисовал, а я и не рисовал.
АННА ИВАНОВНА. А ты помнишь, что мы договорились — честно?
ОЛЕГ. Помню.
АННА ИВАНОВНА. Ну, раз это не ты — можешь идти.
ОЛЕГ (повеселев). А про какой секрет вы говорили, Анна Ивановна?
АННА ИВАНОВНА. Я же тебе сказала, что секрет чужой.
ОЛЕГ. Ну, ладно, я пойду. Только знаете, Анна Ивановна, Мельникова сама виновата. Их уже совсем дразнить перестали, а она взяла и письмо написала в газету. Тогда над ними опять стали смеяться.
АННА ИВАНОВНА (изумлённо). Какое письмо?! О чём ты говоришь?
ОЛЕГ. Ну, такое письмо… В общем, про любовь. Что они друг друга любят и хотят вместе в космос полететь и что у нас в классе все ребята — дураки.
АННА ИВАНОВНА (в ещё большем изумлении). Какой космос? Кто тебе сказал про письмо?
ОЛЕГ. А вы разве не знаете? У нас все знают. Климов с ней даже разговаривать перестал.
Беседа вторая
В том же классе Анна Ивановна, расхаживая, слушает Вику и Лилю.
ВИКА. Ой, Анна Ивановна! Там про всё, про всё написано! Про весь класс. Что все мальчишки в нашем классе — дураки…
ЛИЛЯ. Ну и молодец — правильно написала.
ВИКА. Брось ты, Лилька. Ничего не правильно. У нас класс — самый дружный.
ЛИЛЯ. Я не говорю, что совсем правильно. Ну, вообще-то, правильно?
ВИКА (она торопится рассказать всё Анне Ивановне). Вообще-то — правильно. Там ещё, Анна Ивановна, написано, что они хотят в морскую школу поступить, а потом на Дальний Восток уехать…
ЛИЛЯ. Не в морскую, а в космонавтов.
ВИКА. Ну, сначала — в космонавтов, а потом — в морскую. И что Володя с ней дружить не хочет, а то бы она давно уехала. А теперь она не уедет, пока они не помирятся. И что он её ударил.
ЛИЛЯ. Она его ударила!
ВИКА. Он её ударил, а не она его.
ЛИЛЯ. Ты же сама говорила, что она его.
ВИКА. Нет, это ты говорила, что он её. И знаете, Анна Ивановна, она всё это написала и просила, чтобы в газете всё про нас напечатали, и что мы тоже все дураки.
АННА ИВАНОВНА (с отчаянием). Девочки, кто вам рассказал всю эту глупость?
ВИКА (убеждённо). Это не глупость. Это всё правда, Анна Ивановна.
АННА ИВАНОВНА. Ну хорошо, кто рассказал вам эту правду?
ЛИЛЯ. Мне — Вика.
ВИКА. Мне — Лиля.
АННА ИВАНОВНА. Ну, а вам вместе, обеим, кто рассказал?
ВИКА. Никто. Это и так все знают.
АННА ИВАНОВНА. Но ведь сказал кто-то о письме первым! Понимаете, первым!
ВИКА. Наверное, я первая сказала.
АННА ИВАНОВНА. А ты от кого узнала?
ВИКА (с полным убеждением). От Лили!
АННА ИВАНОВНА. А ты, Лиля?
ЛИЛЯ (с полным убеждением). От Вики!
Беседа третья
Анна Ивановна и Игорёк в том же классе.
АННА ИВАНОВНА. Игорь, когда мы с тобой разговаривали в последний раз, — помнишь, ты приходил в учительскую? — мне показалось, что ты знаешь, кто нарисовал на доске этот рисунок. Это так или я ошиблась?
(Игорёк молчит.)
Ну что же — так или нет?
ИГОРЁК.
