Другой пример. Анна Т. работала крупным руководителем проекта в федеральной Компании, которая продавала довольно дорогие услуги, не первой необходимости. Она забеременела и постоянно была на больничном, мечтала о ребёнке, хотела, чтобы он родился здоровым, поэтому планировала, как только наступит срок, уйти в декретный отпуск. Она заранее предупредила своего босса, высокопоставленного топ-менеджера, что хочет уйти в декрет, и кроме того, сил на полноценное выполнение трудовых обязанностей в таком её положении, нет, об этом она говорит открыто и просит найти ей замену. Босс сказал «не волнуйтесь», «работайте, как сможете», «найдёт HR замену, ну, за 3 месяца то точно», «занимайтесь здоровьем, всё понятно». Возникла даже идея, что надо взять помощника, который потом и подхватит проект, подготовить его, чтобы всё работало, как и раньше.
Однако, поиски кандидата затянулись. HR-ры просто тянули с ответами, не рассматривали кандидатов, резюме на hh.ru[36] кандидаты хоть и отправляли, но ответа от Работодателя не было. Откликов было несколько сотен. Это к вопросу, как использует Работодатель интернет-ресурсы. Так сказать, кандидатам на заметку: никто их звать то и не собирался.
Поскольку у Анны Т. были хорошие связи, она сама нашла несколько кандидатов, готовых поработать в этом проекте. Она же была в первую очередь заинтересована в подборе кандидатов на вакансию в свой проект. Их даже пригласили на несколько собеседований внутри Компании, но всем отказали. Отдельный вопрос, что чувствовали кандидаты, полностью соответствующие профилю, но не получившие этой работы. А дело было в том, что помимо подготовки человека для поддержания проекта после ухода в декрет Анны Т., появилась скрытая цель: вообще от Анны Т. избавиться. А что произошло? Почему? Здесь много причин:
Во-первых, удобный случай. Декретный отпуск. Хотя, наверное, это не причина вовсе, а повод просто.
Во-вторых, она хочет подготовить себе смену, надо «выкачать» информацию, а управляемый человек будет её использовать.
В-третьих, Анна Т. делает проект так, что ряду топов он меняет систему, надо по-другому выстраивать работу, а этого не хочется. Вот она истинная причина, «невидимая часть» айсберга, мотив Заказчика увольнения.
Вроде всё ясно, и даже вовремя. Работодатель правильно рассчитал, она в положении, уйдёт, а там разберёмся.
Но почему не хотят взять кандидата Анны Т.? Потому что хотят, чтобы она, как «мировая мама, всё приготовила и ушла». И подготовила «нужного», «своего» человека.
Что происходит дальше? Время идёт, кандидата нет, ведь никого не согласовали HR. Это те, кто знает, что уже скоро наступит время, когда уже некому будет информацию передавать, потому что банально этого человека уже не будет, он будет в Роддоме.
Дождались. Наступило время родов. И именно в день операции (У Анны Т. назначено кесарево сечение), именно в час (!) операции, когда уже в палате интенсивной терапии ставили капельницу и (Извините!) катетер, девушка-рекрутер позвонила и сказала, что НАДО провести собеседование. Зачем такая спешка? А появился «правильный» кандидат, которому сказали: «придёшь, заберёшь проект у этой женщины. Она в декрет, ты будешь управлять». Сказали, но случилось совсем не так.
Интервью было в июле, а вышел кандидат в сентябре. За это время, а время – ключевой фактор (об этом речь ещё впереди), Анна Т. уже «отрожалась» и вышла на работу. Кандидаты тоже люди, и они не могут порой покинуть прежнее рабочее место быстро, есть дела, просьбы начальства и коллег, отношения. Ну и две недели отработки по ТК РФ[37]. И вот кандидат, уже сотрудник. Вышла на работу. Первый рабочий день для нового сотрудника Управления выдался нелёгким.
HR-ры самонадеянно думали, что прямо в первый день, Анна Т. своему новому Работнику всё расскажет и покажет, а главное, введёт в курс дела, чтобы потом спокойно уйти, чтобы не мешать, чтобы HR-ры могли доложить своему начальству: «всё хорошо» и поставить галочку. А что сделал Работник, потребность в увольнении которого возникла. А он переиграл HR, моё ощущение, что до сих пор их руководитель не понял, как.
Всё по порядку.
Примерно за неделю до выхода на работу «сменщицы» Анна Т. написала в HR письмо, что ей требуется помощь в адаптации нового сотрудника, что очень много работы, и поэтому никак не получится встретиться с новым подчинённым сразу, и надо ему организовать рабочее место. Поскольку рабочее место Анны Т. находилось в отдельном кабинете, рабочее место надо бы поискать поблизости, а все места заняты. «Что же делать. Помогите, пожалуйста», – написала Анна Т. в отдел персонала. Конечно, ничего не подозревающий HR, согласился.
Сотрудник, ничего не знавший о договорённостях Анны Т. с HR, вышел на работу. Сначала он сидел, вернее она, назовём её Юля Б., в помещении HR. Понятно, что это не очень удобно, ведь «новый сотрудник» спрашивает, когда пойдёт на рабочее место, когда сможет приступить к своим обязанностям. Поэтому представители HR постоянно названивали Анне Т. и спрашивали, когда та сможет пообщаться со «своим» сотрудником. А Анна Т. и не собиралась с ним общаться, сославшись на «дикую» загрузку. Ну, этим товарищам из отдела персонала она, естественно, сказала, что «очень надо пообщаться, но времени пока нет».
Новая сотрудница Юля Б. продолжала сидеть на территории отдела персонала, а HR-ры продолжали звонить Анне Т.
То они просили пообедать с Юлей Б., то пообщаться на встрече, Анна Т. вежливо уходила от ответа, либо ссылалась, что связь плохая, либо, что заработалась-замоталась. В итоге, одна сотрудница HR не выдержала и эмоционально высказалась по телефону Анне Т., что Юля Б. «как дохлый гусь» у них сидит.
Встреча всё-таки состоялась. Пришёл и рекрутер, и его начальница, и сама Юля Б. Анна Т. действовала снова в рамках выбранной стратегии, она то ведь уже поняла, что нашли именно ей замену. Сначала она поинтересовалась, как устроилась на новом месте Юля Б., затем попросила её рассказать о том, что именно оговаривали как её обязанности при приёме на работу, ведь она-то, Анна Т. как Юлин Б. руководитель, была в Роддоме, и уже столько времени прошло, чтобы все всё вспомнили.
Юля Б. взглянув на рекрутера и её начальницу сказала, что ничего особенного, только в рамках «нашего с Вами июльского разговора». «То есть Мой руководитель, «наикрутейший топ боссов», не обозначал каких-либо особых, новых, других обязанностей?» – спрашивает, как ни в чём не бывало, Анна Т. Получив отрицательный ответ, она начинает рассказ о функции технического порядка, на которую и предполагала давно взять помощника. Картина сложилась непростая, с одной стороны, человеку обещали место руководителя, а Анна Т. даже не собирается уходить, с другой стороны, действительно Юля Б. не предполагала заниматься технической работой, ей явно предложили другой функционал.
