вас вашу слабость — чувства к девушке, которой вы дорожите. По сюжету той книги, из-за которой я сюда и попала, Рихт заставит вас с принцессой Амандой оказаться в беде, вы попытаетесь защитить Аманду, однако вас ранят и по итогу… — она нахмурилась, но быстро взяла себя в руки, — по итогу убьют. Это и выпустит Нагату на волю.
От злости из-за услышанных слов Китран не только потерял фокусировку и показал свои змеиные глаза Рине, но и сжал руки так крепко, что сам себя ногтями до крови ранил.
«И все-таки Китран руки не бережет», — поняла Рина.
— Герцог Китран, успокойтесь, Ее Высочеству Аманде никто не навредит! — она тут же положила поверх его сжатых в кулаки рук свои пальцы. — Если сейчас мы убедим Рихта, что теперь ваша возлюбленная — это Эйрена, то он не станет использовать принцессу, которой и сам дорожит.
Разум Китрана снова прояснился, а на сердце Рины сразу же отлегло.
«Вот что, скажите на милость, я бы делала, обратись Китран сейчас Нагатой из-за приступа гнева?! Не удивлюсь, если автор напутал и позже окажется, что Китран обратился Нагатой не из-за своей смерти, а из-за злости, что кто-то обидел Аманду!»
Китран снова обдумал сказанные Риной слова, после чего усмехнулся.
Он спросил:
— Ты же так сильно хочешь жить, так почему подставляешься? — теперь в его голосе не было слышно былого смешка. — Как-то легко ты решилась на помолвку, которая тебя может убить, Рина. Или… может, ты и правда хочешь стать невестой демона? — он наклонился ниже, но Рина не смутилась, как это было раньше, когда Китран притворялся священником.
— Я делаю это не потому, что влюблена в вас. Я не желаю заполучить каплю вашего внимания, богатства, власти или чего-то подобного. Я хочу жить, господин Китран. И если ради своего выживания мне придется на время сыграть с вами парочку, то я готова. К тому же, между нами уже заключена клятва, а значит, если Рихт нападет на меня, вы не дадите мне умереть глупой смертью. Вы ведь и сами знаете, у меня нет никаких магических сил. Без вас мне не выжить в мире, где что угодно меня убьет за секунду.
— А не пожалеешь? Я ведь знаю все твои слабости, Рина. Мне достаточно тебя здесь заточить и держать. Пока ты в замке, вряд ли кто решится тебя похитить, убить или попросту ранить. Не боишься стать игрушкой демона?
Рина вздохнула.
— Господин, мне прекрасно известно, что вы не заинтересованы на мой счет. Я вам не ровня, и вы и впрямь видите во мне только назойливое насекомое, как уже говорила моя маленькая сестра. Так что, честное слово, я буду знать свое место.
Любовь, единственный интерес и слабость Китрана — это Аманда. Рине это известно. Только что он так при ее упоминании разозлился, что чуть Нагатой не стал.
— Ты считаешь, что знаешь меня лучше всех, потому что читала какую-то книжку? Рина, не дай себя обмануть клочку бумаги, испачканному чернилами, — Китран поднялся со стула и взял в руки магический шар. — Сейчас меня уже ждут дела, поэтому к этому разговору мы вернемся позднее. У тебя еще есть время немного о своей жизни поразмышлять, поэтому, если захочешь, мы сделаем вид, что никакого разговора о помолвке никогда не было.
Китран направился к выходу, бормоча про себя: «Помолвка с Эйреной? Ну и какой дурак на это купится…»
Он запер дверь, а Рина грозно сощурилась.
— Вообще-то то был веб-роман, никто бумагу той рукописью не пачкал!
Она схватила со стола яблоко и укусила его так же сильно, как Китран не так давно ее бедный палец.
«Почему этот змееныш только что сказал мне подумать? Что его не устраивает в фиктивной помолвке? Он же и раньше так делал!»
Рина вернулась к кровати и снова легла на нее. Что ж, в любом случае они хотя бы уже дали клятву, что не станут друг другу вредить, а значит, жизнь станет хоть чуточку легче.
Она пока еще не знала, что жизнь эта клятва нисколько не упростит.
— 4 — Эта дверь не открывается
Когда Бин снова пришел, Рина запросила у мальчика побольше листов бумаги и пишущее перо. Она поняла: Китран деловой человек, он как-никак герцог, поэтому обсуждение дел на словах может вызвать у него сомнения в серьезности чужих намерений.
Рина неправильно себя повела, когда решила сделать ему устное «предложение». Она приняла свою ошибку и все осознала, поэтому, чтобы показать всю мощь, вес и серьезность своих намерений, решила, что составит полноценный контракт!
Чтобы герцог наконец убедился, что всем выгодно состоять в этих на первый взгляд сомнительных отношениях, она попытается разложить в контракте причины, по которым нужно его заключать. Вот только… с чего ей начать? В книгах примеры контрактов никто не прикладывал!
«Так, ладно, начнем с выяснения всех причинно-следственных связей», — заключила она.
Для чего нужна помолвка с бесполезной Риной великому герцогу?
Что ж, для начала, помолвка и договор о сотрудничестве — это гарантия того, что Рина встанет на сторону Китрана, а значит, он может начать ей хоть чуть-чуть, но доверить (хотя бы на один процент больше). Ведь если они заключат договор, то Китран получит поддержку от той, кто знает сюжет книги! Из этого вытекает второй важный пункт: Рихт больше не заставит Китрана оказаться в ситуации, в которой ему нужно будет выбирать между собственной смертью или смертью Аманды. Рина же заменит ее!
К тому же, живая Эйрена Де Клифф сможет обелить образ Китрана у жителей королевства. Когда она заявит во всеуслышание, что влюблена в демона, люди сразу поймут, почему она пропала и бросила все дела.
Звучало все написанное довольно-таки убедительно, вот только во второй раз перечитав все выписанные причины помолвки, Рина наконец осознала, как ошиблась, когда решила сама написать договор. У нее не было навыков, как и минимальных знаний юриста. Пришлось все выдумывать на ходу: сначала она попыталась изменить формулировки, потом прописала все от лица некой стороны А и стороны Б, под конец и вовсе начала выдумывать ерунду из разряда «Сторона Б обязуется давать стороне А погулять хотя бы часок в день на улице». Все-таки контракт выходил очень странным.
В конечном счете, долгие попытки накалякать читабельный текст ни к чему пленницу не привели, разве что к растрате бумаги: уже ближе к полуночи Рина исчерпала всю принесенные Бином чистенькие листочки.
— Ну и где найти еще бумаги? — спросила она
