шум военного лагеря не могли нарушить его покой, а здесь было сухо и тепло, и чистые льняные простыни приятно холодили тело.
Он проснулся, услышав где-то в отдалении грохот и смачную ругань мастера. Что-то тёплое давило ему на ноги и, приподнявшись, он увидел большого лиса, свернувшегося в белое пушистое кольцо.
— Конечно, он не спит в чужой постели, — проворчал Марк. — И зачем было требовать отдельную кровать, если всё равно залез ко мне?
Он высвободил ноги и, накрыв лиса одеялом, поднялся. Подойдя к окну, он с удовольствием вдохнул свежий воздух, пахнущий лесом, и какое-то время смотрел, как свет играет на колышущейся от ветерка листве. Где-то совсем близко пел дрозд, а над кустами дикого шиповника, гудя, кружились шмели. Он невольно улыбнулся, поняв, что ему нравится здесь, и он рад, что у него теперь есть этот дом, куда он сможет вскоре привезти жену и обоих сыновей. Маленькая терраса была уютной, на глади пруда вслед за лёгкой рябью скользили сорвавшиеся с деревьев зелёные листочки. И ему захотелось сесть на балюстраду и бесконечно смотреть на этот тихий уголок, не отвлекаясь на жуткие ритуальные убийства.
Но вскоре он услышал за спиной звук шагов и, обернувшись, увидел Ксавье. Управляющий поклонился и спросил, может ли он накрывать стол к завтраку. Ещё раз окинув взглядом умиротворяющую картину, открывавшуюся с террасы, Марк кивнул и отправился будить Джин Хо.
Лис не выспался и за завтраком без конца ныл, жаловался на шум, который не давал ему спать, на то, что он замёрз, и ему было одиноко, и вообще, лисам нужно больше сна, чем людям, потому будить его в такую рань жестоко и бесчеловечно. При этом он не забывал таскать куски пожирнее со всех тарелок и, наевшись, наконец, закончил свой обычный утренний монолог, на которые Марк уже давно перестал обращать внимание.
Маркиз Вайолет обустроил свой кабинет на первом этаже строящегося королевского дворца. Это просторное помещение с золотистыми каменными стенами и большими окнами напоминало военный штаб. Помимо массивного письменного стола здесь был ещё один, круглый и широкий, как поле битвы, заваленный пачками счетов, ведомостей и докладных записок, а также свёрнутыми в рулоны и разложенными поверх других бумаг картами, схемами и эскизами. В кабинет постоянно входили клерки, похожие на адъютантов, они приносили какие-то папки, письма на подпись или просто сообщали прево Лурдеса новости, связанные со строительством. Пробыв в кабинете лишь несколько минут, Марк понял, что именно сюда стекаются все сведения о происходящем в городе, и маркиз Вайолет, который никогда не блистал талантом полководца на поле брани, здесь чувствует себя как опытный военачальник, держа всё под своим контролем, чётко и быстро реагируя на любые изменения ситуации и отдавая лаконичные приказы своим подчиненным.
Впрочем, он без колебаний оторвался от своих дел ради разговора с посланцем короля и, велев своему секретарю подождать за дверью, указал гостю на стул возле письменного стола.
— Простите, что принимаю вас так скромно, — проговорил он, отложив в сторону какой-то чертёж. — Мы здесь живём едва не в походных условиях. Обещаю, что в самое ближайшее время приглашу вас на ужин, а пока… — он развёл руками, заодно указывая на кучи скопившихся перед ним бумаг.
— Не нужно церемоний, — успокоил его Марк, присев к столу. — Я здесь лишь для того, чтоб посмотреть, как идёт строительство моего дома и дворца моего деда. Так что это не более чем визит вежливости, по крайней мере, официально. Я уже понял, что вы всеми силами стараетесь скрыть от посторонних свои подозрения относительно случившихся в городе трагедий. Это разумно. И всё же вы направили доклад королю, и он просил меня разобраться, что здесь происходит, хотя я, как и вы, не заинтересован в том, чтоб здесь началась паника.
— Если честно, я рад, что вы приехали, господин граф, — признался маркиз, — и что приехали по этому делу именно вы. Вам всегда удаётся распутывать такие дела, а у меня всего лишь цепь подозрений, разбираться с которыми у меня нет ни времени, ни способностей. У нас здесь нет полиции, хоть я и создал гарнизон и отряды стражи, следящей за порядком. Владельцы участков и гильдии нанимают сторожей, и даже сыщиков, и до недавнего времени эти люди справлялись со всеми возникающими проблемами. Однако теперь всё иначе. По городу ползут слухи, а убийства, да ещё такие необычные — это не кражи и нападения.
— В своём докладе королю вы писали, что подозреваете, что кто-то намеренно устраивает диверсии, стремясь помешать строительству Лурдеса. На чём основано ваше мнение?
— Мы постарались списать все эти странности на стихийные бедствия и несчастные случаи, но на самом деле мне доподлинно известно, что всё это было кем-то подстроено, — сообщил маркиз и подозрительно покосился на Джин Хо, который стоял у стола, разглядывая план дворца. — Прежде всего, то подтопление лагеря рабочих, которое произошло в самом начале. Мы поставили палатки для рабочих неподалёку от ручья, чтоб было удобно набирать воду, но вскоре ручей иссяк. Мы не придали этому значения, но позже выяснилось, что вверх по течению, на склоне горы была устроена запруда и, когда там скопилось много воды, кто-то взорвал её с помощью пороха. Взрыв был намеренно произведён ночью, видимо, чтоб увеличить ущерб и количество жертв, но именно он и разбудил людей. Они выбежали из шатров, чтоб посмотреть, что случилось, и когда сверху хлынула вода, успели спасти часть имущества и отойти на безопасное расстояние. К тому же нам повезло, что там по краю лагеря проходила впадина, которая сдержала воду и направила её в обход. Я сам потом осмотрел место взорванной запруды и нашёл там сломанные кирки, обрывки просмоленной верёвки и остатки бруствера из сложенных камней. Потом произошёл пожар на складе у алкорцев. Граф Ангрен после этого повёл себя довольно холодно со мной, но позже выяснилось, что он заподозрил нас в диверсии. Он сказал, что пожар начался сразу в нескольких местах, и на земле возле стен остались следы чёрного масла. Затем точно такие же следы мы находили на местах пожаров, горели в основном деревянные постройки и бараки рабочих. Были жертвы, и я был вынужден просить о помощи магистра Ордена святой Лурдес. Кавалер Мартен прислал сюда своих людей: виконта Монтре и несколько рыцарей и служек, а также пять молодых лекарей, недавно закончивших ученичество. Я воспринял их появление с некой долей скептицизма, но очень скоро понял, что судил предвзято. Виконт быстро организовал команды рабочих, которые в любой
