к воротам и позвонил в звонок, так как ключей не было.
Открывать ему не торопились.
Он растерянно оглянулся на водителя. Тот послушно ждал.
Рузиль еще раз нажал на звонок. Наверно, это треньканье и мертвого в чувство приведет. Вот только не Яну, которая наверняка дома.
А вдруг уже не дома?! Эта мысль привела Рузиля в замешательство. Неловкая ситуация получится, если и правда сейчас дом пуст. А человек-то ждет…
Рузиль еще раз оглянулся на водителя.
Тот, усмехнувшись, посигналил.
Через некоторое время во дворе послышались шаги. Яна спешила открыть отцу дверь. Распахнув ее, она, пожевывая жевательную резинку, уставилась на отца.
— Мама где? — спросила она наглым тоном.
— Нету, — растерянно вымолвил Рузиль. — А без Юли не пустишь?
Янина освободила путь.
— А этот что там стоит? — спросила она, кивнув в сторону водителя. Тот приветливо помахал дочери Рузиля. — Еще глазки мне строит, старпер на драндулете, — она насмешливо посмотрела на старенькую Subaru.
Рузиль неодобрительно покачал головой. Яна была избалованном подростком, однозначно. Или просто переходный возраст играет роль? Кто их разберет, этих тинейджеров…
— Ты не могла бы принести мне одну из моих книг? Только мигом, человек ждет.
— Этот, что ли? — Яна указала пальцем на таксиста и усмехнулась. — Только не говори мне, что хочешь подарить ему экземпляр своего «щидэвра»!
— Яна, прекрати! Принеси книгу, быстро и молча! — применив командный тон жены, воскликнул Рузиль.
К его удивлению, сработало. Яна ушла за книгой.
Но спустя пять минут так и не вернулась.
— Может, я поеду уже? — жалобно попросил паренек.
— Сейчас, минуту! — Рузиль сам направился в дом, и уже через несколько минут протягивал одну из своих книг польщенному таксисту.
— А можете подписать для жены? Вот обрадуется!
— Ручки нет, — пожал плечами Рузиль.
— Не вопрос! — паренек торжествующе достал из бардачка необходимый предмет.
— Как жену зовут? — поинтересовался Рузиль, усевшись в машину и приготовившись подписать книгу.
— Марина.
— Марине, значит. А фамилия?
— Ну моя! — гордо заявил парень. — Нипейпиво!
— Не пил я пиво. Фамилия-то какая?
Паренек изумленно уставился на своего талантливого пассажира, а потом произнес смущенно:
— Ни-пей-пи-во — это моя фамилия, вообще-то…
— А-а-а, извините… — покраснел Рузиль.
Он подписал книгу и, пожелав всего хорошего мужу своей читательницы, вернулся в дом.
— Яна, а ну-ка сюда иди! — сердито воскликнул Рузиль, войдя на веранду.
— Чего, па? — донеслось с дальней комнаты. Похоже, выходить к нему не собирались.
Не ребенок, а ядерная война какая-то…
Хотя в письме Рузиля предупреждали, что ему достался отпрыск с характером…
— Ты где, Яна? — спросил отец, пройдя в коридор.
— У себя я! Что хотел? — отозвались с дальних комнат.
М-да, уважения полные штаны. Ну ничего, еще есть шанс перевоспитать. Пятнадцать лет — это не тридцать. Хотя…
Рузиль прошел на кухню.
— Выйди к папе, разговор есть! — строго молвил он, усевшись на кухне.
— Сейчас! — послышался недовольный голос Янины.
Но через минуту она уже была на кухне.
— Что тебе надо, па? — пренебрежительно поинтересовалась она.
— Ты почему книгу не вынесла?! — возмущенно спросил Рузиль. — Я же просил тебя!
— Какую книгу? — Янина состроила удивленное выражение лица. Похоже, она даже не слышала, о чем ее просили во дворе.
— Надо было книгу вынести человеку…
— Ой, я не знаю, где этот Пушкин… Опять у «Капитанской дочки» в гостях потерялся, наверно… — Янина хихикнула.
— Да причем тут Пушкин?! — возмутился Рузиль. — Я же свою книгу вынести просил.
— Ой, пап, у тебя их столько … — махнула рукой Яна. — Из них нам второй дом построить можно.
— Все ясно, — теряя терпение, произнес Рузиль. — Иди, занимайся делами. Все, я один побуду.
— А-а-а, ну я и занималась… Ты же все со своими книгами, отвлекаешь… — пожала плечами Янина и покинула кухню.
Рузиль выдохнул. Господи, как можно поладить с этим ребенком? Это не война, это катастрофа.
Так, ладно. Юля еще не приехала, значит, есть время подробно ознакомиться с собственным творчеством. Он взял одну из своих книг и погрузился в чтение.
Это было безумство какое-то. Двести страниц абсолютного урагана, сносящего крышу. Рузиль не мог оторваться от книги, которую сам же и написал. Удивлялся и одновременно гордился собой. Слог, сюжет, персонажи — все это было так совершенно. Господи, разве мог он написать такое? Да он же просто профи.
Рузиль читал собственную книгу, дивясь мастерству автора, и даже не верил, что автор — именно он. На месте автора он представлял отдельного человека, абсолютно успешного и талантливого. А что мог написать Рузиль сейчас? Какой-нибудь примитив пятнадцатилетнего мальчишки, который будет интересен разве что его собственной дочери? Да и то, вряд ли.
Судя по всему, Янина — не поклонница литературы.
Даже наоборот, возможно.
Судя по ней, нынешние подростки Пушкина от собственного отца не отличат…
Вдруг раздалась громкая музыка, и Рузиль подпрыгнул, выронив свой роман.
— Какого?!.. — выругался он, услышав какой-то матерный бред, окутанный мелодией.
Возмущенный, он поднялся и направился в комнату дочери.
Распахнув дверь, он обомлел. Посреди абсолютного бардака, на полу, лежала его дочь и, уставившись в экран телефона, что-то говорила под музыку.
— Какого?!.. — изумленно выкрикнул потрясенный отец.
Яна обернулась и сердито посмотрела на него.
— Па, закрой дверь, я «Тик-Ток» снимаю! Блин… — выругалась Яна, случайно нажала на кнопку публикации.
— Где ты его снимаешь? Где твой «Тик-Ток»? — поинтересовался Рузиль, оглядывая комнату. Быть может, «Тик-Ток» — это на современном сленге — «бардак»?
— Па, ты гонишь?! — Янина испуганно уставилась на отца. Она поняла, что ее отец абсолютно не в курсе, что такое «Тик-Ток». Он так внимательно оглядывает комнату, будто «Тик-Ток» где-то на стене висит.
Странный он сегодня, однако…
На улице ему на голову ничего тяжелого не упало?
— Я видео снимала, папа. В приложении.
— А-а-а-а, громкая музыка сейчас так называется, да? — усмехнулся Рузиль. — Можно просто тише свой «Тик-Так» снимать? Я читать не слышу, — «то еще» выражение, конечно, но Рузиль надеялся, что именно так молодежь сейчас и разговаривает.
— Чего ты?
А, нет, не угадал. Не разговаривает.
— Ладно, солнышко, ничего. Не включай так громко музыку, пожалуйста.
Покачав головой, Рузиль покинул комнату дочери, попросив ее хоть немного прибраться.
На что получил уставший вздох и закатанные глаза.
Эту девчонку воспитывали вообще? Чем занимались ее родители до сего дня? Юля приедет, надо поднять вопрос о поведении Янины. Это просто ужас. Еще снимает что-то… Кстати, а для чего? Или, что еще хуже, для кого?..
Воцарилась тишина, и Рузиль мог снова продолжить чтение. Оставалось страниц двадцать, не больше. Хм, так быстро читаются его книги… Это и плюс, и минус одновременно. Если они стоят дорого, но читаются быстро, то нужно срочно снижать цену. Или нет? А, может, наоборот, ее стоит повысить?
Что за бред… Цены же не он устанавливает… Повысить, понизить… Размечтался… Сначала нужно вспомнить о том, что Рузиль теперь остался без литературного агента.
Анастасия завершает с ним дела, и он ничего сделать уже не сможет. Судя по ее настроению, Настя не передумает.
— Папа!!! — воскликнула Янина.
Рузиль, отбросив книгу, кинулся в комнату дочери. Наверняка что-то случилось, если она так кричит. Но, выйдя в коридор, Рузиль увидел, что Янина сама бежит к нему сломя голову. И, по всей видимости, она чему-то очень рада.
Янина кинулась к нему на шею и обняла так сильно, что Рузиль начал задыхаться. Он схватился за холодильник, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание.
— Яна… Хватит… Ты что… — прохрипел он.
И его, наконец, освободили от рук-оков.
— Папа, ты лучший! Смотри! У меня прибавилось два миллиона подписчиков благодаря тебе!!!
Она показала сотовый телефон, на экране которого Рузиль с ужасом увидел, как его дочь кривляется перед камерой, неся какой-то несуразный бред под музыку. Потом Рузиль увидел себя, произносящего: «Какого?!..». Яна обернулась к нему и произнесла знакомую фразу, в которой
