Почему каждый мужчина в моей жизни считает своим долгом использовать мой образ в своём извращённом творчестве? Моё сердце неистово билось. Губы пересохли. Я с трудом раскрыла глаза, когда почувствовала руку Джейка у себя на спине.
- Не трогай меня! - я отшатнулась от него. - Ты! Ты! Ты! - пыталась подобрать слова, тыча в его грудь указательным пальцем. – Зачем ты это сделал?!..
Джейк смущённо отступил и опустил взгляд. Нерешительно открыл рот, потом закрыл. Не мог смотреть мне в глаза.
- Зачем?! Скажи! - не унималась я. - Неужели, ты видишь меня... такой? - развела руки в стороны, указывая на картины. - Ты считаешь меня безвольной жертвой?
Взгляд Джейка вспыхнул.
- Вовсе нет!
- Тогда объясни мне, что всё это, - потрясла ладонями перед последней картиной. - Что всё это значит?
- Я думал... - парень замялся. - Я думал, что, если ты сможешь взглянуть со стороны, увидишь себя моими глазами, то это поможет тебе исцелиться. - он потупился. - Ты думаешь, я не замечаю, что твои раны до сих пор кровоточат?
- Что? - я удивлённо подняла брови. - Ты о чём?
- Кира, - он сделал шаг ко мне, - Это постоянные ночные кошмары, твоя таинственная нерешительность по поводу переезда... Твои тоскливые глаза. Ты думаешь, я не вижу? Я всё это вижу! - он почти выкрикнул последнюю фразу.
- Что ты видишь? - моё сердце ухнуло в пятки.
- Я вижу, что ты всё ещё страдаешь. - он взял мою руку в свою. - И я не виню тебя в этом. То, что ты пережила - просто ужасно. Но ты должна попытаться убить своего демона, изжить его из своей души. Вот, посмотри, - он взял меня за руку и повёл к самой последней картине.
На ней была изображена всё та же девушка. Но только теперь её лицо не было мокрым от слёз, не было испуганным, или затравленным. Оно выражало холодное спокойствие и умиротворение. Даже фигура девушки выглядела по-другому. Руки были крепкими и накаченными. Правой ногой она стояла на поверженном монстре, из груди которого торчала окровавленная катана. Одной рукой девушка прижимала к груди книгу, а другой держала зажжённую сигарету. Её волосы были короткими, а огромные мультяшные глаза победоносно сияли. «Окончательная победа» - прочитала я подпись к картине и не смогла сдержать улыбку.
Повернулась к Джейку и ухмыльнулась.
- Ну, тут ты превзошёл себя! - я округлила брови в притворном изумлении. - У меня никогда не будет такой бицухи.
Джейк рассмеялся и попытался меня обнять, но я отстранилась.
- Это не значит, что я тебя простила. - серьёзно сказала я. - У меня до сих пор голова идёт кругом от того, что ты провернул всё это за моей спиной! Тебе должно быть стыдно!
Он кивнул и понуро отступил. Но я увидела в его глазах проблеск надежды.
- Мне... мне надо... - я устало потёрла лоб. - Мне надо всё это переварить. Подумать. Мне надо побыть одной.
Поддавшись странному порыву, я пошла к выходу, набрасывая на плечи пальто.
- Эй, ты куда? - встревоженно сказала Лия. - Открытие выставки через двадцать минут!
- Пойду прогуляюсь. - бросила я, не глядя подруге в глаза. - Скоро вернусь.
Меня раздражало, что Лия и Джейк объединились против меня. Ведь подруга уже месяц как всё знала, но мне даже не намекнула! Наверное, ради пущего эффекта. Спасибо большое, дорогая! Это, действительно, было весьма эффектно.
Сейчас меньше всего хотелось наблюдать за их многозначительными переглядками украдкой за моей спиной. Бедная сломленная Кира! Как же исцелить её страдания? Как же ей помочь?! Задолбало, что мои лучшие друзья носятся со мной, как с хрустальной вазой. Уже прошло больше восьми месяцев! И я, как мне казалось, весьма неплохо справлялась и сама! Без их вездесущей и надоедливой помощи.
ГЛАВА 8. КИРА
Вышла на улицу. Поплотнее закуталась в своё пальто. Высокие каблуки и тонкое платье совсем не располагали к долгим прогулкам. Достаточно быстро замёрзла, а ступни в неудобных узких туфлях жалобно заныли, призывая меня сделать перерыв в моём мстительном побеге.
Огляделась по сторонам и заметила через дорогу приятное кафе. Дошла до светофора и из последних сил перешла дорогу. Не могу представить, как некоторые женщины проводят на таких ходулях восьмичасовой рабочий день! В голове сразу возник образ ухоженной секретарши в каком-нибудь офисе, доброжелательно улыбающейся своему боссу, при этом испытывающей жгучую боль в ступнях. Такая вот современная русалочка. «Каждый шаг – боль, и не вскрикнуть!» - вспомнились слова из советского мультфильма про бедную русалочку, которая потеряла голос и вынуждена была испытывать постоянную боль. А в награду за терпение автор превратил её в морскую пену. Ох уж эти писатели-мужчины! Их жестокость к женским персонажам порой не знает границ.
Я уселась за свободный столик в кафе. Заказала кофе и, обняв озябшими пальцами горячий бокал, начала медленно прихлёбывать обжигающую жидкость.
Мысли в моей голове постоянно возвращались в Джейку и его выходке. Какое право он имел вот так выставлять на всеобщее обозрение мою жизнь, мои страхи?.. Наверное, он действительно сделал это из лучших побуждений, но сейчас я была совсем не готова это признать.
Какого чёрта каждый думает, что я настолько слаба, что нуждаюсь в постоянной помощи и поддержке?! Меня не надо чинить. Я не сломлена! Я такая, какая есть. Со своими демонами и страхами. С постоянной борьбой. Не хочу, чтобы самые близкие люди пытались меня исправить. Почему им просто не принять меня такой?
Почему они не хотят понять, что страдания стали частью моей души? Весь негативный опыт, вся тьма, полученная от Кирилла, теперь - неотделимая часть моей сущности. И я, как это не парадоксально, не желаю с ней расставаться.
В мире нет таких людей, которые бы не испытывали боль, страх и неопределённость. Просто я позволила себе роскошь не скрывать эти чувства. Не заталкивать их глубоко в себя, не подавлять. Я просто приняла их и хотела, чтобы мои близкие люди последовали моему примеру. Но, видимо, им было слишком некомфортно со мной. Их отягощало постоянное присутствие рядом тёмного депрессивного клубка эмоций, которым я была на протяжении последних месяцев. И они решились на такой отчаянный шаг. Наверное, хотели, как лучше, но я совсем не оценила их стараний.
Горько усмехнулась, понимая, какой чёрствой я, должно быть, кажусь
