На сегодняшний день Закарпатье — единственная область Украины, где венгерский имеет статус регионального языка, а флаг Венгрии развевается над местным райсоветом рядом с украинским.
Где сейчас «старая гвардия»Организационные и идейные истоки партии в 90-х гг. олицетворяли всего несколько человек. Сейчас из старого актива в организации не осталось практически никого. Не тех, кто состоял в областных «первинках» или даже руководил ими. Более того, основная часть активных и идейных партийцев примкнула к «Свободы» за последние несколько лет.
Считается, что структурой, которая собрала в рядах СНПУ несколько маргинальных львовских общественных организаций, была так называемая «Варта (стража) Руха». Это военизированная, немногочисленная структура «Народного Руха Украины» (НРУ), в обязанности которой входила защита национал-демократических акций от нападений со стороны идеологических оппонентов и органов правопорядка.
Именно «Варта Руха» дала СНПУ троих из четверых ее наиболее ярких руководителей. Как ни странно, руководителем «Свободы» и ее наиболее успешным политиком стал четвертый — представитель «Студенческого братства» Олег Тягнибок.
У трех его бывших коллег: Ярослава Андрушкива, Юрия Криворучко и Андрея Парубия по-разному сложились жизненные и политические обстоятельства после расставания с партией.
Начнем, с человека, который придумал само название «Социал-национальная партия Украины» и стал ее первым руководителем, — Ярослава Андрушкива. Он, член НРУ и «Варты Руха», психиатр по специальности, в 1991 г. стал первым председателем СНПУ. Эту должность Ярослав Андрушкив занимал без малого 13 лет, до 2004 года и переименования партии в «Свободу». За это время выросло целое поколение молодых националистов, которым было тесно в идеологических рамках конца 90-х. Выросли кадры, которые со временем обошли Андрушкива в партийной иерархии. Речь идет об Олеге Тягнибоке, который дважды выигрывал мажоритарные выборы в Верховную
Раду Украины и со временем стал лицом партии вместо невзрачного, тихого Ярослава Андрушкива.
Ключевым событием для СНПУ стал съезд 2004 года, на котором партия, которую все считали реликтовой и бесперспективной, сделала разворот на 180 градусов. СНПУ провела полный ребрендинг структуры, изменив название и символику: на ВО «Свобода» и фигуру из трёх пальцев руки, образующих тризуб, традиционный символ Киевской Руси[14].
Главой партии становится Олег Тягнибок, а Ярослав Андрушкив официально рвет с организацией, которую уже не считает своей[15]. После этого никакого участия в организованной политической деятельности он не принимает.
Более удачно сложилась карьера у Юрия Криворучко, одного из наиболее активных «руховцев» своего региона. В 1988 году он становится членом Общества украинского языка, одним из организаторов «Студенческого братства».
Юрий Криворучко был руководителем «Стражи Руха» с 1990 по 1992 гг. В СНПУ он пришел в 1991 году, где, несмотря на свою умеренную, вовсе не радикальную позицию, отвечал за идеологическую работу.
Несмотря на важность занимаемой им должности, он пробыл в партии недолго. По мнению старых партийцев, для национал-демократа Криворучко были неприемлемы символика и ряд идеологических постулатов партии, в частности расистские установки.
В 1992 году он создает и возглавляет фонд «Молодая Украина». По совместительству работает старшим офицером отдела психологии социально-психологического Управления Минобороны Украины. Параллельно ведет политическую работу в составе НРУ, что в скором будущем дает свои плоды.
В 1994 году Криворучко становится депутатом Львовского облсовета, через четыре года — народным депутатом Украины, ещё через год — возглавляет Львовский «Рух», становится членом Центрального провода и Нацсовета по вопросам молодежной политики при Президенте Украины.
В 2006 году Криворучко снова проходит в Верховную Раду уже по спискам партии Виктора Ющенко «Наша Украина», что, впрочем, заканчивается уже через год на внеочередных парламентских выборах. После этого политическая карьера Криворучко сходит на нет. Как видим, он ненадолго пережил в политике своего партийного босса по СНПУ. Правда, достиг более значимых результатов.
Третий член «вартовского» триумвирата Андрей Парубий, несмотря на радикализм взглядов, разрыв с СНПУ и свободное политическое плавание, также достиг заметных результатов. Это при том, что он никогда не располагал значительными финансовыми ресурсами.
Еще в далеком 1988 году он стоит у истоков возникновения молодежной националистической организации «Наследие», той, которая со временем станет основой для «боевых отрядов» СНПУ.
С 1990 г. он — депутат Львовского областного совета, а в период 1994–1998 гг. — городского.
Все это время Парубий развивает структуры «Патриота Украины», которые наводят ужас на заезжих коммунистов и русскоязычных львовских бабушек. Тем не менее, тенденция вытеснения отцов-основателей СНПУ срабатывает в его отношении так же, как и в двух приведенных выше случаях. Правда, состоится все гораздо позже. В 2005 году, на волне «оранжевой» эйфории, бывший комендант оплота революции, «Украинского дома», Парубий основывает собственную партию — Народный союз «Украинцы» (после — «Украинский дом»). Хватает ее жизненных сил ненадолго, и уже в 2006 году он возвращается в Львовский облсовет на правах депутата.
Рывок вверх Парубий делает на внеочередных выборах в Верховную Раду — тех самых, на которых Криворучко потерял свой мандат. Бывший руководитель «боевых отрядов» становится депутатом от блока «Наша Украина» — «Народная самооборона» и входит в депутатскую группу бывшего руководителя «Молодого Руха», ныне руководителя партии «За Украину!» Вячеслава Кириленко.
Официально Парубий является членом политсовета «Нашей Украины», которую, как и большинство однопартийцев, бросает в 2012 и переходит в либеральный «Фронт перемен» («Фронт змін»). Таким образом складывалась политическая карьера человека, который прошел сложный путь от ультраправого националиста в молодости, через национал-демократа до, как казалось, либерала. Однако в конце 2013 года Парубий становится одним из технических руководителей киевского «Евромайдана», приведшего к радикальной смене власти в стране, но об этом речь пойдёт значительно позднее.
Завершая экскурс по «старой гвардии», отметим, что из четырёх человек, которые стояли у истоков СНПУ, в политике остались только двое. Трое отцов-основателей СНПУ уступили лидерство Олегу Тягнибоку, забросили активную деятельность, оступились или сменили идеологическую окраску на более респектабельную.
Лев готовится к прыжку. На грани тысячелетий (1998–2003)
Описать феномен Социал-национальной партии Украины в конце 90-х и начале 2000-х гг. с помощью простых шаблонов не удастся. Положение партии в этот период характеризовалось целым рядом противоречивых тенденций.
В конце 90-х СНПУ являлась одной из наиболее интересных для молодежи Западной Украины политических сил. Она совмещала в себе современность, успешно перенимала европейские идеологические тренды и использовала радикальные методы политической борьбы. Находясь в украинском консервативно-националистическом движении, партия задала свою уникальную повестку дня, включающую в себя крайние формы антисемитизма и расизма. СНПУ длительное время оставались единственной политической силой в украинском национализме, объявившей себя, ни много ни мало, «последней надеждой белой расы».
«В связи с перспективой массовой деградации людей, целых народов, мы являемся последней надеждой белой расы, человечества вообще, — говорилось во время презентации СНПУ 19 ноября 1995 года во львовском театре имени Марии Заньковецкой. — Нам решительно надо сепарироваться от северо-восточного соседа. И это не только потому, что он агрессивный, может заграбастать нас, а, прежде всего, потому, что вносит в нашу жизнь, психологию народа качества, отличные от европейских ценностей». Европейские ценности в понимании украинских социал-националистов, однако, сильно отличались от того, что под ними понимают собственно жители Запада.
Успех СНПУ гарантировало то, что она поддерживала все мейнстримовые идеи оппозиции конца 90-х (это, в частности, борьба против русификации и президента Леонида Кучмы) и продвигала свои собственные концепты, которые были оригинальны для украинской политики. Это помогло СНПУ постоянно находиться в фарватере политической жизни, выстраивая политсилу, с которой по ряду параметров не конкурировал никто.
Были и те, кто ставил под сомнение полезность СНПУ для националистического движения. Поводом для упреков становилось, например, то, что, имея агрессивную эстетику и идеологию, партия (в отличие от той же УНА-УНСО) фактически не подвергалась репрессиям со стороны власти. Благодаря грамотной информационно-пропагандистской работе, СНПУ очень редко становилась объектом критики со стороны своих союзников, в частности национал-демократических организаций вроде «Народного Руха Украины».
