Заходи!
Внутри находилось еще четверо, причем один из них спал на ветоши, в углу фургона. На складных стульях сидели: Олег, Алексей и Виталий. Последний как раз что-то активно доказывал своим товарищам, размахивая руками. Завидев меня, он остановил словесные изречения и оглядел с ног до головы.
— Данила, я уже думал, что не увижу тебя больше, — он встал и пожал руку. — Когда сказали, что тебя повязали и упекли за мокруху, я же не поверил. Вот годом буду, если брешу. Все докажут. Думал — кранты — пожил паренек и все на смарку, ан нет — вернулся. Маринка тогда чуть с ума не сошла, да и дочки… да что тут вспоминать. Давай с нами, за встречу!
Он протянул мне стакан с прозрачной жидкостью и стал ждать ответных действий. «Угощение» я принял, но поставил его обратно на стол.
— Обижаешь! — покачал головой Виталий и предпринял вторую попытку всучить мне спиртное.
— Я согласен пропустить с вами по маленькой, если вы расскажите что случилось с Мариной и моими дочерями!
Повисло молчание. Собирающийся что-то возразить мужчина осекся и сел, потупив взгляд. Олег стал разглядывать опухшие руки, Алексей отвернулся, а дядя Юра, раскачивающийся до этого словно тополь в штормовую погоду, вмиг протрезвел и шлепнулся на водительское сиденье. Я понял, что произошла какая-то беда и стал готовиться к худшему.
— Ну так что?
— Тут вот какое дело, — начал Виталик. — Ты сядь! Возьми вон в углу стульчик сложенный лежит. Так вот…
Мужчина залпом опрокинул свою порцию, зажевал долькой лимона, скривившись как от посещения стоматолога.
— Это… как так сказать… — не мог никак начать он.
— Скажи уж как есть, — заговорил Алексей.
— Нету больше твоей Маринки! — выдохнул мужчина, налил полный и влил в себя за один глоток. — Ты только сядь и успокойся! Сейчас все расскажем, — и рука вновь потянулась к спиртному.
А я сидел, тупо уставившись на Сергея-дальнобойщика, «совершенно не замечая», что он намочил штаны от «хорошей жизни». Догадка оправдалась, но впадать в истерику желания не было, так же, как и сил. Оставалось только ждать, когда наконец мне разъяснят и расставят все по полочкам. «Блин, Маришка, прости меня! Это я во всем виноват! Что мне в этот злосчастный вечер стоило отказаться работницам-выпивохам и с трезвой головой вернуться домой? Я повел себя как свинья… как пьяная скотина и дорого поплатился за свою выходку».
Взяв со стола стакан с разведенным спиртом, я понюхал его, внутренне передернулся и поставил обратно. Затем посмотрел на мужчину, но тот лишь кряхтел и пытался что-то внятно произнести, но наружу вырывались лишь хрипы и мычания.
— В общем… умерла она! — заговорил Олег. — Выбросилась из окна. После того, как тебя приговорили к десяти годам «без суда и следствия», она впала в отчаяние, апатию — депрессию одним словом. Лишилась работы… Вскоре начались проблемы по оплате коммунальных услуг. Росли долги, пеня… В один «прекрасный» день пришли коллекторы взывать долги. Потом судебные приставы. Ювенальная юстиция отобрала детей, хотя мы помогали им чем могли. Я ведь помню Марину еще маленькой девочкой. Ей постоянно звонили, приходили, угрожали… Она не выдержала всего этого и открыв окно на кухне — попрощалась с жизнью. Похорон не было. Тело забрали и кремировали без права выдачи родственникам. Да и кому было выдавать? Дети у ювеналов. Отца у нее нет. Мать тоже неизвестно где. Последний раз ее видели много лет назад в запое. Твой брат с подружкой — пропал. По ним уже наводили справки компетентные органы, но так ничего и не дознались. Сестра — в другой стране. Родители — окопались в области, да и запрет у них на выход за пределы участка. И не смотри на меня такими глазами! Тут много чего произошло, пока тебя не было.
— Считай, что попал в новую страну, — вставил свои «пять копеек» Алексей.
— Да, дела здесь у вас происходят.
Я залпом опрокинул стакан с горячительной жидкостью.
— Даже представить себе не мог, что страна преобразится за такой промежуток времени.
— Это еще что. Сейчас мы про вирус тебе расскажем, что последние годы бушевал по планете и заполз к нам… — начал было Виталий.
Внезапно дверь фургона отъехала в сторону и в открывшимся проеме появился полицейский. Круглолицый, крепкого телосложения… беглым, зорким взглядом он осмотрел помещение, остановившись на Сергее и командным волевым голосом произнес:
— Граждане — товарищи, предъявите билетики для осмотра!
Я непонимающе посмотрел по сторонам. Алексей улыбнулся. Виталий хлопнул меня по плечу и сказал всеми известную фразу прошлого:
— Все, кина не будет — электричество кончилось!
— Что стряслось, сосед? — спросил Олег.
Усмехнувшись, он встал и подойдя к полицейскому, пожал ему руку.
— Приказ пришел сюда патруль отправить для осмотра. Так что «сматывайте удочки» и расходитесь по домам!
Потом осмотрел меня с ног до головы и добавил:
— Новенький?
— Старенький, — ответил за меня дядя Юра, выключая двигатель и собирая скромные припасы в пакет. — Жил еще до твоего сюда заселения. Теперь вот вернулся.
— Что местный — хорошо, не повяжут, иначе загреметь тебе в квадрокубы, что в Красном Бору. Так, пошевеливайтесь! Через пол часа они будут здесь. С этим что? — кивнул он на мирно спящего Сергея.
— Да ничего. Проспится — наберет мне. Спущусь — выпущу. Нечего его будить и волоком тащить до квартиры.
— Лады.
Полицейский развернулся и пошел к подъезду, из которого не так давно вышел я.
— Это Санек, новый жилец. Ты его не знаешь, — обратился ко мне Виталий, вылезая из фургона. — Появился уже после твоего несчастья с мокрухой. Хороший человек. Нам по мере сил помогает. Вот и сейчас не дал беде случиться. Так, мужики, ко мне идем!
Вывалившись из «Мерседеса», я заметил висящего квадрокоптера в десятке метрах над головой и поинтересовался:
— Что за квадрокубы?
— Ты еще многое не знаешь. С нами пойдешь? Там бы и рассказал.
— Нет, спасибо, — скептически покосился я на торчащие из пакета баклажки с разведенным спиртом. — Как-нибудь в другой раз. К другу заскочу. Если удастся — переночую у него. А нет — найду где место.
— Если что ко мне приходи! Мы до поздна сидеть будем. Тем более после шести вечера — комендантский час. На улице светиться запрещено и эта висящая консервная банка тому доказательство, — тыкнул пальцем в небо Виталий. — Ну ладно, бывай!
Пожав руки бывшим соседям, мы разошлись в разные стороны.
«Вот ведь как бывает. Живешь себе живешь… семья, дом, жена, дети… а потом из-за какого-то случая… банальной оплошности — теряешь все!» Я перекинул сумку из одной руки
