класса. Все занятия она делала вид, что ничего не произошло. А после школы ее ожидал Рома. Он был какой-то нервный и дерганый. Настя не стала спрашивать его, что произошло. Она только проследила за его взглядом, которым он провожал уходящую со школьного двора Илону, окруженную толпой девочек и мальчиков, которых можно было отнести к категории «мажоров».
Они шли к дому в молчании. Рома шел, низко опустив голову. Он с силой сжимал зубы, играл желваками. Когда они уже повернули к своему подъезду, он спросил:
— Насть, скажи мне, вот что вам надо?
— В смысле? — не поняла девочка.
— Вот скажи мне, что вам, девчонкам надо? Почему вы хотите дружить только с богатыми, почему сын водителя не представляет никакого интереса?
— Это тебе Илона сказала? А что ей не понравилось? И при чем тут отец? Она же не с ним дружить будет, а с тобой, — Настя вдруг почувствовала себя какой-то взрослой после вопроса Ромы. — Мне все равно, кто родители у человека, с которым я дружу, который нравится мне. И мне все равно, сколько у него денег. Я хочу общаться именно с самим человеком, как с личностью, а не его деньгами.
Она сама опешила от того, какие мысли пришли в ее голову. Рома остановился и внимательно посмотрел на Настю.
— Хорошая ты девчонка, спасибо, что ты есть.
Он тяжело вздохнул и пошел к подъезду. Она поспешила за ним. В свои квартиры они заходили в полном молчании. Дома Настя поела и села делать уроки. Примерно через час она услышала, как Рома пытается играть на гитаре и удивилась. Она помнила, что у него на стене висела «Кремона», на которой при ней Ромка пытался играть всего пару раз. Гитару ему подарил отец, когда Роме исполнилось 14 лет. Он попытался сам научиться играть на ней, терзал струны, но ничего не получилось. Рома тогда повесил гитару на стену и до сегодняшнего дня не трогал. И вот сейчас Настя слушала, как он пытается играть.
Утром Рома стукнул в стену условным знаком, давая понять, что ждет ее на улице, чтобы идти в школу. Настя быстро собралась и выбежала на крыльцо. Ромка сидел на спинке скамейки, поставив ноги на сиденье. Соседки вечно ругали его за это, но он только отшучивался. Увидев Настю, соскочил на землю.
— Ну что, идет? — спросил Рома и вместо ответа Настя кивнула головой.
Они вышли со двора. Рома снова был задумчив, щурил глаза, скрипел зубами. Настя шла рядом, не приставая с расспросами. Если решит поговорить, она всегда поддержит его. Уже почти у самой школы Ромка сказал:
— Насть, я после школы с парнями в кафешку иду, у Ника днюха. Извини, там будет только мужская компания. Доберешься домой сама?
— Конечно, — она улыбнулась ему. Он снова говорил с ней тем заботливым тоном, как всегда.
Они разошлись по кабинетам. Настроение у Насти было отличное. На перемене она встретила Рому и Илону. Они стояли возле кабинета физики в разных компаниях. Илона смеялась громче всех и изредка бросала взгляды на Рому. А он отвернулся от девушки и делал вид, что не замечает ее.
«Узнать, из-за чего они поссорились, — думала Настя. — Скорее всего, ей подавай богатенького мажорика, а не сына с мамой-предпринимателем и отцом-водителем. Вот и стоит с дочкой директора школы и сынками местных богатеев».
Потом она после уроков еще раз встретила Илону, которая шла позади группы парней, среди которых был Рома и пыталась их обогнать, чтобы привлечь к себе внимание. Но парни быстро спустились с крыльца и пошли в сторону кафешки. Девушка остановилась, посмотрела им вслед, потом пошла в сторону своего дома.
Рома появился дома под вечер, незадолго до возвращения своей мамы домой. Она снова услышала, как хлопнула их входная дверь, а потом Рома снова стал терзать гитару. Она сидела в своей комнате, делала уроки и улыбалась. У Ромки с каждым разом получалось все лучше и лучше. Он даже стал что-то подпевать себе.
Еще неделю они ходили в школу и из школы вместе. Рома каждый раз дома учится играть. А потом Настя услышала стук в стену, Ромка просил ее зайти. Она быстро причесалась, завязала хвост, посмотрелась в зеркало, покусала губы и побежала к нему. Дверь их квартиры была уже открыла. Она прошла в комнату Ромки. Он сидел на своем диване с гитарой на коленях.
— Зацени! — Радостно сказал он. — Вроде что-то получается.
И он запел «Город золотой» аккомпанируя себе на гитаре. Голос у Ромки был сильный, красивый и он здорово исполнил песню, почти даже не напутал аккорды.
— Ну как? — спросил он.
— Вот это да, — Настя даже захлопала в ладоши. — Ты так здорово поешь, даже лучше некоторых наших певцов, звучащих из всех приемников.
— Да ладно, не ври, — от похвалы он даже порозовел.
— Ром, я когда-нибудь тебе врала?
— Нет. Правда хорошо получилось?
— Не просто хорошо, а замечательно.
Они разговорились и наконец Ромка признался, что Илона отказалась дружить с ним, когда узнала, что его отец работает простым водителем в Администрации и к тому же ушел из семьи. Поэтому решил научился играть на гитаре, чтобы привлечь ее внимание.
От этого откровения настроение Насти упало. Значит, ему по-прежнему нравится Илона. Но она ничем не выдала Ромке своего огорчения, попрощалась и ушла к себе.
Еще месяц он не подходил к Илоне, разучивал песни, а потом вечером зашел за Настей, позвал гулять.
— Там пацаны нас ждут в беседке. Давно мы с тобой не ходили к ним. Пойдешь со мной?
— Сейчас оденусь.
Настя быстро надела теплую куртку, на всякий случай взяла шапку и вышла на улицу. Ромка ждал ее на скамейке у подъезда с гитарой за плечом. Их появление в беседке с гитарой произвело фурор. Парни зашумели, стали хлопать Ромку по спине.
— Ого, Ромыч, дашь концерт?
Ему тут же освободили место. Настя хотела сесть рядом с Ромой, но здесь уже было тесно. Она отошла к перилам и прислонилась к ним, осталась стоять. Рома даже не попросил парней освободить место, хотя раньше он бы согнал кого-нибудь. Стало обидно, неприятное чувство заскребло в душе.
Парни еще пошумели, а потом Ромка начал играть и петь. Все заслушались его, действительно у него был красивый сильный голос. Кто-то начал подпевать ему. Получился импровизированный концерт. На Настю никто внимание не обращал. Она стояли и куталась в свою куртку, стараясь не показывать свою обиду.
Минут через двадцать к беседке подошли две девушки. Одну Настя узнала
