когда магия отступила в сторону, исход поединка решали рефлексы, боевые навыки и уровень владения ган-ката... а он у моего врага был круче.
Сходимся в клинче.
Блоки, плавные отводы, попытки перехватов. Я был физически сильнее старика и атаковая чуточку быстрее.
Веду руку с «барсом» по дуговой траектории, встречаю скользящий блок, выгибаю кисть и стреляю, но Ярославцев успевает изменить угол положения тела. Одновременно с этим патриарх делает выстрел мне в ногу, которую я успеваю переместить в диагональ шестого типа. Пуля выбивает щепки из паркета, и я понимаю, что у Ярославцева осталось три патрона.
Бью ногой по руке с револьвером.
Ярославцев поднимает локоть вверх и блоком отводит мой пистолет. Пробует захват и нарывается на удар головой в переносицу. Из разбитого носа течёт кровь, но Ярославцев направляет ствол в третью позицию. Отбиваю, звучит выстрел, за моей спиной слышится звон стекла. Обвожу правой рукой предплечье врага, стреляю — пуля вычерчивает кровавый след на плече патриарха и вгрызается в портрет на стене. Патриарх прикладывает меня коленом в живот — больно, но терпимо. Отвечаю локтем в челюсть. Что-то хрустит, но отец Глеба — крепкий орешек.
Меняем ката.
Быстрые комбинации.
Блоки, отводы, выстрелы.
Всё на автомате, на высоких скоростях.
У Ярославцева два патрона, у меня больше. Неожиданно бывший императорский личник проводит комбинацию, к которой я не готов. Блокирует мою руку, отступает вправо с перехватом и отводом вверх, разгибает локоть и делает выстрел. Это произошло очень быстро, я не успел среагировать. Ногу пронзила боль.
Сука.
Переношу вес на здоровую левую ногу и делаю два резких круговых взмаха правой рукой, один из которых — ложный. Ярославцев не успевает завершить комбинацию, но его палец уже нажимает спуск. Отвожу руку оппонента. Пуля разносит статуэтку кошки в дальнем углу. Патриарх меняет углы, красиво обходит мою защиту и чуть ли не в упор стреляет в висок.
Сухой щелчок.
— Вот незадача, — я криво ухмыляюсь.
И резким ударом выбиваю револьвер из пальцев старика.
Оружие прыгает по паркету, а я выбрасываю вперёд правую руку, одновременно нажимая на спуск. Ярославцев ставит блок, но я сгибаю кисть под тридцатиградусным углом и загоняю пулю в оппонента. Дополнительный световой урон выжигает в груди патриарха приличных размеров дыру.
Несколько секунд Ярославцев держится на ногах, хотя он уже мертвец.
Затем падает.
Я делаю неуверенный шаг в сторону и тоже заваливаюсь на пол — в лужу собственной крови. Гадство. Старый ублюдок зацепил какой-то сосуд. Исцелиться я не могу — мешает напичканный артефакторикой кабинет. Пушку отозвать не могу. А в глазах уже поселилась муть. По телу разлилась неприятная слабость.
Поднимаю руку с пистолетом и вгоняю контрольный в черепушку Ярославцева.
Из последних сил волоку себя по паркету к двери.
За мной тянется кровавый след. Сердце колотится, начинается головокружение. На чистой воле тащу себя к порогу, опираюсь на правый локоть, а пальцами левой тянусь к дверной ручке. Щелчок и отворившаяся створка — как глоток живительного воздуха.
Переползаю в коридор.
В висках стучит, перед глазами всё меркнет. Как же мне хреново, братья и сёстры. Грёбаный электрик.
Первым делом — восстановление.
Исцеляющая аура охватывает моё тело, дарит блаженство и организует характерное мягкое тепло в раненой ноге. Я лежу, раскинув руки, хватаю ртом воздух и таращусь в потолок. Слабость ещё не отступила, но аура в ближайшие минуты справится и с этой задачей. Исцеление позволяет не только убирать пулевые отверстия, но и пополнять запасы крови.
Активирую боевой транс.
Теперь я готов к любым неожиданностям. Весь коридор просматривается, разум вбирает в себя окружающую обстановку. Мана вливается в средоточие и подпитывает технику, которая только что спасла мне жизнь.
Вот это повоевал с вражеским родом.
Чуть коньки не отбросил.
На восстановление уходит несколько минут. За это время на меня никто не напал — просто некому. Эсбэшников в коттедже было с гулькин нос, это же не главная родовая усадьба. Всех взрослых я перебил, дети в школе и на курортах. Пора и честь знать.
Отзываю ствол.
Выпрямляюсь, с опаской ступая на раненую ногу. Аура ещё работает, что-то заживляет, но идти я могу. Даже не ведёт из стороны в сторону при каждом шаге.
Сверяюсь с часами.
На зачистку дачи я потратил пятнадцать минут. А это означает, что надо убираться отсюда побыстрее. Пока не нагрянули бывшие коллеги из Особого отдела.
Бреду к лестнице.
Видок у меня, конечно, бомбический. По городу так разгуливать нельзя. Радует, что после завершения вылазки Серебров отвезёт меня домой. Переоденусь, отмокну в джакузи, приведу себя в полный порядок. Можно ещё массажистку вызвать, но это так, совсем уж запредельные мечты...
Лучше съездить к Даше.
Задолбало вот это вот всё.
— Мама? Папа?
Детский голос вывел меня из ступора.
Я уже начал спускаться в гостиную первого этажа, когда понял, что нахожусь в доме не один. Кто-то из детей вернулся раньше времени.
— Мамочка? Нееет!!!
Девчонке лет одиннадцать, не больше. Склонившись над одним из трупов, она не сразу замечает моё приближение. А когда замечает, резко оборачивается и, полыхнув яростным взором, атакует.
Я запоздало понимаю, что маленькой сучке не одиннадцать.
Все четырнадцать, просто она низкорослая. С копной хаоса на голове. Хаос выкрашен в розовый с голубыми прожилками.
У меня нет оружия.
И доспехов.
Фуфло ты, а не кибермансер, думаю я, инстинктивно дёргаясь вправо. Это и спасло мне жизнь. Молния врубилась в стену, обдав щеку озоном, треском электричества и мелкой щепой от полированных дубовых панелей. Волосы на голове чуть не встали дыбом. А может, и встали.
Выбрасываю руку, в которой мгновенно собирается «барс».
Жму на спуск.
Несколько раз.
Девчонку буквально разрывает в клочья — она тоже не успела выставить защиту. Заряженные светом пули отрывают маленькой бестии ногу, выбивают красный фонтан из груди, сносят верхнюю часть черепа. Вражина падает рядом со своей матерью, причём по фрагментам.
Перевожу дыхание.
Как она здесь оказалась?
Что я не учёл?
Останавливаю хронопоток в ноль. Сразу надо было это сделать, но былые инстинкты сработали. Опыт предшествующей жизни говорил: сначала стреляй, потом разбирайся.
Снаружи никого.
Фиг его знает, кто привёз эту валькирию. Или никто? В теории школьница может заболеть, прогулять уроки, взять такси и воспользоваться одним из городских порталов. Что угодно могло произойти. Даже самые шикарные планы хоронят нелепые случайности.
Ускоряю шаг.
Штурмовики пробивают порталы сразу к объектам, на которые выдвигаются. Вопрос в том, сработает ли эта магия, столкнувшись с моими техниками. В этой игре
