у нее вытянулось лицо от полного непонимания. Но после подробностей и списка того, что мы желаем заказать — глаза загорелись, как у маньяка, увидевшего подходящую жертву. Мы были для неё не просто скромными заказчицами, но позволяли экспериментировать с моделями и не боялись их показывать. Пусть наши выходы в парк и были нечастыми, но внимание, как вы понимаете, привлекали. А любая модистка хотела не только денег за свою работу, но и признания клиентов.
Но я была бы не я, если бы не написала ей пару интересных адресов не совсем легальных поставщиков тканей в столицу. Всё, Владлена Зайцева была у нас в руках! И пока Амалия зарылась с головой в имеющиеся скромные запасы тканей и перемеряла все залежи туфелек, я обговаривала договор с госпожой Зайцевой о выкупе соседнего помещения для расширения ателье. В искусстве пошива модных платьев ей не было равных, а сейчас, когда у меня появились деньги, то стоило вложить их очень удачно. И лучшего места, чтобы они приносили прибыль, я найти не могла.
Мы даже успели составить предварительный договор в черновом варианте и договорились встретиться через пару дней для его подписания. Выползли от неё с минимальным набором покупок — туфельки, сапожки, пару домашних платьев, новые подвязки, чулочки, пару шляпок, милый пеньюарчик (не смогла с ним расстаться), легкая накидка для прогулок и перчатки — и отправив Герасима с покупками домой, засели в скромной ресторации неподалеку. Дальше уйти не смогли, так как желудок сводило от голода, но эмоции били через край и хотелось еще впечатлений.
Амалия предлагала после обеда прогуляться в городском парке — с чем я, пожав плечами, согласилась. Но придется сначала дождаться Герасима для дальнейшего сопровождения — это я ему пообещала.
Готовили здесь вкусно, официантки расторопные и вежливые, Марина даже подумывала сделать обзор столичных рестораций, но стоимость блюд в самых известных была не всем по карману. Так что она отложила его, вспомнив, что такое счастье ее ожидает с женихом — заодно и кухню оценит, и вежливость, и уют.
Кстати, было удивительным увидеть здесь группку из нескольких обедающих аристократов. Прислушавшись к их болтовне, услышала обсуждение свежей статьи в «Керченском вестнике», где был список самых завидных женихов Шамбалы. Ужас! И все они прибудут на ожидаемый Бал Невест. А один из них хвастался, что и сам вошел в этот список двадцати самых родовитых и богатых женихов.
Диссонанс какой-то! Что же здесь делает этот самый «родовитый и богатый»? Не прошло и полу часа, когда вся неприглядная истина всплыла на поверхность.
Сначала, Амалия начала делать странные знаки, поглядывая в сторону кучки аристократов. На удивленный её поведением взгляд, вздохнула и шепотом призналась:
— Это он!
— Кто? — всё так же ничего не понимая, уточнила Марина.
— Твой жених несостоявшийся, из-за которого ты… э-э-э… — не зная, как сказать дальше, промямлила сестренка.
— Да? — удивилась ненужная невеста, — А я его совсем не помню.
Она была абсолютно спокойна, но сердечко быстро-быстро забилось, напоминая о давно забытых событиях.
— Неужели, он ещё не женился?
Амалия отрицательно покачала головой и покосилась в сторону аристократов. Сидели мы очень даже удобно — нас не было видно за отделяющей от зала перегородкой. С той компанией всё могло быть так же, но они старались выделиться среди посетителей, намеренно громко все обсуждая и привлекая внимание.
А вот когда Марина вышла попудрить носик, то застала совсем неприглядную картину. Сначала наткнулась на толстячка, который мялся и дергался, поглядывая в коридор за угол. Он попытался преградить ей путь, но увидев нахмуренные брови, умоляюще шепнул:
— Вам не стоит туда ходить.
Оценив беспокойство и нервозность мужчины, аккуратно заглянула за угол, где застала совсем уж неприглядную картину. Её несостоявшийся жених, тот, что вошел в двадцатку самых завидных богатых и родовитых людей Шамбалы избивал одну из официанток. Девушка закрывалась руками, прикрываясь в защитном жесте подносом, рыдала и умоляла её не трогать, но тот шипел какие-то гадости (Марина даже прислушиваться не стала к словам) и бил руками и ногами, отрываясь и спуская пар.
Обернувшись к толстячку, заметила, что тот очень переживает за девушку, но вступиться за безродную перед высшим аристократом не может:
— Сделайте ей выговор, что шляется непонятно где и пришлите к нашему столику. Быстро! — скомандовала и быстро вернулась в зал. Позади слышала громкие возмущенные возгласы толстячка, с энтузиазмом выполняющего ее поручение.
Не прошло и минуты как бледная, ошалевшая от происходящего официантка, стояла около них.
— С-слуш-шаю в-вас, л-леди, — заикаясь проговорила девушка, вцепившись дрожащими руками в поднос.
— Что у тебя с тем лордом?
Девушка задрожала ещё сильнее и в ужасе за озиралась по сторонам, словно пыталась спрятаться.
— Родные у тебя есть?
Девушка только отрицательно покачала головой.
В этот момент Марина поняла, что чаша ее терпения к «лордам» явно переполнилась и была готова взорваться. На ее счастье к столику подошел толстячок, сопровождающий Герасима.
— Леди, ваши покупки доставлены. Будут еще какие-то распоряжения? — быстро оглядывая всех собравшихся цепким взглядом верный охранник ещё сильнее испугал официантку.
Марина кивнула, отдавая распоряжения:
— Экипаж к служебному входу, а вы, — акцентировала внимание на пухлощеком господине, — проводите нас к нему. Тихо.
Тот даже ни слова не сказал, только тихо подхватил девушку под локоток и уверенно вел по коридорам. Через пару минут, пройдя по узким переходам, застывшим в удивлении поварам на кухне, вышли к маленькой дверце в узком тихом переулке. Коляска уже ждала и быстро погрузившись, дала знак отправляться домой.
На выходе попыталась всунуть пухляку деньги за обед, но тот отмахнулся, прошептав только:
— Спрячьте её.
Молчание разбавляли цоканье лошадиных копыт по дороге и долетевшие голоса случайных прохожих. Девушка все еще находилась в шоке, по-прежнему прижимая к себе металлический поднос из ресторации, в котором на гладкой поверхности отражались лица двух обеспокоенных леди. Быстро затерявшись в узких улочках старого города, Марина благодарила судьбу за очередной поворот и новую порции информации.
По приезду, заведя несчастную на кухню и усадив на стул, заварила ароматный чай с ромашкой и влив в нее пару чашек вместе с успокоительным,
