рядом с деревянным памятником «Охотнику и охотнице»: нагой мужчина крадётся, держа в руках копьё, нагая женщина, присев на одно колено, мастерит ловушку. Охотника и охотницу разделяет ниша, в которой установлены электронные часы с обратным отсчётом. До начала игр 14 дней, 21 час и 5 минут. Памятник сделали первые победители. Он покрыт слоями лака. За долгие годы дерево успело высохнуть, почернеть, тела охотника и охотницы сильно потрескались. По периметру площади установлены камеры. Они ведут трансляцию на большой экран позади сцены. Одни семьи держатся за руки, другие обнимаются, третьи, как наша, стоят, прижавшись друг к другу.
В полдень на сцену поднимаются официальные лица. Первым произносит вступительную речь ревизор игр, присланный из столицы — Давид узкоплечий мужчина лет 40 в тёмно-зелёном костюме. Давид напоминает нам о важности сделки с «Серым». Монстр мог бы уничтожить городок, но даёт людям возможность научиться жить правильно, рационально. Ревизор говорит с акцентом, манерно, напыщенно. Столица заинтересована, чтобы городок существовал и развивался, поэтому они будут и дальше по воле «Серого» устраивать игры и торговать с нами. Давид передаёт слово главе городка Вильяму. Вильям сам побеждал на играх, жители его поддерживают. Но он очень стар. Предыдущего главу городка убил «Серый». Когда провели расследование, выяснилось, что чиновник обирал людей. Вильям, хромая, подходит к микрофону и говорит, что мы всё правильно делаем: честно работаем, создаём семьи, бьёмся «Серым», раз он того требует. Наконец, сухопарый мужчина со шрамом на лице, в камуфляжном костюме и кепке, главный егерь — Блейк, оглашает результаты:
— «Серый» подвергнет испытанию на 99 ежегодных Лесных играх… — Блейк смотрит на список и дважды в алфавитном порядке называет имена тех, чей запах крови не понравился монстру, сначала женщин, потом мужчин.
Страшненько. С каждым произнесённым именем сердце колотится всё сильнее. Не выдержавшие эмоционального напряжения люди, падают в обморок. Маленькие дети мочатся.
Когда Блейк первый раз зачитывает имена, на площади стоит гробовая тишина, во время второго зачитывания поднимается шум. Одни люди осознают, что в этот раз уцелели, другие, что им вынесли смертный приговор. Я слышу осторожные поздравления, ликования, жалобные стоны, рыдания.
На сцене на высоте трёх метров подвешены деревянные таблички. Женщины занимают места под табличками с номерами с 1 по 25, мужчины с 26 по 50. Если на сцену вскоре не поднимутся люди, которых назвал Блейк, то лесничие начнут их разыскивать. Кого-то из отобранных жителей я знаю лично, с кем-то общался, кого-то просто видел на улице. На сцене участников игр встречают рукопожатием главный охотник и охотница. Оба из числа бывших победителей. Они помогают подготовиться к играм.
Мог ли Блейк поменять несколько имён в списке? Конечно, мог. Но «Серый» помнит запах крови тех, кого отобрал. Если на арене будут другие люди, то егерям мало не покажется. Их спасёт только одна хитрость — если они доложат «Серому», что список изменился из-за того, что вызвались добровольцы. Монстр может поверить им на слово, а может сам всё проверить.
Виктория — лучница заменяет свою беременную маму. Отца Виктории весной в лесу убил «Серый». Я слышал, что мужчина готовил покушение на монстра. «Серый» такого не прощает. Отец Виктории своим преступлением подставил под удар всю семью.
Почему «Серый» позволил нам менять друг друга? Вероятно, монстр рассуждает таким образом: «У того, кто меняется с кем-то, похоже, проблемы с головой. Он же колоссально рискует своей жизнью. Зачем он это делает? Наверное, его тоже следует убить?». Однако, часто именно тот, кто вышел на замену, и становится победителем — «Серый» не планировал его убивать.
Никого из нашей семьи в этом году монстр не тронул, ни бабушку, ни раненного отца, ни сестёр. Повезло.
На сцену поднимается до смерти напуганный ребёнок-сирота. Всегда находится смелый житель, который выкрикнет: «Позор! Позор!». Укор властям, и всем нам трусам. Как мы с этим миримся?! Многие недоумевают, как «Серый» может наперёд знать, что ребёнок станет плохим или заболеет? Нет, «Серый» не бог, не пророк, он — обычный убийца, людоед. С сиротой меняется взрослый мужчина, но «Серый» отобрал себе нескольких детей.
Как-то одного мальчика отказались отдавать на игры. Жители встали стеной. Тогда в городок прибежал «Серый», разогнал людей и утащил мальчика в лес.
У памятника «Охотнику и охотнице» собираются готовые поменяться люди: должники, мстители, те, кому нечего терять, и Поклонники «Серого». К помощи последних стараются не прибегать, зная, что на арене они будут убивать остальных игроков. Жители будут плохо относиться к той семье, чей родственник поменялся с Поклонником. Но одному богачу плевать, лишь бы шкуру свою спасти. За кругленькую сумму вместо него вызывается добровольцем молодой и сильный Поклонник. Доведённая до отчаяния семья отдаёт Поклонникам свой дом, чтобы они выручили их дочь. Мать могла бы сама вызваться, или отец устроить сложный обмен — оба перетрусили.
Внезапно к нам подходит женщина, чей муж накануне погиб, спасая моего отца. Их с ребёнком имена не были названы. В чём дело?! О-о, нет! Она просит заменить друга её мужа, того долговязого лесоруба. Её любовник?! «Серый» хочет убить его за распутство?! Какая разница! Да уж, то-то у мамы вчера было плохое предчувствие, и она попыталась сразу выкупить долг.
Бабушка спешно уходит к памятнику узнать, не поменяется ли с ней кто-нибудь, возвращается в слезах. Никого не нашлось, кроме Поклонников, а они не вариант. На сцене их уже трое, двое вызвались за деньги, третьего напрямую отобрал «Серый». Если будет четвёртый, то их банда прикончит на арене многих игроков.
Из динамиков раздаётся предупредительный сигнал. Осталось пять минут, чтобы занять место. Мы растерянно смотрим друг на друга. У Одри и Ханы начинается истерика. Мама успокаивает сестёр. Эйден хмурится, поджимает губы. Отец, ничего не говоря, поковылял на костылях к сцене. Мама смотрит ему в след и не может сдержать горького рыдания. Девочки брыкаются в её руках, стремясь вырваться и остановить отца.
— Не ходи! Не ходи! — жалобно кричат Одри и Хана.
Эйден вдруг срывается с места. Я бегу за ним, опередив его, первым догоняю отца.
— Я пойду! — задыхаясь от волнения, говорю я. Адреналин струится по венам. Паническое состояние.
У мамы может случиться выкидыш, если она увидит, как отца убивают. А Эйден скоро создаст семью. Нет, уж лучше я. Всё равно попаду на арену стариком или в зрелом возрасте. Сейчас у меня хотя бы есть шанс выиграть, и он гораздо больше, чем у отца с его раной, которая не заживёт до игр. Молодых и сильных отобралось с
