Читаем без скачивания Шелковая лента - Романовская Ольга

Стефания широко распахнула глаза. Может, она неопытна, но ощутила яркую чувственность внешне невинного жеста. Отец бы за такое влепил пощечину.

– Ты помолвлена, – напомнила Стефания.

– Еще нет, – игриво заметила Хлоя и вздохнула. – Но тебе все равно не понять.

Новоиспеченная невеста промолчала.

Слова сестры зародили сомнения. Чего именно ей не понять? Спросить она постеснялась.

Закончив водные процедуры, Стефания обтерлась полотенцем и надела ночную рубашку.

– Ты иди, я еще полежу, – бросила ей Хлоя. – Потом почитаю. Отец завтра обещал проверить успехи в проклятом аматском диалекте!

Девушка в сердцах ударила рукой по бортику, расплескав воду.

Стефания ушла, а Хлоя осталась нежиться в деревянной бадье. Нечего сестре знать, куда она сегодня пойдет.

При мысли о Сигмурте Сибелге стало жарко внизу живота.

Хлоя приподнялась, легла лопатками на бортик и, слегка выгнувшись, скользнула рукой под воду. Привычное средство не помогло, только разожгло желание. Девушка перепробовала все, но желанное успокоение не приходило. Воображаемый образ обнаженного северянина сводил с ума. Хлоя представляла, как он касается кожи, нежно целует и, раздвинув ноги, вводит между ног вздыбленное взаимным влечением достоинство. Оно заполняет ее всю, отчего перехватывает дыхание.

Девушка резко вскочила, наскоро промокнула тело полотенцем и в одной ночной рубашке выглянула в коридор – никого.

Свечи уже погасили, особняк погрузился в темноту, однако Хлоя не спешила выскользнуть из комнаты. Как бы сильно ни хотелось к Сигмурту, нужно подождать, пока все улягутся спать. Меньше всего девушке хотелось вновь испытать силу отцовского гнева.

Время тянулось мучительно медленно.

Хлоя ходила из угла в угол, плотно сжимая бедра, чтобы хоть так облегчить страдания. Зато, когда, наконец, стихли все звуки, она придумала, чего именно хочет от северянина. О, он так просто не отделается, ему придется ублажать Хлою всю ночь. И да, Сигмурт Сибелг достоин подарка. Мужчины, что бы они ни говорили, жаждут пикантных развлечений, порицаемых церковью, только не каждому можно доверить столь хрупкий предмет.

Девушка улыбнулась и достала из тайника баночку с мазью. Она предлагать не станет, но если Сигмурт захочет, получит. Хлоя смело притворила за собой дверь и скользнула вдоль стены к лестнице. Она знала, гостей поместили по ту сторону межэтажной площадки. Свечу брать не стала: вдруг кому-то не спится?

С замиранием сердца Хлоя остановилась у нужной двери. Оставалось надеяться, это не комната Ноэля Сибелга. Или их поместили в одной? Хм, свидетель делу не помеха, даже если он захочет присоединиться. Хлоя получит новый опыт – с двумя сразу, достойная тризна по жизни в девичестве. Стефания не обидится. Она осталась холодна к жениху, вряд ли станет ревновать.

Хлоя постучала и просияла, когда дверь открыл полуобнаженный Сигмурт Сибелг. В мистическом свете огарка он казался еще привлекательнее, чем в мечтах. Мускулистый торс, тонкая дорожка волос на животе, короткие кальсоны, тесно облепившие мужское достоинство.

– Леди Хлоя? – северянин изобразил удивление.

О нет, он прекрасно знал, Хлоя придет, девушка прочитала по масляному взгляду.

– Дверь на ключ закрой! – шикнула Хлоя и втолкнула Сигмурта в комнату.

Ошарашенный, северянин выполнил ее просьбу.

Хлоя скинула ночную рубашку и без предисловий жарко поцеловала Сигмурта. Он с готовностью ответил на поцелуй. Руки жадно скользнули по девичьему телу и задержались на груди. Хлоя мысленно улыбнулась: мужчинам нравилась эта часть тела, «перси греха», как ее именовали отцы церкви. По мнению девушки, грудь презирали только те, которых Господь ей обделил.

– Какие прекрасные плоды! – ухо обжег шепот. – Можно их сорвать?

– Конечно, – Хлоя потерлась бедрами о его бедра.

Девушке хотелось немедленно оказаться в постели, унять огонь, но приходилось мириться с мужскими желаниями. Справедливости ради, они иногда приятны.

Сигмурт ощущал себя хозяином положения. Его руки подчинили тело Хлои себе, тискали груди, перекатывали соски между пальцев. От поглаживаний северянин быстро перешел к щипкам, доводя до исступления чередованием легкой боли и неги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Губы Сигмурта накрыли сосок, а пальцы, раздвинув нежные складки, устремились внутрь. Хлоя охнула и прогнулась в спине, когда северянин начал уверенно задавать ритм, погружаясь все глубже. Когда большой палец нащупал бугорок, она и вовсе застонала.

– Сейчас, малышка! – хрипло пробормотал Сигмурт и, к огорчению девушки, вытащил пальцы.

Мужчина по очереди лизнул затвердевшие соски и отстранился, чтобы снять штаны.

Хлоя широко распахнула глаза.

Великолепен и готов!

Член Сигмурта призывно вздымался, суля небывалые наслаждения. Хлоя сделала шаг и сжала мужское достоинство. Да, именно так, пришел черед северянина стонать. Шаловливые пальчики очертили вздувшиеся вены, дошли до атласного кончика, и тут любовник не выдержал, повалил девушку на кровать и вошел в нее одним толчком.

Ноги Хлои безвольно дернулись. Ни один мужчина прежде не овладевал ей так – порывисто, властно, безоговорочно. Осталось только подчиняться.

Попка Хлои билась о край постели, однако Сигмурт не позволял пошевелиться. Закинув руки девушки за голову, сжав ее запястья, он вбивался в нее снова и снова, пока член внутри не обмяк. Только тогда северянин отпустил Хлою. Странно, но ей понравилось и мучительно хотелось еще. Встав на четвереньки, девушка подползла к лежавшему на спине, тяжело дышавшему Сигмурту и поцеловала его в живот.

– Ниже, милая!

И ее губы устремились ниже, пока не достигли курчавых волос.

– Любишь сладенькое? – Ладонь Хлои накрыла мужское достоинство. – Хорошо, но взамен ты приласкаешь меня.

– Идет, – согласился северянин.

Девушка поправила волосы и наклонилась.

Один поцелуй, второй, вершина все ближе, и вот плоть уже во рту. Хлоя неспешно посасывала добычу, помогая себе руками. Она чувствовала, как вновь зарождается желание, как каменеет член, и, довольно щурясь, продолжала ласкать.

И вот оно.

Хлоя оседлала Сигмурта, задавая темп. Груди подпрыгивали спелыми плодами, стремились в ладони привлекательного садовника. Бедра не знали устали, северянину пришлось изрядно попотеть, чтобы удовлетворить младшую из сестер Эверин. После пришел его черед ласкать любовницу. И новая вспышка страсти, опустошающая, натягивающая чувства до предела.

Девушка тяжело дышала. Облизнув пересохшие губы, она наслаждалась чувством наполненности. Определенно, северянин умел обращаться с женщинами.

Хлоя с не меньшим наслаждением исследовала тело Сигмурта – и руками, и грудью. Размеры последней позволяли то, что другим девушкам недоступно. Северянин был только за. Он лежал на спине, наблюдая, как грудь Хлои скользит по коже, постепенно спускаясь вниз и, наконец, сжимает член. Девушка ласкала его, не забывая останавливаться и целовать напряженную плоть. Игривый язык все чаще касался атласной розовой кожи, в итоге и вовсе там обосновался. Сжав член грудью, Хлоя наградила любовника самым греховным из поцелуев, и тут Сигмурт не выдержал. Он повалил девушку на спину и, закинув ее ноги на плечи, овладел. Беспомощной Хлое вновь оставалось лишь подчиняться, став вместилищем для его члена. Ухватив ночную гостью за бедра, северянин безжалостно насаживал ее на твердую плоть. Живот его тяжело вздымался, тело вспотело.

Затем поворот, и Хлоя отчаянно вцепилась в планку кровати, чтобы не повиснуть в воздухе. Только Сигмурт желал иного. Он легко удерживал девушку навесу, продолжая нещадно терзать. Все глубже и глубже, быстрее и быстрее до еле сдерживаемого рыка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Обессиленная Хлоя ничком рухнула на кровать.

Мышцы болели, кожа слегка саднила, но девушка испытало то, чего так хотела, – удовлетворение.

Мазь пригодилась: северянину хотелось иных ощущений. Согласие Хлои несказанно обрадовало Сигмурта. Хотя в свете того, как они кувыркались… Определенно, младшая девочка Эверинов не дохлая рыба, брату повезло, если старшая такая же. Правда, Стефания производила впечатление серой мышки.