Когда секретарь называет мое имя, я дергаюсь. Приходится сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, прежде чем перешагнуть порог кабинета.
— Добрый день, — высоким от нервов голосом говорю я.
— А это вы, как раз вовремя, присаживайтесь, — с хитрой улыбкой приглашает меня к себе мужчина.
Я натягиваю кривую улыбку и занимаю место в центре комнаты.
Нотариус взглядом дает указания секретарю, а сам присаживается напротив. Через минуту парень возвращается с небольшой коробкой и ставит перед нами.
— Результаты уже известны, кажется, вы переживаете.
— Вы очень проницательны, я уверена в своем родстве, но ведь всегда есть доля вероятности…
— Не переживайте, — мягко отвечает мужчина и достает из коробки колбу.
Мой взгляд словно заколдованный приковывается к ней, несколько секунд я глазею на нее, а после выдыхаю, улыбка невольно появляется на моем лице.
— Ваше кровное родство с Эрнестом Сеером подтверждено, поздравляю, — укрепляет мою уверенность мужчина.
— Спасибо.
— Нужно будет подписать несколько документов для нашей отчетности, — вручает мне стопку бумаг нотариус.
Столько бюрократии в их работе, наверное, это утомляет.
Около получаса требуется мне, чтобы изучить врученные документы и поставить на них свою подпись.
— Поздравляю, теперь вы полноправный владелец завещанного имущества, — мужчина протягивает мне увесистый конверт. — Здесь все, что отдал нам на хранение Эрнест Сеер. Ключ и адрес лавки тоже внутри.
— Спасибо, — с благодарностью принимаю его. — От меня нужно что-то еще? Плата за ваши услуги?
— Нет, завещатель обо всем позаботился заранее. Еще раз примите мои поздравления, желаю удачи.
Покинув здание банка Мон, я ощущаю радость вперемешку с легким волнением. Наша семья никогда не была зажиточной, но именно благодаря таланту деда у нас появился шанс на хорошую жизнь, с вкусными обедами и теплой одеждой, вот только…
После смерти матери отец потерял всякий смысл на существование, единственным его утешением оказалась азартные игры и эль, всего за пару лет он проиграл все, что дед строил годами.
Отец потерял свою любимую жену, но он позабыл, что я тоже потеряла свою драгоценную мать. Мне было всего пять, когда ее не стало, именно тогда мне пришлось повзрослеть, никому не было дела до меня, приходилось самой выживать в том аду.
То время было настолько ужасным, что меня до сих трясет от воспоминаний. Когда отец скончался мне едва стукнуло шестнадцать, он не оставил ничего после себя, даже дом, в котором он влачил свое жалкое существование, пришлось продать из-за его же долгов. Так я и осталось на улице, перебиваясь случайными подработками, пока не попала в академию.
Сейчас мне снова был дарован шанс начать жизнь с чистого листа, но мне боязно, что я разрушу наследие деда, как когда-то мой отец.
Нет, я не позволю этому случиться, он будет гордиться мной, своей внучкой, которой он хоть и никогда не видел.
Помню, мать часто рассказывала о своем отце, он работал на какую-то аристократическую семью, но я совершенно не помню, чем именно он занимался, был каким-то ученым или мастером в чем-то другом.
Открыв конверт, я быстро нахожу большой старый железный ключ и записку с адресом: Восточная улица, Стеклянный переулок, дом 10.
Восточная улица… Если мне не изменяет память, именно там расположены мастерские кузнецов, гончаров, книжные магазины и антикварные лавки, занятное местечко, но весьма непопулярное, туда наведываются лишь при необходимости. Вот если бы она стояла на Центральной улице…
Это уже жадность, мне и так бесплатно досталась лавка, а я еще нос ворочу. Приходят по необходимости? Значит, сделаем все, чтобы клиенты захотели возвращаться ко мне снова и снова.
Для начала нужно забрать свой чемодан и сдать ключи в постоялом дворе. По пути я наведываюсь на Центральную улицу, прикупив горячих пирожков на обед.
Когда я добираюсь до Восточной улицы, начинает вечереть. Я брожу по улочкам, в поисках нужного дома, а когда нахожу, замираю на месте.
Обойдя дом еще несколько раз, я убеждаюсь, что пришла куда надо. Передо мной оказывается деревянная двухэтажная постройка, но вид у нее такой потрепанный, что, кажется, стоит просто чихнуть рядом, и весь дом рухнет.
Если так подумать, он стоял здесь без ухода почти двадцать лет, немудрено, что дом превратился в развалину. Краска давно спала, древесина почернела кое-где, но стекла и крыша на вид целы. Стоит зайти внутрь и осмотреться, может, не все так плачевно, но вложиться в ремонт все равно придется.
Начинать с чистого листа оказывается совсем непросто.
Глава 9
Деревянные ступени громко скрипят под моим весом, когда я подхожу к двери. Замочная скважина давно проржавела, приходится приложить немало усилий, чтобы вставить в нее ключ, а после потрудится, чтобы открыть дверь.
Я даже начала думать, что ошиблась адресом и пытаюсь влезть в чужие владения, но замок все же поддается мне. Дверь со скрипом открывается, едва я успеваю сделать шаг внутрь, как в нос ударяет затхлый запах, пропитанный пылью. В горле неприятно щекочет, я откашливаюсь и машу рукой перед лицом, пытаюсь отогнать частички пыли.
Работенка предстоит не маленькая, но теперь у меня хоть есть крыша над головой.
Слабый вечерний свет проникает сквозь заколоченные окна, мне с трудом удается найти на столе старую свечу, я зажигаю ее и начинаю осматривать свое наследство.
Передо мной оказывается открытое пространство, скорее всего, именно здесь и располагался товар на продажу, позади я нахожу неприметную лестницу, ведущую на второй этаж, а рядом две двери, одна ведет в крохотное помещение с полками, похожее на кладовую, за второй скрывается комната побольше, напоминает рабочий кабинет, даже стол имеется.
Первым делом я решаю подняться наверх и осмотреться. Узкая лестница, ведущая на второй этаж, совсем изжила себя, приходится ступать крайне осторожно, чтобы не провалится вниз.
Поднявшись, я понимаю, что второй этаж — жилая часть лавки, возле окна находится скромная кровать, небольшой письменный стол с подсвечником, на противоположной стороне располагаются шкаф для одежды и мальки комод. Обернувшись, я замечаю еще один шкаф с открытыми полками, а на них несколько потрепанных книг, поднеся свечу ближе мне удается прочесть несколько слов, краска успела выцвести за столько лет. Все это оказываются научные труды.
Мама не врала, когда говорила, что дед был ученым до мозга костей, все вокруг подтверждает ее слова.
Примостив свой чемоданчик на комод, я решаю похозяйничать, пока солнце окончательно не скрылось за горизонтом. Закатываю рукава платья и первым делом снимаю доски с окон и проветриваю помещение, дышать становиться значительно легче.
Затем нахожу в каморке метлу, пытаюсь хоть немного привести пол в порядок, но она решает развалиться от первого же взмаха. Неудача…
Чтобы сделать из этой старой развалюхи что-то стоящее, понадобится не один день. Сегодня я слишком устала. В итоге я просто загребаю подушку с одеялом и иду вытряхивать с них пыль на улицу. Одну ночь поспать можно.
Съев остывший пирожок, стелю свою единственную мантию на кровать и довольно быстро погружаюсь в сон. Затхлый запах все еще витает вокруг, но сейчас это не имеет никакого значения.
Мои тревоги закончены, может, мое будущее и не такое радужное, как могло бы быть, но теперь я хоть уверена в завтрашнем дне.
Проснувшись пораньше, я еще раз осматриваю свою новую обитель свежим взглядом и составляю список того, что мне необходимо. Схватив бальное платье, я решаю попытать удачу на рынке.
К моему огромному счастью, заглянув в одно ателье, мне удаётся продать платье по очень хорошей цене, почти за две трети от первоначальной стоимости.
Целый день я брожу по центральному рынку и торговым улочкам, прикупив все самое необходимое, я плетусь назад.
— Эй, красавица! — окликают меня, едва я успеваю ступить на порог.
