понял, что произошло что-то неведомое. Я был уверен, что нахожусь где угодно, но точно не в окрестностях деревни N. Неужели проклятые духи и меня теперь опутали своим неведомым колдовством? Но ведь Томаса Венкла, по его словам, эта сила утаскивала обратно в деревню, ведь так? А точно ли это был мистер Венкл? Или же это был кто-то, кто выдавал себя за него? Тогда это можно считать слишком запутанной и усложненной ловушкой, но ведь я же попался на неё. Что ж, нужно остановиться для начала и разобраться в том, где именно я нахожусь, а потом уже строить дальнейшие планы. Я постучал в переднюю стенку и крикнул кучеру, чтобы он остановился, но ответа не получил. Странно, ведь он тоже должен был заметить изменения, произошедшие в местности, разве нет? Почему же он тогда молчит?
Я чувствовал приближение беды и, приоткрыв окно в дверце, осторожно выглянул наружу. На козлах не было ни души! Более того, я не увидел ни лошадей, ни вожжей, ни подпруги — только стремительно катящийся экипаж и огромный обрыв впереди. Похоже, от меня решили избавиться таким простым способом, и это после всех этих странных событий!
Раздумывать было некогда, поэтому я схватил свой рюкзак и, выбив дверь, стремительно выскочил наружу. Приземление оказалось не самым удачным, и от удара об землю у меня перехватило дыхание. На теле остались синяки и ссадины, а дорожное пальто было безнадежно испорчено, но можно сказать, что мне повезло. Тем временем, чудовищный экипаж, не замедляя движения, покатился дальше и рухнул в бездну. Лишь спустя долгое время я услышал грохот от удара.
Затем я проверил свои пожитки и огляделся вокруг. Мрачный и ужасный лес вблизи выглядел еще страшнее. Кровоточащие деревья были сплошь изрезаны странными трещинами, которые отдаленно напоминали искаженные мукой лица. Стояла мертвая тишина, ни щебета птиц, ни стрекотания сверчков. Лишь темные заросли, сумерки и сгущающиеся тени. Солнце уже село, и ночь постепенно вступала в свои права.
Оставаться здесь было опасно. Хотя я никого не видел поблизости, это могло продлиться недолго, поэтому я отправился по дороге назад, надеясь найти развилку или другой способ выбраться из этого жуткого места. Ветви деревьев местами переплетались настолько плотно, что образовывали своего рода потолок, и тогда все утопало в плотном мраке. У меня складывалось ощущение, что я здесь не один, и это чувство нарастало с каждой минутой. Вскоре я, не выдержав, вытащил трость и быстрым нажатием сбросил ножны, обнажив покрытый серебром стальной клинок, а затем достал из рюкзака фонарь. Но стоило мне его зажечь, как внезапно раздался жуткий рев, сотрясший лес.
Этот звук ошеломил и ужаснул меня — столь яростным и злобным он был. Рев донесся из глубины леса, а затем послышались тяжелые шаги и треск ломающихся деревьев. Что-то огромное и сильное приближалось. Времени на раздумья было немного, я судорожно осматривался в поисках хоть какого-то укрытия и заметил невдалеке огромный высохший дуб с дуплом, достаточно широким, чтобы в нем мог поместиться не только я, но и еще один человек. Учитывая, что других вариантов на горизонте не предвиделось, я подхватил свои вещи и со всех ног припустил к дереву. Грохот и треск были уже очень близко, когда я, закинув вещи в дупло, одним махом заскочил в укрытие и вжался как можно глубже, стараясь не издать ни звука.
Вскоре нечто оказалось совсем рядом. Одно из деревьев с ужасным грохотом упало буквально в метре от дуба, дрожь прокатилась по стволу. Но помимо этого я услышал еще один звук — тяжелое дыхание. Повеяло смрадом и разложением. Я не рисковал выглянуть из дупла, боясь обнаружить себя, поэтому не смог разглядеть это существо, но на короткий миг перед дуплом мелькнул хвост, который сплошь состоял из костей, на которых еще свисали клочья гниющей плоти. С минуту это существо рычало и сопело где-то рядом, словно выискивая след, а затем спустя время, показавшееся мне вечностью, утопало куда-то подальше. Лишь спустя примерно полчаса я отважился выглянуть из убежища и осмотреться. Огромные трехпалые следы с гигантскими отпечатками когтей усеивали поляну, на которой словно ураган прошелся — столько было поваленных деревьев. Нужно было убираться отсюда.
К счастью, неведомое чудовище ушло дальше в чащу, поэтому я смело шел вдоль дороги, но держался ближе к зарослям, чтобы в случае опасности сразу скрыться в них. Тем временем выглянула Луна, которая оказалась куда крупнее, чем в нашем мире, да к тому же насыщенного багрового оттенка, будто залитое кровью. При лунном свете некоторые деревья зашевелились, хотя никакого ветра не было. Они размахивали своими ветками и издавали скрип, напоминающий человеческие стоны. Это зрелище было не из приятных. Не рискнув приближаться к этим порождениям скверны, я рискнул выйти ближе к дороге и вскоре дошел до распутья. Одна дорога поворачивала налево и терялась в густом синем тумане, а правая петляла по голым холмам и упиралась в некое отдаленное поселение, погруженное во тьму. С моего места было трудно что-либо рассмотреть, но оно казалось заброшенным.
Не желая идти в туман (мало ли какие ужасы там обитают), я предпочел отправиться в сторону поселения, хотя это тоже было сопряжено с риском. Держа клинок наготове и достав пистолет, заряженный освященными пулями, я осторожно пробирался к поселению. Лес закончился, и дальше раскинулся широкий луг, через который петляла довольно широкая река. Ее темные воды, казалось, поглощали свет и не отражали лик кровавой Луны. Ни намека на течение или какое-то волнение — поверхность воды словно бы состояла из обсидианового стекла. И хотя меня мучила жажда, я справедливо решил, что пить из здешних рек и озер будет крайне необдуманным поступком. Дважды что-то булькнуло, и в некоторых местах пошли пузыри, причем огромные. Не хотелось думать о том, какие же твари обитают в этих водах. К счастью, переправляться через реку не было нужды, так как через нее был перекинут просторный каменный мост, украшенный крылатыми гаргульями с жутким оскалом.
Когда я вступил на мост, одна из статуй внезапно повернула свою морду ко мне. Сдавленно вскрикнув, я выстрелил в нее из пистолета, но пуля лишь царапнула каменную шкуру чудовища. Зарычав, оно бросилось ко мне, пытаясь цапнуть когтями и зубами. Старательно уворачиваясь от ударов, я попутно выстрелил еще несколько раз, но безрезультатно — камень не прошибешь таким оружием. Сабля моя тоже была бесполезной, поэтому пришлось полагаться на хитрость. Подойдя к краю моста, я сделал вид, что схватка уже порядком утомила
