Райх считал, что человек – это зверь, животное, он должен жить по биологическим, физиологическим законам, заложенным в него природой, и только сексуальная удовлетворённость, только свободная генитальная любовная жизнь сделает людей счастливыми и способными на настоящее творчество. Райх призывал к разрушению традиционной культуры и морали и созданию новой контр-культуры и новой контр-морали, основанных на культе основных биологических природных инстинктов человека, и в первую очередь на культе сексуального инстинкта.
Вильгельм Райх был настолько маниакально одержим идеей сексуально осчастливить человечество и настолько активно пропагандировал свою теорию сексуально-биологической революции, и особенно теорию раннего сексуального просвещения младенцев, что ему поставили диагноз «шизофрения» и исключили из психоаналитического общества Европы. Его осудили и изгнали из Австрии, Германии, Дании, Швеции. В 1939 г. Райх переезжает в Соединенные Штаты Америки, где находит полное понимание и поддержку. Умер Райх в 1957 г. в США.
После его смерти идею о необходимости сексуальной революции подхватил и начал активно продвигать в США Герберт Маркузе, и в этом ему активно помогали лжеученые, шарлатаны, фальсификаторы и сексуальные извращенцы, такие, как Альфред Кинси, Мэри Кальдерон, Джон Мани. Вот, собственно, с деятельности Герберта Маркузе, вооружённого теорией Райха, и началась сексуальная революция в начале 60-х годов уже в США и Европе.
И, кстати, сексуальная революция в Европе началась с Франции, с небольшого студенческого бунта в самом знаменитом французском университете – Сорбонне в мае 1968 года. Этот студенческий бунт поддержало, раздуло и усилило ЦРУ США, и в результате маленький бунт перерос в социальную и сексуальную революции. Об этом можно прочесть в книге Луиса М. Гонсалес-Мата «Невидимые властители. Записки агента».
Галина Степановна: Ну, давайте уже вернёмся к сексуальной революции 20-х годов ХХ века в России. Масштаб её разрушительного действия на сознание людей был огромен, так как она происходила именно во время тотального уничтожения патриархальной христианской культуры и морали, во время разрушения абсолютно всех норм, правил и вековых устоев жизни огромного Российского государства, в стране тёмных, безграмотных и невежественных людей, живущих животными инстинктами.
Согласия российских женщин на «свободную любовь» особо никто не спрашивал, и начало 20-х годов было отмечено небывалым ростом количества изнасилований и убийств женщин, отказавшихся удовлетворять потребности мужчин в «свободной революционной любви». Кроме того, из-за «свободной любви» в стране началась эпидемия венерических заболеваний.
О каком уважении к женщинам можно было говорить в таких условиях? Ведь большая часть дикого мужского населения России тех времён даже не знала такого понятия, как «уважение», а тем более уважения к женщине, которая – не человек, а всего лишь самка, объект для похоти, для удовлетворения жажды секса!
К тому же идеологи «свободной любви» считали, что о детях, появившихся от этой «свободной любви», должно заботиться новое государство победившего пролетариата. Но в начале 20-х годов новая власть ещё не окрепла, в стране царила анархия, и об этих «плодах» свободной любви некому было заботиться. К концу 20-х годов по России бродило более 7 миллионов беспризорников. Беспризорность и преступность захлестнула страну.
В общем, сексуальная революция 20-х годов ХХ века принесла в Советскую Россию не столько «любовное наслаждение свободных людей, любящих друг друга в условиях независимости», сколько насилие, венерические болезни, массовую детскую беспризорность и преступность.
Ольга: Какие страшные вещи вы рассказываете! Знаете, я ведь даже и не знала, что в 20-е годы ХХ века в России была уже сексуальная революция. И, конечно же, я не знала, что она имела такие ужасные последствия. Бедные женщины и дети, как же им тяжело жилось в то время! Но мне не понятно, о чём думали эти Инесса Арманд и Александра Коллонтай, когда агитировали за свою идиотскую теорию «стакана воды» и за эту анархическую свободу в любви? Им что самим не хватило любви в жизни? Их что кто-то ограничивал в любви?
Анна Марковна: Да нет, детка, Инесса Арманд и Александра Коллонтай были всегда и всеми любимы: и в детстве, и в юности, и в зрелости. Никто и никогда их ни в чём не ограничивал и ни в чём им не отказывал. Вообще, интересно, что судьбы этих женщин были в чем-то похожи: они почти ровесницы (разница всего 2 года); обе получили блестящее образование и владели несколькими иностранными языками, были очень богаты и хороши собой, обе – страстные и чувственные – пользовались большим успехом у мужчин, и обе пришли в революцию, бросив без сожаления своих мужей, детей и счастливую обеспеченную жизнь.
Галина Степановна: Вот, Ольга, ты спрашиваешь, о чём думали Инесса Арманд и Александра Коллонтай, когда агитировали за свободу в любви? А представь себе, что они искренне думали, что свободная любовь равноправных мужчин и женщин сделает всех людей счастливыми.
Они искренне верили, что, когда в России, а, в идеале, и на всей земле, не будет бедных и богатых, когда все люди будут равны в своих правах, когда все люди будут вместе жить и вместе трудиться на благо всего общества, а потом и вместе отдыхать, и когда все люди будут уважать интересы каждого отдельного человека, то тогда на земле будет создано новое общество – общество свободы, равенства, братства и довольства, в котором все будут равны и все будут одинаково счастливы. Они верили, что тогда наступит Золотой век человечества – век общечеловеческого счастья, любви и свободы, и в первую очередь свободы сексуальной. Борьба за приближение Золотого века, за равноправие всех людей, независимо от их происхождения, и, конечно же, борьба за равноправие мужчин и женщин, за свободу выбора своего пути в жизни и за свободную любовь стала смыслом жизни этих и многих других женщин и мужчин России.
Эти идеи Инесса Арманд и Александра Коллонтай, как, впрочем, и вся революционная молодёжь того времени, почерпнули из революционно-эротического романа Н. Г. Чернышевского «Что делать?», напечатанного в апреле 1863 г.
Больше всего женщин в романе привлекла мысль о том, что женщина ни чем не хуже мужчины и должна иметь равные с ним права во всех областях жизни общества, и, конечно же, в вопросах брака и любви. Дело в том, что с середины XIX в. в России очень обострился женский вопрос. Женщины были самой угнетенной группой общества: в России не было системы женского образования, их не принимали в университеты, гимназий и училищ для них не существовало. Женщины не могли находиться на государственной службе, им был ограничен доступ к интеллектуальному труду, а это значит, что они не только не могли реализовать свои способности и таланты, но и не могли сами себя содержать. Испокон веков женщины в России находились на содержании, а значит, и в полной зависимости от мужчин: отца, мужа или брата. Женщины были порабощены и умственно малоразвиты, а от этого, считал Чернышевский Н. Г., слишком сосредоточены на любовных чувствах и семейных отношениях. Равенство же женщин с мужчинами в общественной жизни, а особенно в браке изменит сам характер любви, и любовь станет легкой, свободной, без драматизма и эгоистической ревности.
Женщина – свободная личность, равная мужчине, ею никто не может обладать, она не должна зависеть от мужчины ни морально, ни материально.
Брак может быть основан только на взаимной свободной любви. Женщина может полюбить мужчину и иметь с ним близкие отношения, а может разлюбить его, прекратить с ним всякие отношения и уйти от него. Особое впечатление на девушек и молодых людей произвели новые, свободные отношения в любовном треугольнике героев романа «Что делать?» Дмитрия Лопухова, Веры Павловны и Александра Кирсанова и идея возможности, допустимости и, более того, прогрессивности «брака втроем». У «новых» равноправных мужчин и женщин должно отсутствовать чувство ревности, так как «новые» люди взаимно уважают свободу и человеческие права своего партнера, а ревность – это эгоистическое, собственническое чувство, пережиток «старого» неравноправного общества.
«Новая» мораль «новых» людей-революционеров полностью отвергает и разрушает мораль «старую», построенную на принципах христианства и русских национальных традициях. Революционеры признают лишь одну мораль – мораль свободы, и лишь одну нравственность – нравственность равенства.
Из «Четвертого сна» главной героини романа «Что делать?» Веры Павловны многие революционеры усвоили, что главной целью и смыслом будущей красивой жизни в «новом» обществе равенства и довольства будет свободная любовь равноправных мужчин и женщин!
