и поблагодарил за помощь в отражении нападения. В следующем селении староста выдаст награду за ликвидацию банды и охрана выделит её часть за помощь. Новиков поблагодарил старшину, и на этом всё общение до обеда завершилось. В обед группа «самбистов» попросила провести тренировку и показать новый приём. Алексею было не в тягость, и он согласился. В этот раз в группе было уже дюжина человек. Повторили кувырки, вчерашний приём и минут двадцать уделили новому приёму. Через три часа после обеда караван остановился на стоянке около большого села с звучным названием Йот.
— Йот твою мать — попробовал на слух звучное название села Алексей. Непривычный слуху Землянина названия вызывали у него не только улыбку, но и желание просклонять в русских традициях эти названия. Да и скучновато ему в дороге. Сейчас же он сожалел, что не взял с собой книги. Хотя… вспомнив, как пришлось первые пол дня на себе нести два сидора и длинный путь до деревни Йасна, Алексей сделал вывод, что книга по весу явно лишняя. Рядом с местом стоянки каравана Алексей разглядел вывеску трактира. Долго не думая, он взял один вещь мешок и пошёл покушать горяченького. К радости Алексея, в полумраке трактира ему посчастливилось спокойно поесть, не привлекая внимания окружающих и купить в дорогу выпечку, а за одно и литровый горшок сметаны. Новиков нанёс на горшок рунную цепочку на охлаждение и запитал её собственной силой. Лишнего накопителя с собой не было, по этому раз в три — четыре часа Алексей решил запитывать руны. Так сметаны хватит на сутки — двое.
Глава 4
Вечером, группа самбистов, как в шутку, про себя, начал называть Алексей группу охранников, плотно насела на Алексея. Они поняли, что за оставшиеся четыре дня много приёмов разучить у них не получится, по этому они предложили разбиться на пары и, чтоб каждая пара отрабатывала свой приём, а потом они научат друг друга. Алексею стало понятно, что его решили выдоить на халяву. При том, что никто из дружины не подошёл к нему и даже просто не узнал имени. Его по прежнему воспринимали чужаком и этот сильно давило на него.
— Вы меня конечно извините, но я вижу, что даже если я выдам вам безвозмездно всё, что знаю, то вы всё равно будите смотреть на меня как на чужого. Вам, почему то не важно, что несёт вам разумный добро или зло. Для вас, почему то цвет глаз важнее того, что движет другим разумным. А я вот такой родился. Возможно, единственный такой во всём мире. Я не отказываюсь делится с вами знаниями, тем более, я обещал сделать это вашему старшине, но ВСЁ я буду передавать только друзьям. Поэтому для вас по прежнему буду давать только один новый приём за тренировку.
Было видно, что вся группа очень неловко себя ощущает. Возможно Алексею удалось затронуть что-то их в душах, но акцентировать дальше и, тем более набиваться в друзья Алексей не собирался. Поэтому он просто построил группу и начал объяснять приёмы, по освобождению от захвата за шею сзади. Уже перед сном к нему подошёл старшина и вручил шесть средних серебряных пулов.
— Это награда за ликвидацию банды.
— Благодарю. Денег лишних не бывает. Приятно, что местная власть так щедро оплачивает моё скромное участие.
— Местная власть платит по среднему пуллу серебром за голову. А я понимаю, что только благодаря твоему осветителю мы без потерь и ранений одолели такой большой отряд. Так что это тебе от всего отряда благодарность. Кстати, я бы такой осветитель купил для отряда. А лучше парочку. Где ты его купил, может расскажешь?
— Ты знаешь, старшина. Где я их взял я тебе не скажу, но… — Леха сделал долгую театральную паузу. — Я везу в столицу два десятка таких фонарей на продажу. Парочку могу, так сказать, по знакомству уступить. — Алексей с хитринкой в глазах смотрел на то, как по мере его фразы менялось лицо старшины.
— Ха-ха-ха-ха-ха! Ну ты меня и разыграл. — заржал старшина, и, протянув руку для рукопожатия, представился, — Йован.
— Алексей. — Ответил Лёха и опять хитро посмотрел в глаза старшине. — Так папа с мамой назвали.
— Ха. А я думал опять шутишь. Ладно. Почем отдашь эти, как их…
— Фонари.
— Ага. Точно, их. Фонари.
— А почём ты готов прикупить такой редкий артефакт.
— Средний пулл серебром.
— Добро. Пойдём выберешь.
— Это… Четыре давай. Я знакомому старшине тоже возьму пару. И это. Как в столицу придём давай зайдём в гильдию наёмников. Думаю, что там все фонари и заберут.
— Договорились. Но один я всё же себе оставлю.
Через четыре дня караван вошёл в столицу. По пути охрана отбила ещё одно нападение крупной шайки и тоже обошлось без потерь. Старшина светился от счастья как новогодняя ёлка. Суммарно за этот рейс он отбил стоимость фонарей только одними премиями от властей, а еще и куча трофеев денег принесёт.
Как и говорил Йован, гильдия скупила все фонари, и довольный Лёха пошагал на постоялый двор устраиваться на проживание.
На следующий день он зашёл в ювелирный квартал и приобрёл там сотню накопителей, обменяв их на самородное золото. Потом сходил в оружейный квартал, где приобрёл неплохой лёгкий меч и метательные ножи и, надолго застрял в книжной лавке. Длительный просмотр книг нужных результатов в артефакторике не дал, и Алексей прибрёл небольшую брошюру по бытовым конструктам для домохозяек. На следующий день Алексей походил по лавкам артефакторов, изучал предложения и цены, наткнулся на бюро патентов и оформил патент на фонарь. Побродил по торговым рядам и оценил скудость предложений по инструменту и решил просто купить коня с седлом и вьючными сумками и прикупить железа для домашней кузни. Небольшую квадратную наковальню, около пуда весом сторговал так же за самородное золото. Но больше всего Алексея удивило наличие в продаже алмазной крошки. Литровый горшок алмазного боя обошёлся ему в один средний пулл серебром. Так сказать отходы ювелирного производства.
* * *
Следующим утром та же группа наёмников вела караван в обратную сторону. В этот раз с Алексея вместе с конём взяли тот же самый малый серебренный пулл. Нападений охрана не ждала, поскольку старые ватаги татей только вырезали, а новые за это время собраться по любому не успеют. Старшина обхлопал Алексея как родного и спросил, согласится ли Алексей продолжить с его бойцами обучение. Алексей хитро улыбнулся, но не успел открыть рот, как старшина сказал:
— Мы готовы оплатить по
