больничный вспоминаю, по рукам мурашки бегут.
Все эти мысли неприятно дергают меня за мужское. Странное ощущение, будто твое не до конца твое… Будто как только наберется сил, захочет уйти. А что если правда захочет? Вот придет девочка Настя через пару лет и скажет мне: «Извини, полюбила. Отпусти…»
Сжимаю кулаки. Ну такая себе перспектива.
А если я сам захочу женщину? Не евнух же… К черту! Нужно пока решать проблемы по мере их поступления. Иначе головой поехать не долго.
Чтобы переключиться, подхватываю автокресла под ручки и несу детей к машине…
Глава 7
Настя
От необъятного чувства благодарности мне хочется расцеловать Алексея, но я смущаюсь. Кругом люди. Алферова все узнают и почтительно здороваются.
Меня удивляет, что у него нет ни водителя, ни охраны, кроме тех ребят на участке. Неужели здесь в городе у него совсем нет недоброжелателей?
Замечаю, что некоторые прохожие фотографируют нас на телефоны и снимают видео.
Быть на столько публичным — это для меня шок и ужас. Даже становится стыдно за то, что я такая мышь серая иду рядом с невероятным мужчиной.
Украдкой кошусь на Алферова, который расплачивается на кассе за очередную порцию детской одежды. Да, я понимаю почему продавщицы так усердно ему улыбаются. Харизма, должность, внешность, интеллект, воспитание… Наверняка уже весь город гадает, кто я такая.
Интересно, были ли у Алферова женщины после сестры? И действительно ли он такой ужасный человек и самодур, которым мне его описывала Илона? Как-то раз я даже видела на ее лице след от пощечины… Ох, она могла вывести и святого.
Действительно, некоторые вещи проявляются не сразу, но пока Алферов со мной, несмотря на сложность ситуации, всегда обходителен и терпелив. Мне очень страшно в нем разочароваться. Только смогла немного у покоиться. Но как у собаченки, «уши все равно стригут» на стороже.
Дети давно сопят в коляске для двойни. Она очень удобная, с разными люльками на разном уровне, и при этом очень компактная. Я легко управляю ей одной рукой. Видела такие на картинке и не могла мечтать. Стоит целое состояние…
Это так хорошо и правильно делать совместные с мужчиной покупки для детей, что я даже на пару минут позволяю себе пофантазировать, что у нас с Алексеем все по-настоящему. Как должно быть у людей — мама, папа, сын и дочь. Про себя я дала им имена ещё в больнице: Анечка и Ванечка. Но наверное, правильно будет обсудить это с Алексеем.
— Вспоминай, — смотрит на часы Алферов, когда мы выходим из детского магазина. — Что-то ещё нужно?
— Нет-нет! — Испугано мотаю головой. — Всего более чем достаточно!
— Тогда, зайдём сюда… — заворачивает он в ювелирный бутик и держит дверь, помогая пройти мне с коляской.
Чувствую, как мои щеки начинают пульсировать от неловкости. Оглядываюсь по сторонам. Господи, как красиво тут все!
— А это обязательно? — Шепчу.
— Хм… - хмурится Алферов, — наверное, нет, но женатым людям полагается носить кольца. Я бы хотел решить вопрос со свадьбой до того, как нам с тобой начнут задавать неудобные вопросы.
— А кто их будет задавать?
— Потом поговорим… — отвечает Алексей и улыбается девушкам консультантам. — Здравствуйте, нас интересуют парные обручальные кольца. Классика.
Я примеряю свое первое в жизни украшение из золота с бриллиантами. Рассматриваю, как переливаются камешки на свету.
— Тебе нравится? — Внимательно следит за моей реакцией Алексей.
— Да! Очень! — Шепчу восхищенно.
— Прекрасно, упакуйте нам, — решает Алферов.
— Спасибо… — успеваю я прошептать.
Он коротко кивает.
Мы едва успеваем разместиться в кафе, когда мне на телефон приходит сообщение от мамы, точнее от Евгении Павловны…
«Ну ты и гадина…» — гласит экран.
У меня начинают трястись руки. Сжимаю-разжимаю кисти, чтобы взять проснувшегося ребенка и никак не могу успокоиться.
— Что там? — Вырывает у меня телефон Алексей.
— Там… — сжимаю я губы, чтобы не заплакать.
Он пробегается глазами по экрану…
А потом вдруг его выключает и кладет себе в карман.
— Зачем? — Ахаю. — Куда вы…
— Тебе заменят завтра номер и привезут телефон. Если кто-то ждёт твоего звонка, мы решим вопрос.
Качаю отрицательно головой.
— Никто не ждёт.
Забираю из коляски дочку и сажусь вместе с ней на кресло.
— У меня вообще здесь практически не осталось знакомых кроме родителей и коллег из арены.
— Ты скучаешь по работе, Настя? — Вдруг интересуется Алферов.
— Да, — вздыхаю. — Мне нравилось тренировать. Но вернуться вряд получится. Директор арены — это наша с Илоной тренер, а заодно и лучшая подруга Евгении Павловны.
Перекладываю дочку с руки на руку, чтобы взять удобнее.
— Хм… однако, — ухмыляется Алферов. — Все хорошо? — Переводит тему, кивая на малышку. — Чем недовольна? Чего хнычет?
— Кушать, наверное, хочет. Им уже пора. Сейчас и Ванечка проснется… — осекаюсь.
— Иван Алексеевич, значит? — Переспрашивает Алферов, словно пробуя это сочетание на вкус.
— Если вы не против… — замираю.
— Мне нравится, — кивает он. — Иван Алексеевич и…?
— Анна Алексеевна.
— Годится…
Дочка начинает призывно покрикивать.
— Так покорми, уже детей, — оглядывается по сторонам Алексей. — Молодой человек! — Поднимает руку, подзывая официанта. — Можно вас?
— Нужно найти детскую комнату, — снова смущаюсь я. — Вы не могли бы спросить…
Молодой парень останавливается у нашего столика, раскладывая меню.
— Проводите, пожалуйста, девушку в комнату матери и ребенка, — просит его Алферов.
— Конечно, пройдемте… — широко улыбается мне официант.
— Что тебе заказать? — Спрашивает меня Алексей.
— Не знаю, — теряюсь я, бросив взгляд на цены. — Что-то на ваш вкус…
Когда мы с малышами, сделав все детские дела, возвращаемся в кафе, наш столик оказывается заставлен разной едой от салатов до мяса.
— Ого… — ставлю я коляску в сторонку и присаживаюсь на стул. — Столько еды… Вы сразу и на детей заказали? — Пытаюсь пошутить.
И мне удается. Алферов улыбается.
— Тут был целый консилиум на тему, что можно кормящей маме. Администраторы и повара старались, как могли. Куриные отбивные, овощи на гриле, соусы на сметане пара десертов на выбор без глютена, лактозы, короче, не знаю, что в них можно есть, но меня уверяли, что это вкусно. Все вредное мое, но я могу поделиться… — отрезает он он куска свиного стейка житный кусочек и салютует мне вилкой. — Ммм? Хочешь попробовать?
Я сначала пару секунд хлопаю глазами от такого напора, а потом начинаю улыбаться, как дурочка.
— Спасибо большое. Уверена, что у меня будет тоже вкусно.
Ничего сладкого я себе действительно очень давно не позволяла. Боялась диабета. У беременных двойней на фоне отеков это достаточно частая патология, поэтому сейчас, когда основное блюдо оказывается съеденным, и очередь доходит до десерта, я буквально чуть не плачу от
