Читаем без скачивания Дважды Шутт - Роберт Асприн

— Нормальненько… — проворчал генерал Блицкриг. — В правительстве все как один в восторге от Шутника. Гетцман сразу ему победу присудит — даже в список заданий не заглянет.

— Посол вовсе не так пристрастен, как вы его малюете, — возразил генерал Смутьян. — Я лично наблюдал за тем, как он принимал очень жесткие решения, когда мы обсуждали формулировки мирного договора с Ландуром. Но даже при том, что он расположен к Шутнику, у нас будет третий арбитр, и я готов обещать вам, что это будет лицо совершенно нейтральное.

— Кто же у вас на уме?

Генерал Смутьян покачал головой.

— Это решим мы с послом, а когда решим, вряд ли скажем вам. Если вы узнаете, кто это, вы можете попробовать повлиять на избранное нами лицо. Если вы готовы на такие условия и если посол согласится участвовать в пари, тогда и я, так и быть, согласен. А если нет — увольте.

Генерал довольно усмехнулся. Последняя фраза прозвучала каламбуром.

— Я принимаю ваши условия, — буркнул Блицкриг. — Так… Есть у нас на сегодня еще какие-нибудь вопросы?

Еще с полчаса трое офицеров занимались обсуждением разных дел, а потом Секира и Смутьян ушли. Генерал проводил их до двери и, закрыв ее за ними, зловеще осклабился.

— В чем секрет, генерал? — поинтересовалась адъютант Блицкрига майор Ястребей, которая все время, пока шло совещание, молчала и вела протокол. — Я вас слишком давно знаю, и потому не сомневаюсь: вы бы ни за что не стали спорить на такую значительную сумму, если бы заранее не были уверены в том, что выиграете. Но как вы можете быть уверены в том, что арбитры присудят победу вам?

— Все очень просто, майор, — довольно потер руки Блицкриг. — Секира, похоже, забыла о том, что именно я составляю этот самый перечень заданий для любого подразделения Легиона, которое непосредственно подчиняется мне. И уж я постараюсь надавать роте «Омега» таких заданий, с которыми не справится никто в галактике — даже их распрекрасный капитан Шутник!

Суши и Рвач входили в состав бригады по оценке качества «американских горок» в те дни, когда под эгидой роты «Омега» и при ее непосредственном участии строился парк «Ландур». Прихватив с собой Махатму, Клыканини и Руба, они сели в аэроджип и вскоре приземлились у ворот парка «Дюны», где их встретил Окидата — их местный приятель, тот самый, что пригласил покататься.

— Рад, что вам удалось вырваться, — сказал Окидата, пожав руку Суши. — Думаю, вам понравится. Славная горка. С нашими, само собой, ни в какое сравнение не идет, но — пару разочков прокатиться можно.

— И как она называется? — полюбопытствовал Рвач — самый большой любитель острых ощущений в роте.

— «Щелкунчик», — пожав плечами, ответил Окидата. — Название дурацкое, но по нему судить нельзя. В парке «Дюны» у всех аттракционов названия дурацкие.

Парк «Дюны» был старейшим и самым маленьким по площади из лунапарков Ландура. Его можно было назвать детской площадкой в сравнении с теми гигантскими парками, которые выросли на планете в последние годы — в особенности в сравнении с теми двумя, в чье создание вложили деньги местное правительство и бывшие повстанцы, сотрудничавшие с Шуттом. Однако и другие парки по-прежнему пользовались популярностью у многих местных жителей, а их хозяева старались привлекать посетителей установкой новых аттракционов. «Щелкунчик» был одной из последних новинок.

Рвач расхохотался.

— Да уж, имечко — глупее не придумаешь. Под стать некоторым легионерским прозвищам. И кто же тут придумывает названия?

— Иероним Эканем, хозяин парка, — многозначительно выпучил глаза Окидата. — Похоже, у этого парня воображения недостает.

— Так почему бы тогда ему не взять на работу кого-нибудь, у кого с воображением все в порядке? — хмыкнул Суши и указал на ворота, ведущие в парк. — Эй, ребята, мы зря время теряем. Давайте встанем в очередь, а уж потом поболтаем.

— Суши прав, — пробасил Клыканини. — Разговоры везде можно проводить. Однако если мы тут болтать быть, очередь длиннее становиться, и мы никогда не попадать кататься. Давайте пойти.

Компания вошла в ворота, привлекая к себе любопытные взгляды. Двое инопланетян — Клыканини и Руб — выглядели вполне экзотично для того, чтобы привлечь внимание где угодно, но на Ландуре, населенном, за крайне редкими исключениями, людьми, эти двое вызывали особенный интерес — гигантский бородавочник и кот ростом с человека. Детишки оглядывались и тыкали в них пальцами.

Сами инопланетяне, служившие в Шуттовской роте, к такому вниманию к своим персонам привыкли, а вот люди, сопровождавшие их, были от этого не в восторге.

— Мамочка! Мамочка! — пискнула какая-то малышка, когда компания проходила мимо. — Посмотри, какое чудище!

— Тише, Нэнси! — шикнула на девочку мать. — Это вовсе не чудище. Это солдат-инопланетянин.

— Приветики! — дружелюбно помахал лапой Клыканини. Строение его физиономии не позволяло ему улыбаться, но он постарался, чтобы его голос звучал как можно более ласково. — Мы не быть солдаты. Мы быть космические легионеры. Это быть много лучше, чем солдаты!

— Смешные человеки! — хихикнула девчушка, сунула палец в рот и стеснительно улыбнулась. Ее мать тоже улыбнулась. Остальные легионеры успокоились. Изменить свою устрашающую внешность волтрон Клыканини, конечно, не мог, но это вовсе не означало, что он должен был пугать детишек. В процессе этой содержательной беседы Клыканини уяснил для себя, что, разговаривая с ребенком, очень легко из «чудища» стать «человеком» и вызвать улыбку. Он еще раз помахал девчушке лапой, и компания направилась в сторону аттракционов.

Очередь к новому аттракциону оказалась длинной. Ландурцы считали головокружительные «американские горки» принадлежностью местного искусства, и каждый новый аттракцион становился для них событием. Похоже, в этот день многие местные жители взяли выходной, а детишки прогуливали, с позволения родителей, занятия в школе. Судя по всему, в очереди предстояло томиться не меньше часа, но владелец парка позаботился о том, чтобы в ожидании посетители не скучали: вдоль всей цепочки ожидающих работали актеры — жонглеры, танцовщики с антигравитационными досками, музыканты, наперсточники, а также разносчики напитков и еды. Поэтому время бежало незаметно, но каждый из тех, кто ожидал своей очереди, поглядывая на взмывающие ввысь и падающие с высоты кабинки, конечно же, мечтал поскорее попасть на аттракцион.

Легионеры были уже близки к цели, когда Рвач воскликнул:

— Гляньте-ка! Да это же Преп! Что это он делает в лунапарке?

— Да прохлаждается, как и ты, — хихикнул Суши и поддел приятеля локтем в бок.

— Капелланы не должны прохлаждаться. Это им по рангу не положено, — покачал головой Рвач. — Сейчас я ему задам… — Рвач ухмыльнулся, шутливо подтолкнул товарища плечом и, замахав рукой, крикнул:

— Эй, Преп! Эй! Попались?!

Некоторые из проходивших мимо людей удивленно обернулись, но, поняв, кого окликает легионер, пошли дальше.

Тот же, кого Рвач принял за Препа, остановился в нескольких шагах от компании и уставился на Рвача.

— Простите, вы, наверное, ошиблись, — вежливо проговорил он. — Меня зовут иначе.

Судя по сильнейшему ландурскому акценту, это и в самом деле был не Преп.

— Что за бред? Бросьте, хватит шутить, Преп, — возмутился Рвач, когда человек, как две капли воды похожий на Препа, отвернулся и собрался уйти, но Суши положил руку ему на плечо.

— Полегче, Рвач, — шепнул он. — Это какой-то местный малый. Он просто похож на Препа, вот и все.

— Вроде бы ты прав, — проворчал Рвач. — Но уж больно здорово он на него смахивает.

— Да ладно тебе, — усмехнулся Суши. — Могло быть и хуже.

— Как это — хуже? — непонимающе нахмурился Рвач.

— Он мог быть похож на тебя, — хохотнул Суши и пригнулся, дабы избежать удара, которым Рвач вознамерился его одарить в шутку. Как раз в это мгновение очередь задвигалась, и хохочущая компания легионеров продвинулась ближе к аттракциону.

Мой босс полагал, что, попросив о том, чтобы в роту, которой он командовал, прислали капеллана, он внесет положительную струю в духовную жизнь своих подчиненных. Однако вера, которую проповедовал преподобный Джордан Айрес, заставила капитана призадуматься. Не то чтобы капеллан каким-то образом пытался подорвать заложенные моим боссом устои. Просто-напросто влияние его религиозной доктрины на легионеров стало развиваться в несколько необычном направлении…

— Капитан, этому пора положить конец. Я так скоро с ума сойду, — заявила Бренди. — Поймите меня правильно: я не имею ничего против капеллана. Преп многое сделал для поднятия морального духа в роте. Но я не смогу нормально работать, если не буду в состоянии отличить легионеров друг от друга.