окончания эпохи классики). Человеку, являющемуся частью цивилизации, где огромную роль играют сиюминутные влияния и где ему некогда задумываться и планировать свои действия, необходимо всегда оставаться начеку и быть активным, и он с легкостью становится гордым и раздражительным, что очень хорошо заметно по современным жителям Греции. Северяне, возможно преувеличивающие контраст, склонны считать греков непостоянными и безответственными. Кто-то может усомниться в том, что греки в целом менее рациональны, но климат действительно влияет на ритм жизни и формирование идиом, и нам следует это учитывать.
Глава 2
Микенская цивилизация
В доисторическую эпоху Греция прошла через период палеолита (относящиеся к нему находки стали делать только недавно) и долгий период неолита, знания о котором также недавно стали значительно расширяться. Следующий за ними бронзовый век ученые разделили, основываясь на типах керамики, на три основных этапа, получившие для материковой Греции названия раннеэлладского, среднеэлладского и позднеэлладского периодов, причем каждый из них подразделяется на фазы, число которых может разниться[1]. Среднеэлладский период начался около 1900 г. до н. э. и завершился после 1600 г. до н. э., когда начался позднеэлладский, который еще называют микенской цивилизацией в честь знаменитого укрепленного города, где были обнаружены относящиеся к нему артефакты. Около 1200 г. до н. э. эта цивилизация пережила ряд серьезных потрясений и скатилась в «темные века», для которых характерна утрата письменности, но на которые пришлось начало железного века. Для выделения его ранних фаз, протогеометрической и геометрической, опять же использовались типы керамики.
Анализ археологических данных и их включение в исторический контекст – занятие крайне сложное и спорное. На протяжении этого продолжительного промежутка времени имело место множество приходов и уходов, завоеваний и переселений. Значительный прорыв, произошедший в конце бронзового века, прекрасно фиксируется и датируется, так как переселявшиеся народы пытались пробиться из Европы в Египет и были отброшены назад Рамсесом III около 1190 г. до н. э. Мы можем быть уверены, что подобные передвижения имели место и раньше. Однако важные изменения в культуре, позволившие археологам разделить бронзовый век на этапы, не всегда происходят в результате переселений или завоеваний. Наоборот, завоевание может не приводить к каким-либо сдвигам в культуре. Изучая регионы, где ярко проявились такие симптомы, как уход из старых поселений или их уничтожение, новые стили в архитектуре или одежде, изменение погребального обряда и т. д., можно прийти к вполне логичному выводу о смене значительной части населения, вероятно произошедшей в результате применения силы. Даже если это так, не стоит забывать про население, обитавшее в этих местностях ранее, которое скорее могло попасть в подчиненное положение, чем быть уничтожено или поголовно изгнано. Соответственно, в более поздние периоды оно вполне могло снова дать о себе знать или сделать существенный вклад в развитие данного региона.
Говоря о памятниках, на которых находят только вещи, способные с легкостью пережить несколько столетий под землей, например керамику, такую хрупкую, но которую практически невозможно полностью уничтожить и которая может привлекать к себе несоразмерное ее значению внимание, следует быть крайне осторожным. Какие-то выводы можно сделать, изучив планировку древних поселений и их укреплений или из самого факта отсутствия вокруг них стен, погребальный обряд и сохранившиеся до нашего времени артефакты. Благодаря усовершенствованию методики археологических исследований мы со все возрастающей уверенностью можем устанавливать сходства, различия и связи. Однако до тех пор, пока в нашем распоряжении не появятся письменные источники, созданные представителями народа, строившего эти поселения и использовавшего те или иные предметы, мы не будем знать многие вещи об их мышлении и социальных институтах. При отсутствии других источников ученым всегда будет хотеться делать далеко идущие выводы, основываясь на особенностях орнаментации керамики. Но, изучая периоды, от которых до нашего времени сохранилось больше источников разных категорий, мы далеко не всегда находим связь между орнаментацией керамики и изменениями в других видах искусства, не говоря уже о соотношениях с общественным и политическим устройством.
Древние языки также играют важную роль. Древнегреческий принадлежит к индоевропейской языковой семье, но в рамках той ее ветви, к которой он относится, между языками нет тесной связи. Он содержит довольно большое количество слов, которые мы можем отнести к числу иноземных заимствований. Многие из них, несомненно, греки почерпнули из языков, на которых говорили их предшественники. Особенно активно заимствуются топонимы. Так, в Англии до сих пор сохранилось множество кельтских названий, а в Северной Америке – индейских. Однако сохранившиеся с древних времен слова, в отличие от археологических находок, нельзя классифицировать и датировать, да и определить, сколько новоприбывших нужно в каждом конкретном случае для того, чтобы завоеванное ими население заговорило на новом языке, совсем не легко. В самой Греции существовало множество диалектов, хотя они разнились не настолько, чтобы не позволять жителям одной области понимать обитателей другой. Различия между этими диалектами и их распространение могут быть важным ключом к пониманию ранней истории говоривших на них людей, если, конечно, не забывать, что процессы складывания этих диалектов и взаимодействия между ними продолжались и в дальнейшем, а границы между диалектами были довольно изменчивы. В частности, предположение тех, кто рассуждает о первом появлении греков на полуострове, о том, что каждый диалект принадлежал отдельной компактной группе поселенцев, в корне неверно. Недавно ученые начали сомневаться, существовал ли древнегреческий язык тогда в том виде, в котором мы могли бы его узнать, и не сложился ли он только после того, как захватчики, говорившие на индоевропейском языке, ассимилировались с местным населением.
Другая группа проблем связана с устной традицией. Древние греки рассказывали множество историй о своих героических предках, и у нас нет сомнений, что в том или ином виде эти предания сохранились еще со времени существования микенской цивилизации и, пережив бесписьменную эпоху, были унаследованы эллинами более позднего времени, уже обладавшими письменностью. Греки, передававшие из поколения в поколение эти рассказы, очень трепетно относились ко всем деталям и подробностям, особенно связанным с именами и родословными. Но имеющиеся в нашем распоряжении аналогии, которых довольно много, свидетельствуют, что эти данные полезны для историков лишь в том случае, если они совпадают с содержащимися в других источниках, в том числе относящихся к иным типам. Все эти рассказы так или иначе связаны с двумя событиями – разрушением Фив и осадой Трои. Период, в который происходили эти события, представляет собой «эпоху героев» Греции. В средневековом эпосе Западной Европы подобную роль играют времена, когда жили Теодорих и Карл Великий. Историческая составляющая в поэтических произведениях, восхваляющих «эпоху героев», отсутствует, ибо задача поэта заключалась в том, чтобы доставить
