Конан догнал караван и поехал бок о бок с существом, которое он знал под именем Иолины. День опять обещал быть жарким.
— Каких тварей он пошлет сегодня? — спросил воин, поглаживая медную рукоять меча, — опять птиц?
— Я думаю, что атаки пока не будет, — помедлив, ответила женщина, — он испытал твою силу и выдержку и теперь станет размышлять…
— О чем?
— Понимаешь, мой варвар, — медленно, как бы нехотя, начала Иолина, — убить его может только смертный… От нас, бессмертных, он хорошо защищен — об этом позаботилась его мать… А защита от смертных не предусмотрена, потому, что…
— Потому, что ни один смертный не сумеет подойти к нему даже на выстрел из арбалета — так?
— Примерно так…
— Тогда зачем же мы едем?
— Я постараюсь тебе помочь подобраться к нему. Я не могу его убить, но тебе помогать могу… Вместе мы — сила, мой варвар!
— Кто же он такой? — помолчав, спросил Конан.
— Он… мой брат… один из братьев.
Конан некоторое время переваривал это сообщение. Значит, брат. Что ж, ссора между родными — обычное дело, особенно когда речь идет о наследстве.
— Что же вы не поделили? Наследство?
— Ты почти угадал, варвар, — засмеялась женщина, — но давай на этом закончим: много знать — потерять мужество!
— Я не потеряю, — проворчал Конан, но Иолина уже дала шпоры коню и унеслась в степь.
— Я скоро вернусь… — издалека донесся ее голос.
Конан подъехал ближе к оборотням-погонщикам.
— Ты говорить умеешь? — обратился он к одному.
Человекозверь молчал, угрюмо сверкая из-под капюшона волчьими глазами.
— Значит, нет, — вздохнул киммериец, — или же просто не знаешь нашего языка…
Прискакала Иолина. Судя по хлопьям пены на конской морде, она успела проделать немалый путь.
— Увидела что-нибудь интересное? — усмехнувшись, спросил Конан.
— Кое-что увидела, — серьезно отозвалась женщина.
— Что именно?
— То, что нам наперерез скачет отряд вооруженных до зубов горцев! И, судя по их целеустремленности, они кем-то направлены…
— Твоим братом? — Конан уже не улыбался.
— Кем же еще?
— Может, они просто едут по своим делам, и нам стоит остановиться и пропустить их?
— Они скачут к нам, мой варвар, так что, приготовься к бою!
Конан угрюмо кивнул и посмотрел на оборотней.
— Они нам не помогут?
— Они превращаются только ночью. Днем — это не воины.
— Сколько человек в отряде?
— Около тридцати, наверное. Мне некогда было считать — они меня увидели. Спасла только резвость коня.
— Так, значит, они могли действительно ехать по своим делам, а ты просто попалась на пути?
— Нет, мой варвар, не обольщайся, — женщина неожиданно засмеялась, — я чувствовала, что братец натравил на нас горцев, потому и поехала на разведку.
— И скоро они будут здесь! Ты не могла их намного опередить. Что ж, будем драться! — Конан обнажил меч.
В степи показалась длинная цепочка всадников.
— Вот и они, — Иолина спокойно посмотрела на горцев, скачущих во весь опор, затем — насмешливо — на Конана, приготовившегося к бою.
— Не волнуйся, мой варвар… — начала она, с улыбкой.
— А я и не волнуюсь, — мрачно перебил Конан, — я встречу их в степи, подальше от каравана, и постараюсь увести за собой.
Он уже собрался дать шпоры коню, но женщина остановила его повелительным жестом.
— Не спеши, герой. Твоя задача охранять моего коня и верблюдов. На тот случай, если кто-то из них прорвется, — она спешилась и быстрым шагом направилась в степь. Конан заметил, что при ней не было даже меча.
— Постой! Как ты собираешься драться?
— Ты забыл, кто я, — крикнула Иолина, не оборачиваясь — стереги караван!
— Забыл?! Я не знал, кто ты! И до сих пор не знаю…
Горцы приближались. Уже можно было рассмотреть их гнедых и вороных коней, смуглые, бородатые лица.
Конан оглянулся на караванщиков. Какой с них толк, вообще? Если они не могут даже защитить свою хозяйку?! Оборотни собрали в кучу верблюдов и схватили под уздцы коня Иолины.
В степи вдруг раздался крик ужаса. Конан мигом обернулся и… застыл в изумлении. Огромный дракон, распустив кожистые крылья, палил огнем пытающихся спастись всадников. Многие горели, многие, уже обгоревшие и почерневшие, вместе с лошадьми лежали посреди выжженной проплешины. Конан вложил меч в ножны. Понятно. Она же умеет… Да, я действительно забыл, кто она.
Горстка уцелевших горцев, нахлестывая коней, пыталась спастись в степи. Дракон захлопал крыльями и поднялся в воздух. Высохшая трава вокруг горела. Горцы с криками погибали, сгорая заживо в драконьем пламени. Вскоре в степи не осталось ни одного всадника — только обгорелые трупы. Конан вдруг ощутил острую жалость — не к людям, к лошадям. Бедные животные! Они-то в чем виноваты?
Люди вокруг, почти всегда были злокозненными, исключая, может быть, нескольких друзей. Да и те, для других — такие же враги. Человеческая стая! Люди не могут жить в одиночестве и не умеют мирно жить в стае! Что ни говори, а человек — самое странное и самое страшное существо на земле! Да, люди почти всегда были врагами! Но лошади!.. Эти благородные животные, верно служат хозяину и погибают, не зная почему, за что… Погибают потому, что человек оказался втянут в битву, или в злые козни, вот, как сейчас…
Трубный звук, раздавшийся с небес, заставил Конана поднять голову. Дракон летал кругами и издавал победный клич. Конан махнул рукой — спускайся. И тут же подумал — насколько затемнено сознание Иолины, сменившей тело на драконье? Может быть, она с трудом помнит прошлое, и все люди для нее теперь — враги? Не набросится ли она на него, как на несчастных горцев?
Дракон, сложив крылья, спикировал на выжженную посреди степи поляну. Затормозив, плавно приземлился и уставился на Конана огромным, круглым глазом. Злобы в нем не было, скорее, любопытство. Конан спешился, чтобы не пугать коня и спокойно подошел к дракону. Заметил, какая у него морщинистая кожа — на шее… да, в общем, и по всему телу. Чешуи не было. Может, этот дракон недавно полинял, и теперь будет неспешно отращивать новую чешую?
Конан не заметил, когда чудовище исчезло, и перед ним предстала Иолина — восторженная, со сверкающим взором, с радостно вздымающейся грудью.
— А почему у дракона не было чешуи? — буднично спросил Конан.
Женщина разочарованно вздохнула:
— Ты совсем не испугался… А ведь я могла раздавить тебя одной лапкой!
— Мне приходилось биться с драконами, — сдержанно ответил Конан.
Повисла неловкая пауза. Тут уж, нужно было, или нескольких суток подряд расспрашивать обо всех чудесах, или ограничиться замечанием насчет отсутствия чешуи.
