Читаем без скачивания Грани реальности. Кошмары бывают разными - Нуар Латона

– Ах вы… Да я вас… Сейчас вы у меня получите, полудурки! – завелась Шерон и направилась прямиком к Райану. – Ты хоть знаешь, как ты нас напугал, идиот?! Это ни капли не смешно! Вы, похоже, не понимаете, в каком положении мы находимся? Мы думали, что с вами что-то случилось! Мы… мы так испугались.

Девушка невольно заплакала, смотря в холодные глаза друга, который ухмыльнулся еще больше, окинув ее немного отвратительным взглядом только из-за того, что Шерон разрыдалась при нем, как маленькая девочка.

– Мы не думали, что ваша реакция будет такой, – отмахнулся он, передавая фонарик подруге. – Успокойся, нюня, все будет нормально! Нас найдут через пару дней, Шерри, все будут нас искать! Держи. А сейчас мы займемся поисками удобного места для ночевки.

– Зачем? Вы же осмотрели этот домик, мы можем заночевать в нем, – предложила Саманта, изобразив на лице что-то наподобие улыбки.

– Я так не думаю, – замялся Кайл и почесал затылок. – Там нет стенки, если обойдешь домик, то убедишься в этом сама.

– Медикаменты, вы нашли их? – вступила в разговор Грейс, не забывая о Мэри, которая держалась на последнем издыхании, сидя на земле и медленно то закрывая, то открывая глаза.

– Нет, поэтому нам нельзя терять ни секунды. Время сейчас стало роскошью, которой у нас нет, – заключил Николас. – Есть всего два фонарика. Один у вас, другой у нас. Все девочки пойдут во второй домик. Фонарики помогут вам обыскать тумбочки и шкафчики в ванной, ибо свет фонарей не так ярок, как мы думали. Мы втроем обыщем третий домик! Вопросы?

Девочки отрицательно замотали головой. Грейс, подняв рыжеволосую с земли, медленными шажками, стараясь не причинять Мэри особой боли и следить за тем, чтобы она не потеряла сознание, поволокла девушку во второй домик, следуя за Самантой и Шерон по пятам.

Войдя внутрь, девушки обомлели. Сложилось удивительное впечатление, что приют вовсе не был заброшен. Обои остались чистыми и целыми, никаких потертостей, будто бы их поклеили только вчера. Не потрескавшийся паркет сверкал, словно его начистили несколько часов назад. Двери из красного дерева были распахнуты, маня девушек с порога войти в большую просторную спальню, где вдоль стен в два продолговатых ряда располагалось девятнадцать кроватей, стоящих ровно по стенке.

Ощутив, что Мэри стала тяжелее, коленки Грейс подкосились, и она испуганно обратила внимание на подругу, которая потеряла сознание.

– Ищите бинты, спирт, иголку, нитки, перекись или воду, живо! – крикнула девушка, аккуратно уложив Мэри на одну из кроватей и спешно закатав ей толстовку.

Грейс бережно развязала окровавленные обрывки джемпера, что туго затягивали рану девушки, которая уже начала гноиться. Грейс обеспокоенно закусила губу, небрежно бросив на паркет то, что осталось от джемпера.

Саманта и Шерон ринулись обыскивать тумбочки, которые стояли в проёмах между кроватями. В спешке шаря руками по полкам и выкидывая из них пакеты зефира, банки с консервами и лапшу быстрого приготовления, они радовались хоть каким-то продуктам питания.

– Нашла! – радостно крикнула Шерон, размахивая в воздухе остатком пыльного бинта.

Девушка в одну секунду оказалась рядом с подругой, передав ей то, что она просила. Саманта, не получив никакой пользы от поисков, направилась в комнату, где, по ее мнению, должен был быть душ. Заметив маленький шкафчик с нарисованным на нем красным крестиком, девушка открыла его, восторженно вскрикнув:

– Я нашла спирт и немного перекиси!

Она подошла к белоснежной раковине и с опаской покрутила кран. На пальцы ей брызнула ржавая, похожая на венозную кровь вода, которая к тому же еще и жутко воняла. Саманта поспешила завернуть кран, остановив поток зловонной жидкости, отдаленно напоминающей воду, и вернуться к подругам. Протянув Грейс спирт и перкись, она виновато произнесла:

– Вода ржавая, не думаю, что такой можно промыть рану.

– Спирта мне хватит. Девочки, сообщите мальчикам, что здесь можно переночевать, а я пока займусь Мэри, – скомандовала брюнетка, но когда увидела, что подруги неотрывно наблюдают за ней, громко рявкнула. – Живо! Это зрелище не для слабонервных.

Девочки переглянулись и незамедлительно выбежали из домика.

Грейс небрежно вылила остатки перекиси на рану подруги. Еще совсем свежая кровь начала неприятно шипеть и, наконец, сворачиваться. Девушка, оторвав немного бинта, смочила его спиртом. Тяжело сглотнув, она посмотрела на безжизненное, бледное лицо подруги, на ее высохшие, прежде алые губы, что сейчас потеряли свою краску, а затем решительно приложила вымоченный спиртом бинт к ее ране. Медленными движениями девушка промакивала гнойные участки и вытирала запекшуюся от перекиси кровь.

Неожиданно для Грейс подруга широко распахнула глаза и, резко приподнявшись, издала истошный вопль, полный боли и страдания. Ее глаза были полны ярости. Казалось, еще секунда – и она ударит брюнетку, чтобы та перестала причинять ей невыносимую боль, но в домик на крики вбежали мальчики, а за ними и испуганные девочки.

– Держите ее, держите, – визжала Грейс, чтобы все трое взяли себя в руки и помогли ей.

Кайл, поправив очки, опомнился первым и, подбежав к подруге, вцепился ей в плечи стальной хваткой, резко опустив на подушку. Николас и Райан нервно переглянулись, после чего рванули помогать другу. Грейс сидела на краю кровати и, не обращая внимания ни на панические дёргания подруги, похожие на судороги, ни на её зверские вопли, продолжала обрабатывать рану.

– Иглу, нитку, – неожиданно произнесла Грейс, протянув руку в сторону девушек в ожидании потребовавшихся предметов.

Но подруги лишь пожали плечами, показав тем самым, что не нашли этого. Девушка злобно выругалась и, закрыв глаза, попыталась включить воображение и смекалку. Что же можно было сделать? Чем возможно было заменить иглу и хирургическую нить?

– Кайл! Булавка! Я знаю, она у тебя есть! – внезапно вскрикнула Грейс, а затем указала на подругу. – Шерон. Ты должна распустить свой кардиган и дать мне нитку! Выбирай самую толстую и прочную, иначе, когда я буду зашивать ей рану, она порвется и все будет напрасно.

Испуганные подростки послушались и спешно отдали Грейс все, что она просила.

Мэри обливалась слезами. С ее лба градом скатывался пот, впитываясь в подушку, а руки произвольно сжимали и разжимали простынь, чтобы хоть немного заглушить боль. Стискивая зубы, она пыталась не кричать, но это не помогало. Ее дикие вопли нарушали тишину этого пустынного места и делали его хоть немного, но живым.

Грейс тяжело вздохнула, кое-как вдев нить в булавку, и сочувственно посмотрела на подругу.

– Сейчас будет адски больно, – предупредила она Мэри, поднеся булавку ближе к ране. – Терпи, ты сильная девочка, но это лишь поможет заживлению. Хотелось бы мне обойтись без этого, но ты еще не готова! Он поможет тебе, по крайней мере должен помочь!

Произнеся это, Грейс решительно пронзила булавкой нежную кожу девушки, протащив упругую нитку, тем самым затянув кончики раны.

Мэри завопила что было мочи, заставив всех присутствующих, кроме Грейс, зажмурить глаза и скорчиться от неимоверно громкого звука.

Ночь обещала быть бессонной…

Акт 5

Холодный северный ветер обдувал волнистые волосы Грейс, приятно лаская кожу. Девушка стояла на деревянном пороге домика, рассматривая окровавленные руки, которые никак не хотели оттираться, а воды, чтобы их отмыть, к сожалению, не было. Ее пальцы слегка подрагивали то ли от холода, то ли от нервов, а тело непроизвольно дрожало от прохладного воздуха, который нужен был ей сейчас больше всего. Потерев голые, покрывшиеся мурашками плечи, она закрыла глаза, пытаясь осознать свое положение. Девушка прекрасно понимала, что конкретно произошло с ними и почему. Но могла лишь догадываться, зачем они здесь, и что может ожидать их впереди, так как не успела получить четких установок по этому поводу.

Дверь домика скрипнула. Подышать свежим воздухом вышел Николас. Грейс даже будучи с закрытыми глазами чувствовала на себе упорный сверлящий взгляд ошарашенного парня. Девушка нехотя разомкнула веки и глубоко вздохнула.

– Я не буду объяснять свое умение зашивать раны, – спокойно произнесла Грейс, не наградив друга и взглядом, а затем уже прошептала так, чтобы Николас не смог услышать. – Тем более, со временем вы сами научитесь этому.

– Это не важно. Ты спасла Мэри жизнь, а это – самое главное, – положив руку на плечо подруги, произнес он. – Пойдем, нам всем нужно хорошенько выспаться, чтобы на свежую голову подумать, что делать дальше!

Грейс одобрительно кивнула и проследовала вслед за ним в глубину комнаты, где спокойно отдыхала Мэри, потерявшая слишком много крови, чтобы выжить…

                                            ***

«Ночь. Мэри шла по вымощенной винно-алым кирпичом дорожке приюта цвета свежей крови. Вот только почему-то дорожка вела лишь в одном направлении – к двухэтажному обсыпанному зданию. Открыв тяжелую металлическую дверь, девушка увидела длинный коридор с множеством старых комнат. Без тени сомнения или страха, словно загипнотизированная она направилась вперед, осматривая дверные номера, но никак не могла найти тот, который искала. Шаткая лестница, располагавшаяся в серединном проеме коридора, вела с первого этажа на второй. Похоже, что тут тоже когда-то жили дети, которые раньше находились в этом приюте. Мэри целеустремленно поднялась на второй этаж и заглянула в комнату; она не видела номера, ведь только эта комната его не имела.