мне подсыпали наркотики в клубе. Наверняка так и есть. Всё моё тело пылает, превратившись в одну огромную эрогенную зону.
Порочный танец пальцев Дэвида добавляет жара в мои трусики. Наверное, его брюки уже стали влажными от того, как я трусь об него мокрой промежностью. Я не просто возбуждена, я теку. Как голодная сучка.
Пальцы Дэвида перемещаются быстро и умело. Не успеваю возмутиться тому, что он перестал заигрывать с моими сосками, как он уже гладит кожу с внутренней стороны бёдер и подкрадывается к заветному треугольнику.
Большой палец чиркает по клитору через трусики. Я громко стону.
— Ты горишь, крошка. Потушить твой пожар?
— Да, умоляю… — не сдерживаю себя и двигаю бёдрами так, чтобы потереться о его палец.
Он растирает пульсирующий клитор по кругу. Перед глазами роится радужная мошкара. Я всхлипываю и стону от возбуждения, разгорающегося между ног.
Горячие губы Дэвида прижимаются к шее, всасывая кожу. У меня даже нет сил сопротивляться засосу, который он оставляет на моей шее. Это очень… очень плохо. Завтра мне предстоит встреча с тем, чьё имя мама назвала перед смертью, сказав, что он — мой отец. Я должна произвести хорошее впечатление, а я… Я сижу на коленях едва знакомого мужчины, и всё моё тело кричит только об одном: трахните меня, мистер незнакомец!
— Пожалуйста…
— Пожалуйста — что? Приласкать твою изнывающую и жутко мокрую девочку?
Его пальцы сбивают крошечный треугольник стрингов в сторону и поглаживают промежность. Он так преступно близок от влажного входа, что я умоляю его:
— Я хочу твои пальцы. Глубоко в себе!
— Только пальцы? — усмехается он.
В момент, когда его усмешка раскатывается по губам порочным обещанием, Дэвид вбивает пальцы. Сразу два. Я шиплю и дёргаюсь, едва не подпрыгивая. Но стон становится довольным, когда Дэвид начинает двигать пальцами в моей киске, чуть сгибая их.
— О боже. Дэвид! — Стоны вырываются из моего рта. Очень громкие и отвязные. Эпицентр возбуждения между моих ног получает порцию горячей ласки и начинает увеличиваться в размерах. Я понимаю, что это надвигается оргазм, и пытаюсь сдержать его. Это слишком быстро. Прошло меньше минуты. Это… — А-а-а-а-ах! — вырывается громко и протяжно.
Горячим огнём объята не только пульсирующая промежность, но и всё тело.
— Самый быстрый оргазм, — удовлетворённо хмыкает Дэвид, обводя киску по кругу. — Но я пиздец как хочу тебя!
Он немного отстраняет меня от себя и распускает ширинку на модных брюках. Ещё никогда я не хотела мужчину так сильно, как его. Я облизываю губы в предвкушении. Дэвид замечает этот крошечный жест и проводит по моим губам большим пальцем, проталкивая его внутрь. Я чиркаю языком по нему, обвожу по кругу.
— Проклятье. Твой язычок напрашивается на мой конец! Хочешь опробовать его в действии?
В ответ я начинаю посасывать его палец интенсивнее. Дэвид матерится и оттягивает вниз боксеры, обнажая член. Толстый длинный ствол увит синеватыми венами. Мне в голову бьёт животное жаркое возбуждение, не терпится ощутить его глубоко в себе. Большая крупная головка выделила смазку. Я жадно смотрю на его член, разглядываю, не стесняясь, как Дэвид лениво поглаживает его пальцами, обнажая головку. Я непроизвольно подаюсь вперёд, касаясь промежностью его ствола.
— Постой, крошка, я достану презерватив! — его хриплый голос выбивает из меня дрожь и табун мурашек предвкушения.
Я закусываю губу и пытаюсь унять дыхание. Этот мужчина определённо сводит меня с ума. Он не похож ни на одного из тех, с кем я имела дело раньше.
Дэвид намного старше меня и опытнее. Наверное, он мог бы быть моим отцом по возрасту. Я чувствую в нём зрелую мужскую энергетику. Он словно настоявшийся шотландский виски — такой же крепкий и сводящий с ума.
Я заметила его ещё возле клуба. Он распространял вокруг себя ауру власти и порока, притягательной опасности. Это почувствовала не только я. Многие девушки смотрели на этого мужчину, наверняка чувствуя то же, что и я — как катастрофически быстро намокают трусики при одном взгляде на это резкое, мужественное лицо и широкий разворот плеч.
Я трогаю мужское тело, оно бугрится хорошо прокачанными мышцами, а под кончиками пальцев пульсируют синеватые вены. Я будто прикасаюсь к раскалённому камню. Он обжигает меня, опаляет кожу. Но мне не больно. Я готова сгореть дотла, даже понимая, что по большей части моё непристойное поведение — это результат наркотиков, подсыпанных в коктейль с небольшим содержанием алкоголя. Но вместе это убойное сочетание превращает в одержимую самку, голодную и готовую к грязному, разнузданному сексу.
Я хорошо понимаю, что при любых других обстоятельствах мне ни за что не светит встретить такого, как Дэвид. Он слишком взрослый и состоятельный — это сразу понятно по его одежде и очень дорогой спортивной тачке. Дэвид одёт стильно и по-молодёжному, но все вещи брендовые и очень дорогие. Этому взрослому мужчине невероятно идёт тёмная рубашка с распахнутым воротом. Крепкую шею опоясывает толстая золотая цепочка. Я не могу удержаться от того, чтобы не попробовать его на вкус. Лизнув смуглую кожу языком, впитываю крепость его парфюма и сумасшедший мускус мужского запаха.
Эта встреча случайна и вряд ли повторится ещё когда-нибудь. Скорее всего, этому мужчине просто наскучили роскошные опытные самки из его круга общения в высшем свете, и он решил немного развлечься со случайно встреченной девицей.
Дэвид тянется к бардачку и достаёт фольгированный пакетик.
— Ты хочешь взять меня?
— Я хочу тебя трахнуть, крошка…
Его дьявольски синие глаза темнеют, начиная гореть похотью. Но он не торопится сразу же надрывать пакетик с защитой. Он зажимает его в кулаке, как обещание, что секс будет, и сводит меня с ума своими пальцами.
Длинные, умелые пальцы. Немного узловатые, но безумно сильные и властные. Дэвид ласкает кожу моих бёдер, поддразнивая меня. Я мечусь, как сбрендивший огонёк зажигалки, от влажных дорожек, прочерчиваемых его пальцами.
— Ты такая мокрая, Крис. Ты всегда такая грязная девочка?
О боже… От одного звука его голоса мой клитор начинает жить сам по себе. Он беснуется и пульсирует. Киска течёт так сильно, что капли смазки стекают по бёдрам. Дэвид надрывает пакетик и преступно быстро
