Читаем без скачивания Проклятие вождя - Уоррен Мерфи

– Вот сукин сын, – заорал алкаш, с трудом выговаривая слова. – Делают черт-те как! А мою можешь открыть?

Надавив двумя пальцами на замок, Римо открыл и вторую камеру. Алкаш свесил было ноги с кровати, но увидев, что придется сделать по меньшей мере три шага до двери, чтобы сбежать, решил отложить это дело на потом. Он поблагодарил благородного незнакомца и впал в прострацию.

Тут в коридор заглянул надзиратель и, увидев, что происходит, захлопнул железную дверь, ведущую наружу. Он как раз пытался ее запереть, когда дверь обрушилась на него, словно с той стороны ее протаранил тяжелый танк. Перешагнув через тюремщика, Римо двинулся дальше, пока не нашел еще одну дверь. Она вела в полицейский участок. Сидевший там детектив в ужасе поднял глаза.

– Мне не понравилось, как вы меня разместили, – заявил ему Римо и исчез в очередном коридоре до того, как полицейский сообразил схватиться за пистолет. Там Римо перешел на шаг и спросил у полицейского, заполнявшего протокол, где здесь выход. Когда он выходил из здания, кто-то крикнул: «Побег!»

Нэгз-Хед был не из тех городов, где можно затеряться в толпе, поэтому Римо предпочел задние дворы с высокими пальмами, стараясь слиться с зеленью и песчаным ландшафтом, озаренным кроваво-красным послеполуденным солнцем.

Тем временем в мотеле Чиун наблюдал, как кремовые пенящиеся буруны Атлантического океана накатывают на бесконечный песчаный пляж, растекаются по песку, а затем отступают назад, чтобы снова вернуться в виде бело-зеленой волны.

– Надо бежать, – бросил Римо.

– От кого? – удивленно спросил Чиун.

– От местной полиции. Нам надо возвращаться в Фолкрофт.

– Бежать от полиции? Но разве она не подчиняется императору Смиту?

– Не вполне так. Все гораздо сложнее.

– В таком случае чем же он управляет?

– Нашей организацией.

– Выходит, организация не имеет влияния на полицию?

– И да, и нет. По крайней мере, сейчас – нет. Боюсь, он в беде.

– Он напоминает мне самаркандского эмира, который так боялся проявить слабость, что не доверял даже собственному наемному убийце, который, конечно же, был Мастером Синанджу. Когда судьба отвернулась от эмира, Мастер был бессилен ему помочь. Точно так же происходит с императором Смитом. Мы сделали все, что могли, и больше ничем не можем ему помочь.

– Но он попал в беду!

– Это потому, что недостаточно доверял тебе. И мы больше за это никакой ответственности не несем. Ты сделал все, что в твоих силах для этого глупца, и теперь должен предложить свой талант тому, кто в состоянии его оценить. Я всегда считал, что использовать учение Синанджу для службы этому человеку было пустой тратой сил.

– Папочка, есть вещи, которые ты не можешь мне объяснить, – задумчиво произнес Римо, – но есть и то, чего я не могу объяснить тебе.

– Это потому что ты ограниченный человек, Римо. Но я-то не глуп.

Римо кинул взгляд на огромные лакированные сундуки.

– У нас нет времени на долгие сборы, так что придется забрать их чуть позже.

– Я не собираюсь жертвовать моими скромными пожитками, чтобы очертя голову бросаться на помощь недостойному императору, который не доверял Дому Синанджу.

– Извини, – сказал Римо. – Тогда мне придется уйти одному.

– Неужели ты покинешь кроткого, скромного старичка, смиренно доживающего свои последние годы?

– Какое смиренно? Какие последние годы? Какой кроткий старичок? Ты – самый опасный наемный убийца в мире!

– Я гарантирую честную службу за честное и адекватное вознаграждение.

– Прощай, – сказал Римо. – Увидимся позже.

Чиун отвернулся.

Глава 3

Зная, что на всех дорогах будут установлены полицейские посты и по всему штату будет объявлен розыск, Римо решил выбраться из Южной Каролины на проезжавшем мимо трейлере.

Он расположился между телевизорами фирмы «Кромаколор» и саморазмораживающимися холодильниками – в кузове трейлера было темно, как в пещере. Из кабины трейлера не долетало ни звука, и водитель с напарником тоже не слышали, как к ним подсел непрошеный пассажир. Когда Римо выберется из штата, на него вряд ли кто-нибудь, обратит внимание. К большому сожалению, скрывающихся преступников в наши дни могут поймать лишь в том случае, если они расскажут кому-нибудь о своем прошлом или будут взяты с поличным при совершении очередного тяжкого преступления, и их «пальчики» будут обнаружены в вашингтонских досье ФБР.

Так что стоит ему оказаться в Северной Каролине, и все будет хорошо.

Римо слушал, как коробки со всевозможным оборудованием трутся о стягивающие их металлические крепления. С организацией, должно быть, совсем плохо, если его не могут вытащить даже из обычной тюремной камеры.

А этот безумный телефонный звонок ему в мотель по открытой линии! Голос, без сомнения, принадлежал Смитти, который никогда не пошел бы на такое, будь у него другой выход.

А может и хорошо, что организация разваливается. Что ей удалось сделать? Временно замедлить перераспределение голосов между партиями? Но оно все равно так или иначе произойдет. Может, действительно, историю невозможно изменить? Как любит повторять Чиун: «Это величайшая сила – знать, чего ты не можешь».

Наконец трейлер остановился, и Римо услышал, как шоферы обсуждают проблему, где бы перекусить. Тогда он незаметно выскользнул из трейлера и оказался на окраине большого города.

Был поздний вечер, и резкий запах жирного жареного мяса был так силен, словно его выпустили из флакона с аэрозолем. Римо находился возле большой столовой, от которой как раз отъезжало такси. На дверце машины красовалась надпись: «Рэли, Северная Каролина».

– В аэропорт, – скомандовал Римо, и через двадцать минут был уже в аэропорту, а еще через час – на борту самолета, выполняющего рейс в Нью-Йорк.

Там, в Ла-Гардии, Римо взял такси и в три часа утра уже подъезжал к высоким каменным стенам санатория «Фолкрофт» в Рае, Нью-Йорк.

В предрассветном сумраке односторонние окна директорского кабинета, выходящие на Лонг-Айлендский пролив, производили впечатление огромных пустынных площадей. Там горел свет. Въезд на территорию не охранялся. Вход в главное здание был открыт. В несколько прыжков преодолев темный лестничный пролет, Римо прошел по коридору и оказался перед массивной деревянной дверью. Даже в темноте он различил солидную надпись, сделанную золотыми буквами: «Доктор Харольд В. Смит, директор».

Дверь была не заперта. За ней находилось помещение с большим количеством столов – днем там работали секретари и референты Смита. Из кабинета Смита доносился знакомый высокий голосок, который обещал всемерную поддержку в эти трудные для организации времена и возносил хвалы императору Смиту за мудрость, смелость и щедрость. И еще обещал устроить кровавую баню его врагам.

Это был Чиун.

– Как тебе удалось так быстро сюда добраться? – спросил Римо по-корейски.

Пальцы Чиуна с длинными ногтями замерли посередине выразительного жеста. Смит сидел за большим, хорошо отполированным столом; его бесстрастное лицо было чисто выбрито. На нем был темный костюм-тройка, новый галстук и безупречная белая рубашка.

Три часа ночи. У этого человека крупные неприятности, а он выглядит так, будто всего лишь решил сделать перерыв в работе, чтобы выпить чашечку кофе в офисе на Уолл-стрит. Наверное, в детстве он был единственным ребенком, научившимся проситься на горшок уже в первую неделю жизни. Римо не мог припомнить случая, чтобы складка на брюках Смита не была бы аккуратно отутюжена.

– Неважно, как я сюда попал. Просто я должен спасти тебя от этого идиота-императора и оградить от его неприятностей, – так же по-корейски ответил Чиун.

– А как же твои чемоданы?

– Я гораздо больше вложил в тебя. Десять лет тяжелейшего труда – и хотя бы на грош отдачи за тот величайший дар, который я вручил тебе. Я не могу позволить тебе вот так просто уйти, унося мои капиталовложения.

– Если мне будет позволено вмешаться, – перебил их Смит, – то должен буду заметить, что нам предстоит обсудить важные дела. А я не понимаю по-корейски.

– На самом деле Римо тоже не все понимает, – по-английски заметил Чиун. – Нам просто надо обсудить некоторые вопросы, чтобы выработать план действий, как лучше вам служить.

– Спасибо, – поблагодарил Смит. – Римо, боюсь, у меня для вас неприятные новости. Мы не просто в беде. К сожалению, мне придется...

– Приостановить деятельность по многим направлениям, – договорил за него Римо.

– Дай ему закончить, – прорычал Чиун.

– Приостановить деятельность по многим направлениям, – сказал Смит.

– Вот видишь, – обратился Чиун к Римо. – Теперь ты все знаешь.

– Мы фактически бездействуем, – продолжал Смит. – Конечно, мы прекрасно могли бы пережить это никчемное расследование деятельности ЦРУ и ФБР, к которым мы подключили наши компьютеры, о чем они даже не догадывались. Но после этого злодейского убийства конгрессмена следователи принялись всюду совать свой нос и случайно наткнулись на несколько наших линий. Тогда я позвонил вам – в открытую, рассчитывая, что вы не станете прибегать к специальным телефонным номерам.