— Ты смотрел на меня так потешно, — сказала она. — Опять мой носик в чем-то испачкан?
— Не сейчас, — улыбнувшись, ответил Гриффен. — Я пытался понять: если в такую малышку влезает столько еды, то почему нет ни грамма лишнего веса?
— Я человек с высокой энергетикой, все лишние калории сжигаются, — ответила она, небрежно махнув вилкой с изрядным куском омара. — Знаешь, что-то вроде колибри. Если не буду ежедневно съедать по двойному весу тела, просто сморщусь и умру.
— Да уж, конечно, — усмехнулся Гриффен, наблюдая, как омар исчезает в пучине крохотного рта.
— Мало ешь, — заметила она, победно извлекая из-под панциря очередной кусочек омара. — Что-то тревожит?
— Абсолютно ничего, если не считать, что нет ни работы, ни ближайших планов на будущее, — скривился Гриффен.
— Я же говорила тебе — не волнуйся, — пожурила Май, окуная добычу в чашку с топленым маслом. — Уверена, мой папуля что-нибудь да подберет. У него навалом всяких фирм, где работают мириады людей. Если сам не пристроит твои таланты, то просто обязан знать того, кто это сделает.
— И что это за таланты, скажите на милость?
— Не знаю. Может, он сумеет устроить тебя мужчиной-гейшей для скучающих домохозяек, — ответила она и непристойно подмигнула.
Гриффен громко рассмеялся.
— Ладно, сдаюсь. Твоя взяла. — Он поднял руки. — Рядом с тобой невозможно хандрить. Расскажи мне об отце. Что он собой представляет, в общих чертах?
— Да обычный гонконгский бизнесмен, — сказала Май, снова набрасываясь на еду. — Неустанно ищет, на чем бы еще сделать деньги. Может, старомоден и консервативен, но по-прежнему знает толк в развлечениях. Во всяком случае, можешь не переживать, что папуля станет морочить тебе голову драконами.
Гриффен застыл, пристально глядя на Май.
— Ты к чему это сказала? — осторожно спросил он.
— Не ты ли уверял, что из-за этого не сможешь работать с чокнутым дядей?
— Ничего подобного. Да, ему втемяшилось, что он получеловек, существо высшей расы, но про драконов я ничего не говорил.
— Конечно, говорил, — настойчиво повторила Май. — Более того, он пытался убедить тебя, что и вы с сестрой — тоже драконы.
— Нет, — уперся Гриффен. — Если уж на то пошло, я взял себе за правило не пользоваться этим словом. Идея настолько сумасбродная, что даже думать не хочется.
— Ну и что? — пожала плечами Май. — Может, ты все так описывал, что мне представился дракон. Какая разница?
— Но почему именно это слово? — насел Гриффен. — Ведь у меня, когда я думаю о сумасшедших, не возникают тут же мысли о драконах! По крайней мере до сих пор не замечал.
— Послушан. Мы отклоняемся от темы, — твердо сказала Май. — Лучше давай-ка прямо сейчас разберемся с работой.
Она бросила на стол салфетку и встала, выуживая мобильник из наплечной сумки.
— Сейчас выйду из ресторана и позвоню папуле. Объясню ему подробно, что к чему, и он подкинет нужный вариант. Будет что торжественно отметить, а не спорить о твоем полоумном дядюшке.
Гриффен начал вежливо вставать из-за стола, но Май была уже далеко, величаво проплывая между столиками. Он снова сел и мрачно уставился на почти нетронутый обед.
Что с ним происходит? Почему он забивает себе голову подобной ерундой? Раньше ему не приходилось сталкиваться с дядей Малкольмом так близко. Ну, зациклился человек на драконах... и что? Какое это имеет значение?
И все-таки. Он был уверен, что, рассказывая Май о встрече, не упоминал о драконах. Ее обмолвка не выглядела «случайным экспромтом», как она пыталась это представить. Откуда Май знать о драконьих делах? Если только...
Гриффен покачал головой, словно пытаясь стряхнуть наваждение.
Еще раз, по новой. Он не верит в то, что наговорил ему дядя за одну минуту. Так ведь? Конечно, его смутила явная осведомленность сенатора и вера того в драконов, но сам-то он ни капельки не верит!
Что там дядя Малкольм плел про Восточных драконов? Что они сторонились Европейских собратьев и их потомков, но, были подозрения, тайно следили за деятельностью Западных драконов?
Вот, пожалуйста, глупее не придумаешь. Мифы о «желтой угрозе» канули в прошлое вместе с Фу Манчи2. И потом, Май — американка. Так же, как и Гриффен.
Он поймал себя на том, что не отрываясь смотрит в тарелку Май на растерзанного омара. Вот это действительно необычно. Уж если та взялась за вилку, то ничто не могло ее прервать... разве что ядерная атака. Но и тогда бы она попросила мешочек, чтобы забрать домой остатки трапезы. Правда, когда он начал допытываться у нее о драконьих...
Внезапно Гриффена охватило беспокойство. Он встал из-за стола и пошел на розыски партнерши.
Однако по дороге его перехватил официант.
— Чем могу быть полезен, сэр?
Гриффен вдруг понял, что со стороны все выглядит так, будто он пытается слинять, не расплатившись.
— Спасибо, все отлично. — Он улыбнулся. — Просто решил узнать, как там телефонный разговор моей подружки.
— Телефонный разговор?
— Да. Она вышла из ресторана, чтобы сигнал на мобильнике был получше.
Официант нахмурился.
— Хм-м... Боюсь, вы что-то недопоняли, — нерешительно сказал он. — Та девушка, с которой вы обедали, уехала. Я и сам немного удивился, ведь она не выглядела расстроенной или больной. Тем не менее я видел, как она поймала на улице такси.
ГЛАВА 5
В номере отеля, куда вернулся Гриффен, Май не оказалось. Пропали также ее сумки и одежда. По тому, как Май собиралась на прогулки раньше, он знал, что до мировых рекордов в расторопности ей далеко. Выходит, что-то очень важное заставило ее вернуться, сложить вещи и покинуть гостиницу раньше, чем он раскусит ее уловку.
Облегчения Гриффену это не принесло. Искусный, казалось бы, маневр с целью найти местечко потеплее обернулся самым кошмарным днем в его жизни.
Сначала дядя Малкольм вместо того, чтобы предложить работу, вылил на него ушат чепухи о драконах. Затем — разговор с сенатором и его телохранителями, которые ими вовсе не были. Мало того. Оказывается, его подружка Май не только знала о драконах, но и куда-то скрылась, не пожелав отвечать на вопросы.
Возможно, ему следовало отнестись к дяде Мэлу всерьез... или хотя бы слушать не вполуха.
Что же он там говорил о драконах?
Живут долго, почти не болеют, легко залечивают раны. Значит, если что, он мог спокойно напасть на охранников? Вряд ли. Иммунитет и неуязвимость — разные вещи. И потом. Что, если они сами драконы? Такая схватка добром не кончится.
Гриффен прервал ход мысли. Никак, готов принять иллюзии Малкольма за чистую монету? Или выбор столь невелик, что впору отчаяться? Он уже сомневался, мягко упрекая себя за то, что напугал подружку. Да и кто не сбежит после такой беседы!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
