От состояния безнадежности я перестала реагировать на внешние раздражители. Даже работа стала для меня постылой обязанностью. Надеяться на то, что кто-то придет на помощь, было глупо и неосмотрительно. Писать не хотелось. Кому? Зачем? Апатия.
– Нууу, не пропадать же добру… чего-нибудь и донесут… в мир – продолжала я цепляться за необходимость моей глупости.
Теперь Фрейд раздражен уже на меня и мою апатию, но он прекрасно понимает, что все эти призывы-заклинания «встань, соберись», здесь не работают.
– Да-да, донесут… – иронизирует он.
– Покурим?
– А что еще остается?
– Остается ждать, когда организм затянет, заштопает предательство. Он может вытеснить его. А может рационализировать… Не надо наделять людей альтруистическими позывами там, где их нет и в помине. Это твое право, конечно. Но… тебе ведь известен итог? Старо как мир.
Я посмотрела на Фрейда, ожидая, что он плюнет в сердцах на свежевымытый пол… обошлось. Поймав мой взгляд, он сначала усмехнулся, а потом не в силах сдержаться, просто расхохотался.
– Фи, Фрау, я не так воспитан. Моя матушка придирчиво следила за моим воспитанием и образованием.
– Что ж вы правы… вероятно…
– Вероятно? – Фрейд постучал пальцем о книжку собственного сочинения – Продолжаешь отрицать? Скажи, ради чего ты все это переживала, пропускала через себя, исследовала, испытывала? Чтобы кто-то переврал ради успеха, славы, денег?
Фрейд, хоть и слывет воспитанным и обходительным господином, но все же никогда не пренебрегает провокацией. Это его конек.
– И перестань уже верить во всю эту конспирологию и шпиономанию. Есть люди. Да-да, все те же люди, сколько их не зови на ужин, на встречу… не приходят. Им не досуг преломлять с тобой твою дерзопись. Им некогда оказывать тебе помощь. У них иные цели и задачи… Ты ухнула все свои идеи в бездну. Ты ожидала другого результата? Что бездна разверзнет свою пасть и радостно откликнется: «Я мыслю. Я сопереживаю»? Тебе же сказали: «Хватит вглядываться в бездну» Последуй этому мудрому совету. Мне интересно, задашь ли ты им этот сакраментальный вопрос: «Где вы были, когда мне нужна была помощь, поддержка, опора?»
– Нет, пожалуй… Зачем? Мы молча курим.
– Я знаю о чем ты думаешь – прерывает молчание Фрейд. – Ты опять задаешься все тем же вопросом. Ради кого тогда писать? Кому? Тем, кто не способен отдавать? Сочувствовать? Помогать? Слышать? Тем, у кого нет воли? А если среди них есть другие? Подумай. Человек десять точно будет… среди трехсот, которые читали. А если читающих будет больше…
– …То по теории вероятности и людей, способных отдавать больше…
Фрейд откланивается. А я опять остаюсь один на один со своими мыслями и образами. Верно, придется садиться за писанину, рационализировать… потихонечку… полегонечку… Предательство есть наихудшая форма лжи, с которой может столкнуться человек. Случается, ты натыкаешься на людей, которые произносят «доверяй» и еще «й» не успело слететь с их языка, как тебя уже предали. Иначе пришлось бы брать на себя какие-то обязаааательства, лишняя забота. Куда как проще их не иметь. Без глубоких отношений. Ибо, нынче не модно отдавать. Только брать. Весь мир остался без глаз. Так просто. У вас оказались разные представления о словах и их значении.
Знаешь, почему нет заповеди «не предай»? Только испытав в полной мере на своей шкуре, я поняла. Предательство волей-неволей заставляет человека закрываться, отдергивать все связи, оно исключает его из мира. Это рефлекторная реакция. Вы же отдергиваете руку, когда обжигаетесь? Предательство тождественно убийству.
Мне грех жаловаться, я испытала то, что абсолютно не укладывается в рамки существующих представлений о мире. И, увы, не уложилось в рамки земного мира. Все бы было… счастье, беззаботные прогулки по берегу моря, если бы люди не выбирали так же придирчиво, как на рынке. Этот сломан, этот стар, этот невротик… Счастья не случилось. Все ушло в книгу, в стихи…
Можно сказать, у меня все сбылось. На небе. А на Земле… здесь другая воля… страхи… инстинкты… Дело не в том хорошее мне чудо подсунули или плохое. Важно, что мы с ним сделали… Чем были готовы поступиться ради сохранения чуда в себе и для себя.
Несмотря на все пережитое, Дорогой Читатель, я должна тебе сказать, что любовь единственное чувство, которое позволяет нам не замечать недостатки других людей.
Какое упущение в прагматичном мире, не правда ли? Не правда. То же чувство способно сделать нас счастливыми, а значит сломанное – срастается, невротик забывает о своих проблемах, а старость откладывается. Таково терапевтическое действо счастья.
А что есть на свете такого, чего бы не мог сделать счастливый человек, для своего родного и близкого? Горы свернуть – легко, да хоть луну с неба.
Любовь в некотором смысле – наши надежды, вложенные в другого человека, часть души. Сбудутся они или нет – зависит от двоих. Сумеют ли они простить друг друга, поддержат ли в трудную минуту? Поймут ли? А уж понимание, в свою очередь невозможно без доверия, веры. Чувствуешь, какой треугольник вырисовывается, Дорогой Читатель?
Может статься, этот мир до сих пор не канул в бездну только благодаря этим трем вечным ценностям. Убивая эти ценности в себе, ты уменьшаешь шансы этого мира на жизнь. Хотя, буду откровенна, возможно, повышаешь свои… на существование. Комфортное, сытое су-ще-ство-ва-ни-е, в обнимку с инстом.
И тогда, не наверняка, конечно, но вероятно, если упадешь, будет ли кому поднять тебя? Терпеть все недостатки и несносное поведение мы готовы только в близких нам людях, в тех, кто нам нравится. Замечал?
Эскалатор
Лестница эволюции занесла нас на середину пути, где-то между богами и животными. С тех пор и мечемся мы между этими двумя ипостасями, пытаясь осознать. То Богу свеча (если нам удается разглядеть / почувствовать причинно-следственные связи), то черту – кочерга (если нет).
Дихотомия ожидания и реальности постоянно подкидывает человеку задачки, которые он разрешает, используя свое воображение, разум и волю. Казалось бы результат должен быть одинаковым или почти одинаковым, ибо всем понятно эволюция – хорошо, деградация – плохо. Увы. Всегда найдутся люди, чей разум спит, зато без устали работают инстинкты. Рабы инстинктов. От нормальных людей их отличает неуемная жадность и ее последствия – страх, ложь. Собственно, на этом основании и построена их картина мира. Этот факт не имел бы для развития фатальных последствий, если бы не одно но. Бывают времена, когда подобная аберрация сознания носит массовый характер.
Закономерно, что в эти периоды царствуют догматы, каноны и структурированное сознание. (Структурированное сознание – это такое особое, измененное состояние сознания, при котором у человека есть маленькое узенькое представление о мире, которое он время от времени сверяет по Канону. Он им живет, дышит и работает.)
На улице -35, что не редкость для наших краев. Тут и там наблюдаются самопроизвольные разливы воды из магистралей центрального отопления. На одну из таких аварий примчались доблестные сотрудники, призванные бороться с чрезвычайными ситуациями. Первым делом, они соорудили штаб. Раскладной стол, стулья, ноутбук и правильный флажок, все должно было сигнализировать гражданам: «мы здесь, все под контролем».
Спустя час, не отрывая взгляд от ноутбука, один из них подзывает работягу из другого ведомства, который пытается устранить аварию, и грозно спрашивает:
«Слышь, эта… а когда обед будет» Удивляюсь я терпеливости нашего народа. Работяга не запустил в него ломом, не послал вслух, махнул рукой и отправился разгребать дальше. Обеда не предвиделось. Через пару часов штаб был свернут.
Что же привлекло мое внимание в этой истории, Читатель? Во-первых, я более чем уверена, все было сделано по инструкции, в соответствии Канонами. А результат? Аналогичное ведомство скоро можно будет переименовывать в ведомство по регистрации преступлений. Привести в соответствие, чтобы люди не возлагали больших надежд. Пришел. Зарегистрировался и ушел. Тебя посчитали и сделали выводы: преступность растет, людей и денег не хватает.
Инструкция (функция) для человека, а не человек для инструкции (функции). Увы, случается, что инструкция заменяет человеку разум, в этом случае, инструкция порождает фикцию, фикция, как и любая ложь, обращается в хаос. Когда же все становится совсем плохо, он ложиться ничком, закрывает глаза и начинает повторять мантру: «У меня все хорошо. Вокруг все просто замечательно. Осталось только инструкцию придумать»
Ожидая, что проблемы растают в воздухе как дым. Надо ли удивляться, что его ожидания будут обмануты. А на то, чтобы открыть глаза и оглядеться у него просто не хватает мужества и воли, потому как если открыть глаза, можно увидеть неумолимую, обличающую правду, а это страшно. Это пугает людей настолько, что они готовы всю жизнь прожить с завязанными глазами, предпочитая жить по законам страусинной психологии, в рабстве иллюзий и бесплодных надежд на светлое будущее.
